Не может моя сестра быть такой милой 6

Иллюстрации

Глава 1

ORE6_011.JPG

Мою сестру зовут Косака Кирино. Она красавица, отличница, спортсменка, и снимается для журналов мод – а учится в средней школе.
С давних-давних пор отношения у нас с ней всегда были плохие… нет, даже не так. Мы столь мало интересовались друг другом, что и плохими отношениями это назвать было нельзя.
Сестра, одержимая яркой жизнью, и довольный будничным существованием брат.
Брат и сестра, несовместимые как масло с водою.
Я смотрел на свою сестру издали, как на существо, живущее совершенно в другой вселенной.
Сестра, в свою очередь, наверняка презирала предпочитающего спокойствие брата, считая его лентяем, который ни к чему не стремится.
Хотя мы жили в одном доме, нас разделяла высоченная стена.
И в один год наши отношения… поменялись.
Да, ведь с того летнего дня прошёл уже год. И правда, быстро время летит.
Нечего теперь и повторять. Я раскрыл секрет сестры, держал немыслимую житейскую консультацию, влез во множество дел и носился как мальчик на побегушках…
Кричали на меня, ругали меня и даже выкладывали мне всё начистоту с запасом на несколько лет вперёд.
Преодолев высоченную стену, мы смогли коснуться друг друга руками. И хоть я много раз говорил, что очень это ценю…
Я свою сестру - ненавижу. Да и она меня, наверное, не любит.
Это не изменилось до сих пор. Ни капли не изменилось.
Но всё-таки.
Теперь я с гордостью могу заявить вот что:
Конечно, я её ненавижу.
Но всё-таки, она дорогое и близкое мне существо.

Шестое число. Через день после того, как сестра вернулась домой.
Когда я, придя в этот день домой из школы, заглянул в гостиную, сестра сидела на диване, закинув ногу на ногу, и с довольным видом болтала по телефону. Вроде бы она говорила, что сегодня пойдёт подавать документы на восстановление в школу… наверное, с этим уже покончено.
Привычно-трогательная картина, которую я много раз видел прежде.
«Привет», – бросил я, косясь в сторону говорившей по телефону сестры.
Кирино бросила на меня быстрый взгляд и коротко кивнула головой.
– …Хм.
Учитывая, что до сих пор меня полностью игнорировали, наверное, положение несколько улучшается…
Я прошёл дальше взять чего-нибудь попить. И разумеется, в это время до меня долетали обрывки разговора сестры.
– Да, так и есть… Нет, я ещё не решила, восстанавливаться или… Так что, если можно, дайте мне ещё немного подумать. Хорошо…
Похоже, она звонила кому-то по поводу своей работы моделью.
Обращаться к другим на «вы» для неё редкость. Но что же, она не хочет возвращаться на свою прежнюю работу?
…Интересно.
Открыв холодильник, я достал две банки сока. Закрыл холодильник, глянул в сторону сестры.
Кирино повесила трубку, и сейчас же без промедления набрала другой номер.
– Яхо-о, Раночка! Аясе тебе небось уже всё сказала?.. Короче, я тут. А? Не-е, это я уже насовсем. Ну хотя бы пока не выпущусь, целиком уйду в учёбу, все дела. Хе-хе-хе, ну прости, что так внезапно!
Наверное, сейчас она звонила школьной подруге? Типа, сообщить всем, что приехала.
Распечатав банку сока, я сел напротив сестры. И усевшись прямо перед ней, взялся читать еженедельник с мангой… Разумеется, я стал читать мангу не специально для того, чтобы остаться рядом с сестрой!
– Ну… Тогда на днях как-нить… встретимся в Акибе?
Судя по содержанию разговора, сейчас на другом конце провода – Саори. Когда Кирино внезапно пропала, Саори порядком обиделась… но судя по физиономии Кирино, им удалось помириться.
В Акибе… похоже, они опять договариваются о какой-то вечеринке.
Может быть, скоро я, Кирино, Куронеко и Саори снова встретимся вместе.
Давно мы не собирались вчетвером.
– Было бы неплохо…
Не поднимая глаз от журнала манги, я тихонько улыбнулся.
Прошло ещё тридцать минут. И когда я уже успел дочитать до конца номер манги…
Немыслимым образом, сестра… всё ещё висела на телефоне.
Всё это время она разговаривала с разными людьми. Поговорит минуту, положит трубку – и тут же звонит кому-нибудь другому. Так повторялось снова и снова.
Я только и мог, что диву даваться. Выбрав подходящий момент, когда сестра повесила трубку, я произнёс:
– Скольким людям ты собралась звонить?
– А? М-м… не знаю. Хотя бы всем друзьям. Можно и мылом, но мы как бы давно не виделись – хочу их услышать, сама сказать, что вернулась.
– …Ясно. Ну извини, что помешал.
– Вот-вот, помешал-помешал. Да, а чего ты вообще тут сидишь и в меня глазами стреляешь? Супер-противно!
– Н… ничего я не стреляю. Нечего придумывать. Мне просто лень спускаться со второго этажа лишний раз, чтобы выкинуть банки от сока.
Пф. Как обычно, меня ни во что не ставят. А я-то в кои-то веки решил поинтересоваться твоими делами! Гонимый, я недовольно и неохотно поднялся с софы.
– Эх.
Да – она ведь, кажется, была очень популярна в школе.
Друзей-отаку у неё кроме Куронеко и Саори почти нет, вот я и забыл.
А у Кирино полным-полно близких друзей не-отаку, о которых я совершенно ничего не знаю.
И с этими друзьями, с которыми из-за границы она хотела, но не давала себе разговаривать – конечно, сейчас она не может наговориться.
Точно как вчера в аэропорту с Куронеко. Наверняка ей хочется отметить воссоединение и с другими своими знакомыми.
Это естественное чувство и отрадное зрелище, но почему-то мне было невесело.
Не знаю почему.

…Вот такие у меня отношения с сестрой. Стыдно вспоминать, но буквально пару дней назад, я специально прилетел аж в Америку умолять её вернуться домой.
После такого, думалось мне, должны же наши отношения были как-то поменяться?
…Ну и что же? Поменялось ли что-нибудь на самом деле?
Сам я, честно говоря, стал необычно стеснителен возле своей сестры.
А вот она, похоже, ничуть. Как всегда, обходится со мной ужасно.
Н-да… что ничего в наших отношениях не изменилось, пожалуй… сказать нельзя…
Да, кстати. Раз речь зашла об отношениях, ужасная неразбериха царила в моих отношениях с ещё одной особой.
Речь, конечно, о Куронеко…

Вчера после школы. Кружок компьютерных игр.
Комната, в которой некогда сорили, кому как вздумается, стараниями одной помешанной на чистоте девушки была приведена в относительный порядок – по сравнению с тем, что было весной. Какое, интересно, параллельное измерение поглотило все эроге и сопутствующие товары, которых здесь столько валялось? Чем больше думаю, тем больше диву даюсь.
В эту клубную комнату, с тех пор, как закончился один конкурс игр, время от времени начал заглядывать и я.
Заглядывал, чтобы проведать Куронеко. По моему совету мы сюда записались, поэтому бросить кружок я не мог.
Но, конечно, у Куронеко теперь была в кружке подруга-одноклассница, так что я стал, в общем-то, уже не нужен. Заходил я время от времени просто понаблюдать, как тут Куронеко, всё ли у неё хорошо; от нечего делать поизучать что-нибудь, поболтать с другими ребятами – и всё такое.
Кстати говоря, сегодня я заглянул в клубную комнату по пустяковому поводу.
– Эй.
– ………
– Э-эй? Куронеко-са-ан?
– Ну что ещё? Ты утомляешь.
Прекратив печатать, Куронеко неохотно развернулась. Практически таким голосом, каким обращаются к любимой, я сообщил:
– У-услышать тебя хотелось.
– Если тебе нечего сказать, то не мешай мне, пожалуйста. Я занята.
– ………
На моё сладенькое приветствие Куронеко – возможно ли! – ответила с утомлённым видом. Холодный блеск её глаз не оставлял никакой надежды увидеть в сказанном какой-нибудь смысл, кроме прямого.
Никакой любви или привязанности, ничего такого сентиментального даже и близко не наблюдалось.
Странно-то как. Она же вроде меня раньше чмокнула.
Наверное, кто-то уже забыл, так что позволю себе немного похвастаться: в тот раз за школой, когда я не решался лететь на встречу с Кирино, Куронеко, отругав меня, сказала:
«Это заклятие. Смертельное заклятие, если ты споткнёшься на полпути».
А потом поцеловала меня, едва коснувшись щеки.
И с силой толкнув в спину, отправила меня за сестрой.
Да. В результате я смог благополучно привезти Кирино назад в Японию. Но теперь…
«Это ж… Если подумать, это ж было завуалированное признание!» – теперь из-за этого я жутко разволновался.
И посмотрите на неё! Почему после такого дела она даже ничуть не стесняется? Ведёт себя, как будто ничего и не было, даже я уже стал сомневаться – может, и правда померещилось? Ну, вообще-то, она и вчера себя так вела, но тогда она едва увиделась с обожаемой Кирино, так что ей, небось, было не до того… Но прошёл день и она пришла в себя, однако осталась такой же холодной.
Вот это досада!
А я-то вчера вечером вертелся, как дурак, на кровати, – «Кя-я!… А вдруг она меня любит?!..» Ну и позорище!
Ну скажите, что бы вы сами сделали, окажись на моём месте?
Ничего не попишешь – интересно, что к чему, так ведь?
– Эй, Куронеко? Э-эй, слышишь?
– …Ну чего тебе, чего? Прекрати, пожалуйста.
Над головой Куронеко практически можно было прочесть раздражённое «Гррр».
Я проворно наклонился к её уху и тихо прошептал:
– …Я тут… короче… помнишь, в тот раз… за школой…
– ….Мхм.
– Ты это в смысле… к чему вообще…
Договорить свою фразу до конца я не смог. Прежде, чем мне удалось услышать ответ Куронеко, – бах! – дверь решительно распахнулась настежь, и в комнату влетела Сена.
– Гоко-сан Гоко-сан Гоко-сан, вот послушай-ка!
Эта галдящая девчонка в очках и с большой грудью – Акаги Сена.
Десятиклассница, одноклассница Куронеко и тоже ходит в кружок компьютерных игр.
Кстати говоря, Гоко – настоящая фамилия Куронеко (часть её «человеческого имени»).
Из-за вмешательства Сены мои расспросы пошли прахом.
«Ха-а» – вздохнула Куронеко почему-то с некоторым облегчением:
– Опять надоеда пришла. Чего тебе в этот раз?
– Я тут с телефона читала досочку про додзин-игры, и представляешь, нашу игру там похвалили!
Она что, до сих пор высматривает на дваче обзоры сделанной ими игры?
Ну даёт блин.
Кстати говоря, из слов Сены «представляешь, нашу игру похвалили», вы можете получить хорошее представление об общем отношении игроков к разработанной нами игре, «Лабиринт алчности».
– Вот, смотрите, сюда смотрите, вот этот пост!
Вне себя от радости, Сена показала нам с Куронеко экран мобильного телефона.
– Что-то вид этой доски меня совершенно не вдохновляет. Тут про нас обычно только гадости пишут.
– Ты погляди, погляди сначала, Косака-сенпай…
– Хм? Ну ладно… где, говоришь?… Первый пост… Ох! Ну ни фига себе понаписали… а, так тут одни и те же аноны!
– Ага. Похоже, они вчера на этой досочке крупно поругались! Вон сколько вдвоём в этот тред напостили. Ну так вот!..
Суммируя всё запощеное этой парочкой в тред, вкратце спор можно пересказать так:

«Ололо, друзья сказали поиграть, такое отстоище!)))) Лол, особенно баланс в игре сосёт)))))) Её вообще не пройти, ггг)))))»
«Скорее всего, ты просто плохо играешь в игры, вот и всё. С балансом всё в порядке».
«Ай лолд, защитнички в параша-треде))) Разработчик, залогиньтесь))))»
«Тут вообще-то ругают только сценарий. Игровая система как раз хорошо проработана».

– Ага, ругаются знатно. И что? Где нас похвалили?
Я поднял голову от экрана. Сена запальчиво фыркнула:
– Гляди получше, сенпай. Конечно, этот анон против нас чуть ли не кампанию развернул – игра отстой, убейтесь об стену, – но! Смотри, вот тут нас один защищает! «Игровая система проработана». А-ха-ха, чего скрывать, я над ней и работала!
Мы все вместе работали, потому и знаем! Удивительная радость по такому поводу…
Ох уж эта Сена, вне себя от счастья из-за фразы, которую, если не вчитываться, толком и не поймёшь.
…Но честно говоря, если уж говорить об этом, и я был счастлив. Хоть мне и хотелось никогда больше не заходить на двачи, где игру, над которой мы столько трудились, смешивают с грязью.
Как легко меня купить. Совершенно искренне я произнёс:
– Ну слава богу…
– А то! Нет, правда! У меня сразу столько сил появилось! За дело! Жгём! – закатывая рукава, кипела энтузиазмом Сена. Стоит чуть копнуть, и под её обычным спокойствием обнаруживается ребяческий характер. Но честно говоря, мне она такой больше нравится. Может, потому, что не стесняется своих порывов и действует по велению сердца.
Милая, определённо милая.
Кстати говоря, Сена, если б мы были в эроге, то эвентов через девять с тобой была бы хентайная сцена, так что ты считай.
Тем временем, Куронеко смотрела на экран мобильника, который Сена пихала ей под нос, чуть ли не голося «Гляди, гляди!», со сложным выражением лица. А я-то думал, что она тоже хоть капельку обрадуется – но всё-таки, видимо, пары слов для этого оказалось недостаточно. Да и другой аноним, который плевался, должно быть, её разозлил.
Я решил спросить:
– …Эй, Куронеко. Я знаю, ты ведь тоже втайне рада, да?
– …….
Куронеко не отвечала.
Но, когда Сена, приплясывая от счастья, удалилась на своё место, тихо-тихо, так что слышно было только мне, Куронеко прошептала:
– ….Честно говоря… этот… второй постер – это я сама.
– Ни фига себе поворот!
Да уж, тут радоваться нечему! Когда сама всё написала!
Но вообще-то… если говорить о причинах такого поступка, то в её случае это, наверное, была не оскорблённая гордость. Прочитав написанное в постах, так и думать смешно.

Чёрт! Расспрашивал Куронеко, а из-за появления Сены всё коту под хвост.
Надо будет пристать к ней с вопросами в такой момент, когда нам не смогут помешать. Впрочем, так-то оно так, а в последнее время шансов остаться наедине с Куронеко совершенно не представляется. В клубной комнате всегда кто-то сидит, а у меня и Куронеко есть соответственно Манами и Сена, так что вдвоём мы домой тоже не ходим.
Если подумать, как только исчез предлог – работа над созданием игры, – почти пропала и всякая возможность быть с Куронеко наедине в моей комнате.
Как я теперь об этом жалею!
Н-неужели я упустил свой единственный счастливый случай?!..
Нет… если действительно захочется встретиться с Куронеко наедине, я всегда могу пригласить её куда-нибудь вдвоём. Но увы, для этого у меня не хватает духа! Даже чтобы задать ей прямой вопрос, мне пришлось призвать на помощь всю свою храбрость.
Да уж, жалко я выгляжу! Можете звать меня трусишкой-Кёске, заслужил.
Идя по направлению к дому, думаю.
Как же ко мне относится эта Куронеко, а?
Я однажды её прямо спрашивал, раньше. Ну и что она мне тогда ответила?..
Люблю…
«Люблю… Настолько же, насколько любит твоя сестра».
………………………………………………………………………………
Во мрачном безмолвии я вытащил мобильник и нашёл в адресной книге её телефон.
Туууууу… клак. Ответили с первого гудка.
– Чего надо?
Реакция – верх безразличия. Чего уж скрывать, на другом конце провода была Кирино.
– Скажи, а насколько ты меня любишь? – непринуждённо поинтересовался я.
– Э-э?! Ты чего несёшь?
– ……
– … Слушай… Я, конечно, тебе свои номер и мыло сказала, да… Но давай ты не будешь мне звонить, когда ничего не случилось? Задалбывает.
Щёлк. Пиип, пиип, пиип, пиип…
– Бросила!.. Вот же… Короче говоря, недолюбливает так же, как и всегда.
Уж конечно… Кирино всё та же… конечно… Даже после всего случившегося.
Но что это значит?
Получается, и Куронеко меня не любит? Нет-нет, этого быть не может. Даже если про влюблённость я просто навоображал, то уж что она меня ненавидит – мне всё-таки думать не хочется!
Она ведь меня даже чмокнула!
…И что тогда получается? Нравлюсь я ей? Не нравлюсь?
Или ни то, ни другое? Эх… чёрт его знает…
Голова моя полнилась сомнениями. Надув губы, я угрюмо смотрел на экран мобильного телефона.
Не надо было ей звонить. Никому не кажется, что в последнее время телефонные дела как-то слишком часто оборачиваются для меня расстройствами? Аясе вот в игнор меня добавила… Хлюп. Чёрт, сопли потекли… Простыл, что ли?

Первая после возвращения Кирино из Америки встреча с Аясе случилась сразу же, как я пришёл из школы. Я как раз выходил из туалета, когда Аясе появилась с визитом у нас дома. В ту же секунду, как Кирино отворила уличную дверь…
– Кирино-оооооооооооооооооооооооооо!! Милая-яяяяяяяяяяяяяяяяя!!
– По… погоди, Аясе….
Аясе сиганула Кирино на грудь и зарылась в ней носом, заключив Кирино в тесные объятья.
Такая радость – ни дать, ни взять, воссоединение навеки разлучённых влюблённых!
– Я так… я так по тебе… хлюп!
– …Я вернулась, Аясе.
– Угу… С возвращением, Кирино!
Сейчас передо мной разворачивалась та же сцена, что когда Куронеко встретилась с Кирино в аэропорту.

ORE6_027.JPG

– Прости, Кирино – я хотела придти поскорее, но не могла!
– Ничего. Я понимаю – у тебя столько работы. Хорошо было бы встретиться вчера, когда я ходила оформлять перевод обратно в нашу школу, но у вас шли уроки… Аясе… знаешь… Даже за границей я выписывала и читала все журналы, в которых ты появляешься!
– Правда?! Я так рада… Скажи, Кирино… а ты теперь уже насовсем сюда вернулась? Не уедешь опять куда-нибудь далеко, даже не предупредив?
– Насовсем… На следующий год ещё не знаю, но пока не окончу среднюю школу, собираюсь жить здесь.
– Ясно! Ну слава богу!.. Наверное, нехорошо так при тебе говорить, но я… очень рада, что ты вернулась в Японию. Уж-жасно рада…
– Спасибо, Аясе. Извини, что не отвечала всё это время.
Сказав так, Кирино ласково погладила Аясе по голове.
…… Н-ну хорош… хватит уже…
Что вы себе позволяете в чужих прихожих? Да ещё обе девочки!
Сплошной конфуз, смотреть на вас стыдно!
Я торопливо взбежал по лестнице и ретировался в собственную комнату. Впрочем…
– Эх. Ну… Рад за неё, наверное…
Тихонько вздохнув, я затворил дверь.
С Куронеко встретилась, с Саори помирилась, теперь и с Аясе восстановила связь…
Последнее дело сделано, и хлопоты в связи с возвращением Кирино в Японию на этом закончились.
Тут и сказке конец.

…Но не успел я об этом подумать, как новые хлопоты обрушились на мою голову.
– О-нии-сан, мне нужен совет.
– Что, опять?! …Э-эй, Аясе, что ты на этот раз хочешь заставить меня делать?!
Только я думал, что житейские консультации сестры закончились, теперь её подруга располагает мной, как вздумается… Мне уже даже пояснять надоело, но был я сейчас в парке по соседству с домом.
Как и в прошлые разы, на мой телефон пришло письмо от Аясе – в котором меня вызывали сюда.
– Что-то не вижу в вас энтузиазма, о-нии-сан.
Аясе, в школьной форме, чуть надула щёчки.
Ну так! Твои просьбы, как и просьбы Кирино, добром не кончаются.
– Чесно гря, как-то не особо охота…
– А я-то думала снять настройку по игнорированию ваших звонков…
– Весь внимание. Что требуется?
– Вот так сразу?!
– А ты думала! Представляешь себе, каким шоком для меня было узнать, что я попал в игнор-лист восьмиклассницы?! Я ходил по городу и рыдал, вытирая сопли рукавами!
– Н-не преувеличивайте, пожалуйста…
Честно. Я тебе говорю, не преувеличиваю.
Аясе как будто правда испугалась, не вела ли она себя со мной слишком жестоко, и я, конечно, воспользовался случаем. Сложив руки на груди, я произнёс:
– Конечно, ты снимешь блокировку на мои вызовы… Но кто понесёт за это ответственность?!
– Я могла бы ответить, что блокировать вас было в моей ситуации естественным шагом… но раз уж я пришла просить у вас совета… мне придётся подчиниться…
Приняв покорный вид (^^^ как мило), Аясе взглянула на меня снизу вверх и спросила:
– …О-нии-сан… говоря об ответственности, что конкретно вы имеете в виду?
– Выходи за меня.
– Вызов отправлен.
БААААААААААААААААА!!
Загудела проклятая карманная сигнализация по предотвращению преступлений. Уже и пошутить нельзя!
Гаааа!.. Ах ты ж напасть! Хочешь выставить меня преступником на сексуальной почве?!
Я поспешно замахал обеими руками:
– Окей пардон понял больше не буду хватит! О-нии-сан просто немножко заигрался! Выключи скорей эту сирену, на нас уже люди смотрят!.. И вообще, за этими кустами и так полицейская будка!
– Знаю. Потому я всегда и встречаюсь с вами именно здесь.
– Слышать больно!
Насколько же она мне не доверяет!
Щёлк. Аясе ещё раз дёрнула за торчащий из кармана шнур, и гудок прекратился.
– Ну-у, это тоже была наполовину шутка.
– Лучше бы целиком была!!
Вот почему я не хотел встречаться с этой девчонкой! Ничем хорошим это кончиться не могло!
Какой бы невероятно милой она не была, когда день за днём и день за днём тебя клеймят как преступника на сексуальной почве – никакого терпения не хватит! Хотя, конечно, отчасти я и сам заслужил…
Поскольку сигнализация привлекла внимание людей, место беседы нам пришлось покинуть.
Когда мы нашли место поспокойней, я переспросил:
– Ну? Что за «совет»?
– Я хотела поговорить насчёт Канако.
– Канако?.. А, это та мелкая дрянь, которая с виду как Меруру… И чего с ней?
– Канако сейчас устроилась в наше агентство и работает моделью.
– …Серьёзно?
Ну даёт: из-за курения на попечительстве органов, а работу найти смогла.
– Да. Так вот, в скором времени в Акихабаре UDX будет концерт по этой… как её? Меруру? Канако будет там выступать на сцене.
– Хм. В смысле… косплеить Меруру, что ли?
– Да. Косплеить под Меруру.
– И этим… занимаются модели?
Что-то здесь не так, а?
– Разумеется, этим занимаются модели.
…И ведь улыбается как ни в чём ни бывало. Что-то кажется мне, убаюкали Канако сладкими речами в этом их агентстве. Что с неё возьмёшь – дурёха дурёхой.
Ну, впрочем, Канако действительно один в один с Меруру, и на сцене обманывает отаку великолепно, так что подходить на роль она подходит. В агентстве, наверное, это поняли, потому и наняли такую мелкую дрянь.
– Так в чём вопрос? – поторопил я с продолжением разговора. Аясе сладко улыбнулась:
– Я хотела бы, чтобы вы вновь, как в прошлый раз, сопровождали её под видом менеджера.
– Почему именно я? Если ты за неё боишься, разве не можешь сама с ней пойти?
– Но у меня в тот день другая работа…
– Всё равно, в агентстве наверняка есть настоящий менеджер. Или почему-то нужен именно посторонний вроде меня?
– Нужен.
Аясе тяжело вздохнула, снова посмотрела на меня и внезапно перескочила на другое:
– Я решила, что курить она больше не будет.
– Да уж, на тебя похоже…
Это «решила, что курить не будет» прозвучало небрежно, но поскольку речь об Аясе, практика наверняка существенно отличалась от теории.
Мне, день за днём слышащему угрозы «укокошить», представилось, что Канако она прикончила, закопала в горах, и ещё улыбнулась: «курить она больше не будет». Жуткая картина.
Интересно, жива ли ещё Канако? Тревожно мне…
– Онии-сан, о чём это вы нелестном задумались?
– Ни о чём, тебе показалось!
Проницательные создания женщины…
– Ну хорошо, курить она больше не будет. И что? Помочь тебе её в горы отнести, закопать?
– Нет же! Что за глупости вы говорите? …Я хотела бы, чтобы вы проверили, соблюдает ли Канако как следует этот запрет.
– ?
– Ну вы же её знаете, она такая хитрюга. На словах поклянётся «Пожалуйста, прости меня, я раскаялась, я больше сигареты в жизни не коснусь», а на самом деле, может быть, только при нас не курит, а когда за ней не следят, тихонько затягивается.
– Да… пожалуй, она может…
Нет, постой… ты вынудила подругу сказать «Пожалуйста, прости меня, я раскаялась, я больше сигареты в жизни не коснусь», Аясе-сан? Мне даже расспрашивать об этом страшно.
Совершенно не замечая моего душевного смятения, Аясе продолжала:
– Вот видите? Поэтому я и хочу проверить, действительно ли она не курит. Она вас ни во что ни ставит, так что должна вести себя с вами естественным образом.
Да и ты меня ни во что ни ставишь…
– Хочешь сказать, от меня она не будет ждать подвоха и, наверное, не постесняется при мне закурить?
– Именно так.
– Понятно. Но для этого нам с Канако надо под каким-нибудь предлогом встретиться. Как ты думаешь это устроить? Организуешь нам групповое свидание?
В ответ на мои попытки прояснить дело, Аясе холодно сощурила глаза и надула губы:
– ….Вы больной. Разумеется, нет! Как раз для того, чтобы предоставить вам такую возможность, я и хотела, чтобы вы отправились с Канако на выступление в качестве менеджера.
– А! Понял, понял. Так это всё было связано…
Фигово я за разговором слежу.
– Да. Я расспрашивала её насчёт курения, и она говорила, что тянет курить, когда «бесит чего-нибудь» или «собраться надо». По-моему, для того, чтобы Канако закурила, комната ожидания перед выступлением будет идеальным случаем.
– А я, которого она ни во что не ставит, должен буду за этим наблюдать. Хм… ладно, я понял… но что-то сомневаюсь, что прокатит. Куда мне – менеджером… – неуверенно пробормотал я.
В ответ Аясе бодро произнесла:
– Не волнуйтесь! Уж вы-то наверняка справитесь, о-нии-сан! Вы ведь уже однажды притворялись менеджером. Просто ведите себя точно так же.
– Тогда всё было нормально?
– Да. Было безупречно. Не сомневайтесь, это я вам говорю, а я не ошибаюсь.
– …Да? Ну ладно, если этого достаточно, я попробую. В прошлый раз я с вашими порядками освоился, как-нибудь справлюсь.
И чего это я так загорелся ради Аясе изображать менеджера, это даже не моя настоящая работа! Если рассуждать трезво, как-то это странно…
– Я на вас рассчитываю, – светло улыбнулась мне Аясе. Ну просто ангел.
– …Угу.
Я нечаянно взял и зарделся, как девица.
…Чёрт, кажется, я так всю жизнь и не осмелюсь ей перечить.
Тихонько вздохнув, я поинтересовался:
– Кстати, а что случится, если она всё-таки курит?
На лице Аясе сохранилась ангельская улыбка, но сияние в её глазах потухло:
– Сказать?
– Н-нет.
Страшная! Аясе-сан страшная!
Эй, Канако, ты ведь как следует соблюдаешь запрет на курение? Не дай бог ты только на словах послушалась – тогда, похоже, твоя жизнь под угрозой…

…Но слава богу, мои опасения оказались напрасными.
– А-а!.. Блин!.. Как же бесит!.. Где весь никотин?!..
Упомянутая Канако сидела передо мной на корточках, держа во рту электрическую сигарету и нервно подёргивая ей туда-сюда.
Ни дать, ни взять, хулиган 1980-х. Разумеется, она, как обычно, косплеила Меруру, так что костюм на ней был весьма откровенный, эротичный в своей неприкрытой завлекательности. Впрочем, даже на секунду в Канако нельзя было увидеть ничего, кроме младшеклассницы, так что мой репродуктивный орган и не думал пытаться поднимать свою голову.
Кстати, электрическая сигарета – это устройство, испаряющее из картриджа с помощью электричества жидкость, которую вдыхают вместо курения. Никотиновых паров в получившейся смеси нет, так что ей пользуются, когда бросают курить.
– Пф! Ну и фуфло, реально. Чё за курево с фруктовым вкусом?! Затарилась, думала, ничо так, миленько – а они приторные, гадость!
Та-ак…
На всякий случай представлю. Это Курусу Канако, одна из подруг Кирино.
Проверить, соблюдает ли она запрет на курение, или нет, я и явился сюда после того, как согласился помочь Аясе. Так-так… судя по этой картине, дело уже можно считать улаженным.
Видно же, что сейчас запрет она соблюдает старательно.
Конечно, есть у меня сомнения, что её хватит надолго…
Время – выходные. Место – комната ожидания для участников концерта в Акихабара-UDX.
На стене было приклеено расписание концерта. Согласно нему, до «выступления ужасно похожих на Меруру и Альфу девочек» с участием Канако, оставалось ещё полчаса.
В комнате ожидания находились переодетый точно, как в прошлый раз, я – в костюме и чёрных очках, затем Канако в косплее Меруру, и ещё одна девочка…
– Слы-ышь, ты, Бриджет. Сгоняй-ка сочку притарань.
– Э, э-э?.. Но… но я читаю сценарий… – услышав не терпящий возражений приказ, трогательно перепугалась Бриджет Эванс.
Она – симпатичная светловолосая девочка, та самая, что на прошлом косплей-турнире по Меруру до последнего боролась с Канако за победу. Сейчас на ней тоже был костюм соперницы Меруру, Альфы.
Чёрная мантия – её отличительная и провокационная деталь туалета, – полупрозрачная юбка, под ней нечто вроде школьного купальника. Прекрасно различима ямка пупка. Костюм, который непременно следовало бы примерить Аясе.
На Бриджет в этом наряде хмуро взирала, сидящая на корточках Канако.
Тыкая её посохом Меруру, «Бастер Родом», в плечо – тык, тык, – она процедила:
– Алё? Чё ты там вякнула? Неча-а мне тут сценарии читать. Давай за соком бы-ыра… Вишнёвый «Дорорич» мне возьмёшь.
– …Кана-кана-тян. Его здесь автомат не продаёт…
– Оба, ну так до ларька сгоняй.
– Но… э-э-то… так я же… в косплее……
– Ну и чо, давай мотай как есть. Пошла, быра.
Хлоп!
– А ну хватит, дрянь мелкая.
Не выдержав, я дал ей по башке. Эта мелкая дрянь с двумя косичками, взявшись за макушку, посмотрела на меня с обидой:
– Ай! Эй… чё ты делаешь с будущей звездой, менеджер-лопух?!
– А? Это кто тут будущая звезда?! Не приставай к маленьким!
Да ещё с таким удовольствием! У тебя садистские наклонности.
– Ха-а? Да она сама меня выше!
– …Хватит разводить демагогию!
У меня уже голова разболелась! Поразительно упоротая малявка, похлеще Кирино в её лучшие дни.
– …Ну ладно. Я схожу и куплю вам сок. Постарайтесь немного подружиться, а?
– Опа?.. Чё это менеджер-лопух у нас такой благородный? Неча-а тут сверху вниз смотреть. И ва-аще, соком затариться и так твоя работа. Смотри, скажу про тебя в офисе.
– Конечно-конечно, как угодно. Извини, что заранее не подумал.
Как раз потому, что я «лопух», мне и не под силу вести себя так, как вёл бы настоящий менеджер…
Сок-то я схожу куплю, но замечания делать этой мелкой дряни не прекращу.

До выступления ещё тридцать минут.
Сходив и купив им обеим сок, я помогал Бриджет разбираться в сценарии. Со времени предыдущего выступления она, похоже, много практиковалась в японском. Но хотя говорить она научилась относительно свободно, книги ей давались пока тяжело.
– …Простите? Не подскажете, а этот кандзи как читается?
– Это? «Замочить». …Ничего себе в сценарии слова попадаются.
Конечно, Меруру – боевое аниме, так что в принципе понятно…
– …Большое спасибо, менеджер-сан.
– Ага. Если чего-нибудь ещё не понимаешь, не стесняйся спрашивать.
– Благодарю, – присев возле меня, скромно улыбалась Бриджет. Какая культурная, знающая правила хорошего тона девочка. Всем своим видом показывает, что хорошо воспитана.
Ещё недавно она жила в Англии, но всерьёз ступила в Японии на путь ко звёздным вершинам, и была сейчас приписана к тому же агентству, что и Канако с Аясе.
Уж не знаю, экспансию в отаку-индустрию их агентство начало что ли…
Я бросил короткий взгляд в сторону Канако. Мелкая дрянь с косичками развалилась на диване и чувствовала себя совершенно как дома. Беззастенчиво чавкая, она сосала электронную сигарету, и мало того, задрала ноги в короткой юбке так, что прекрасно видны были трусы. Блин… здесь тебе не твоя домашняя комната!
– Чё-то тоска какая-то… Эй, слышь ты, лоликон. Поди мне плечи помассируй!
– Ну, знаешь ли, ты и дрянь мелкая. Это кто тут лоликон, а?
Нечего про меня говорить такое, что люди косо смотреть начнут!
Но всё-таки, раз уж я сегодня менеджер, уж в такой просьбе я не могу отказать…
– Ладно, ладно.
Я неохотно переместился к дивану. Остановился рядом с развалившейся на животе Канако и стал, как она просила, разминать ей плечи. Они были мягкие и податливые – и совсем не затекли.
Канако протянула расслабленным тоном:
– У-эээ…. Как приятно…
– Хорошо. Так?
– …Ага – так, так. Ничо… Ещё чуть-чуть посильнее… Хи-хи!
Похоже, ей нравилось. Но хоть я и привык к капризной сестре, необходимость угождать во всём ещё и этой мелкой невоспитанной девчонке серьёзно меня расстраивала.
Быть менеджером куда сложнее, чем я думал.
– Теперь у меня спинка чешется. Потри-ка её, потри…
– Тут?
– Са-авсем не тут, дубина… За лифчиком там, за ленточкой на спине…
– …Ох не нравится мне это.
Да она просто использует менеджера как слугу. Я всё-таки парень.
– Я вас очень прошу, менеджер-сан! ♡
– …Ну и ну. Ещё пять минут назад трусами сверкала, а теперь обаять пытаешься…
Ну и вымотан я. Познакомившись с её подлинным характером, и лишившись, можно сказать, всех иллюзий, сходящим по ней с ума фанатам хочется только посочувствовать.
Сможет она вообще выступить нормально?
– Ну чё ты?.. Ну чё такого-то?
– Ладно, ладно. Так?
– Ухя!)) Ай-ай-ай-ай!..
– Вот только не надо рискованных возгласов!!
Тут я внезапно заметил, что Бриджет, покраснев до корней волос, в ужасе смотрит на нас.
– А..аа…
– …Ч…что такое?
– А? Нет, ничего… просто… не могу сосредоточиться…
– Ой, извини. Шумят тут некоторые!..
Шлёп. Я легонько стукнул Канако по макушке.
– Ай…
Канако взялась за голову и недовольно подняла на меня взгляд:
– Слышь, а чё ты ваще бездельничаешь. Попу дальше массажируй!..
– Ну уж попу сама себе массажируй! И вообще, у тебя выход через пятнадцать минут, а ты даже сценарий не читала, как это по-твоему?! Вам же его только что раздали.
– А? Сценарий? Чё там читать-то, разок глянул – и хорош.
Что за глупости она говорит? Балда балдой, а строит из себя бог знает кого…
Ну-ка испытаем её.
– Раз так – давайте-ка быстренько повторим ваш выход на сцену, – сказал я, взяв в руки сценарий Канако. Улыбнулся Бриджет:
– Бриджет-тян, не могла бы ты порепетировать с нами?
– Ла… ладно.
– Блин, вот геморрой. Хотя если Бриджет на сцене запутается, тож будет западло. Лады…
Канако и Бриджет отреагировали совершенно разным образом, но в ответе, похоже, сошлись.
Я (пробегая глазами фразы) нашёл в сценарии нужное место и принялся зачитывать:
– Итак, настало время пригласить на сцену наших гостей. Сегодня с нами две победительницы «Официального чемпионата косплея по Звёздной ведьме Меруру» – встречайте, Кана-кана-тян и Бриджет-тян!

И в ту же секунду…
– Кстати говоря!.. Мы с Бриджет-тян теперь работаем на одну фирму! ♡ Ах, мы уже такие друзья! Правдочки?
– Д-да…
– Да! А как я удивилась в тот ра-аз – вы не поверите! Чтобы настоящая Клара-тян стала мне подпевать… Кана-Кана в жизни так не радовалась! ♡
Похоже, Канако и правда выучила весь сценарий. Пока она выступала, я глядел в текст – всё безупречно! Умеет же говорить бойко, без единой запинки! Кажется, звезда – это вам не шутки, даже так подумалось.
Я так удивился, что спросил в лоб:
– Э? А я думал, ты дурочка!
– Чё?! Кого ты дурочкой назвал, а? Тут лавэ дают, взялся – работай чётко. Дура-аак что ли? Пади найди звезду, которая на сцене будет косячить. Чё ты думал, раз я такая маленькая и прикольная, у меня мозгов нет?
– Вижу, извини, – искренне извинился я. Да, пожалуй. Деньги платят – значит, это уже настоящая работа.
Взялся за дело – делай как следует. Похоже, она это хорошо понимает.
Хотя обычно и ведёт себя невыносимо, и балда, каких мало.
Но там, где надо взяться за ум, всегда за него берётся.
Обидно!.. Опять меня восхищают способности этой глупой девчонки!..
Тут Канако стала неторопливо постукивать Бриджет волшебной палочкой по лбу:
– Ты эта… кстати… чё-то как-то мялась сильно, а? Кончай так напрягаться, слышь?
– Как не напрягаться… А вдруг я скажу что-нибудь не по сценарию?
– Балда-а… Пофигу на сценарий, говори чё хочешь, я найдусь, чё ответить. На турнире косплея-то сценария не было, так ты вон как живо болтала, просто прелесть… Так и надо, слышь.
– Но я всё равно во-волнуюсь… И потом… я ведь теперь официальный косплеер Альфы-тян… Если я ошибусь, на неё все плохо подумают…
– Слышь, не заморачивайся. Чё ты напрягаешься так, это просто мультики.
– «Просто мультики»?! Не смей сме-смеяться над Меруру!
– Лады, лады. Ла-адушки-лады. Больные отаку повсюду, уболтала. Прошу прощения у Меруру, – с усмешкой зубоскалила Канако.
Чуть не плача, Бриджет вся дрожала от гнева. В глазах её полыхнул огонь:
– …Кана-кана-тян – злюка!
– У-хе-хе, вот и чудно. Не нравится чё – выступай как следует. Не дрейфь, считай, что все эти фанаты сэйю типа сектантов, у которых культ твоей красоты.
Всё-таки она действительно или гений, или балда.
Культ…
– Х-Хватит! Нельзя так о людях, пришедших на наш концерт! – возмутилась Бриджет, но вспоминая, как сходили с ума фанаты на прошлом мероприятии, возразить по существу было тяжело.
Насмехаясь таким образом над Бриджет, Канако вдруг взглянула на меня:
– О? В этот раз не встрянешь?
– Не встряну.
В этот раз незачем. Видно же. В этот раз она её не обижает.
Я посмотрел на настенные часы:
– Кстати, вам уже идти пора.
– Ща… – Ага.
– Давайте. Обеим удачи.

Проходивший тогда в Акихабаре-UDX1 концерт полностью назывался «Концерт для поклонников в честь старта третьего сезона Звёздной ведьмы Меруру». Как следовало из ужасно длинного названия, празднование посвящалось тому, что со следующего месяца начинался показ третьего сезона Меруру.
В программе были выступление сэйю на главной сцене, живое исполнение музыки из аниме, предпоказ нового опенинга, и тому подобное. Завоевавшие огромную популярность на последнем официальном чемпионате косплея Бриджет и Канако значились специальными гостями. Вместе с сэйю им надо было петь песни и выступать на сцене.
Кроме расположенной в центре здания главной сцены, были и торговые ларьки. Сейчас, когда с начала концерта прошло уже порядочно времени, длинные очереди от них вылезали даже на улицу.
Чтобы приобрести ограниченные издания аниме-товаров, продающиеся только на этом концерте, отаку, точно на комикете, выстраивались в огромные очереди.
– Вот это энтузиазм!
Похлеще, чем на косплей-чемпионате. Наверное, потому, что нынешнее мероприятие рангом повыше?
Зал с главной сценой был разделён на сидячие и стоячие места, и часть сидячих мест была отведена организаторам.
Я сейчас тоже сидел там. На шее висела табличка, указывающая, что я – один из сотрудников.
В костюме, разумеется, было жарко…
Концерт уже начался, и над сценой, на большом экране крутилось превью третьего сезона Меруру, а продюсер этого аниме стояла на сцене с микрофоном и давала пояснения:
– Да! Как вы могли понять из превью, в этот раз врагом станет сама Меруру!
– О-ОООО! – волнуется зал.
Я тоже впервые об этом услышал. Чтоб Меруру стала врагом, это же… как если бы в Драгонболе врагом оказался Гоку. Дела плохи!
Почти так же безнадёжны, как положение Фейт-сан!2
Кстати, рассказывавшая со сцены обо всём этом девушка-продюсер была одета в костюм EX-Меруру (видимо, злой ведьмы – одежды все такие тёмные), так что у фанатов был ещё один повод сходить с ума.
Даже у меня, хоть аниме я не интересуюсь, стучало от волнения сердце.
– В конце второго сезона Меруру стала самой могущественной звёздной ведьмой… но теперь она превратилась в ведьму злую, и окажется в новом сезоне врагом! А противостоять ей будут новые героини!
Та-дам! С этим звуком на большом экране за её спиной появились новые героини.
Тихая добрая девочка, блондинка с грозным взглядом, длинноволосая фифа.
Это, как выясняется, были звёздные ведьмы Ариэс, Кансар и Варго.
– Разве они не милашки?
Мила-а-ашки! – донеслось из зала громогласное и дружное согласие.
– Спасибо, большое спасибо. Сегодня мы пригласили сэйю, которые будут озвучивать новых героинь, мы представим их, когда они выйдут на сцену. Далее.. Разворачивающиеся в новом сезоне магические битвы будут сильно отличаться от прежних боевых сцен. Раньше героиня Меруру разносила врагов в пух и прах своей невиданной магической силой, но в новом сезоне эта всемогущая девочка сама стала врагом. Чтобы противостоять сильнейшей из тёмных ведьм, героиням потребуется в сражениях сплочённость и смекалка. Разумеется, появится и она – ближайшая подруга и соперница Меруру… какой драматической и напряжённой будет битва! Смотрите третий сезон!
Ухёёёёёёёё!!! Меруру – урааааааааа!!!! – шумели довольные фанаты. Так шумели, что можно было усомниться в их душевном здоровье.
Отвернувшись от шума и крика, я посмотрел в другую сторону. Туда, где загородкой от сцены были отделены стоячие места. Сейчас там тоже царило оживление – так, что люди практически валились на ограду.
Прямо сцена из фильма о зомби.
Только на этот раз, когда пусть временно, но я стал одним из организаторов, вопящие фанаты не раздражали меня так, как раньше.
Помню, что чувствовал только благодарность, уверенность в них, и необычное с ними единство. Странное дело.
Тем временем, концерт шёл своим ходом – и настал черёд выступать Канако и Бриджет.
– А теперь – наши гости! Сегодня с нами победители «Официального чемпионата косплея по Звёздной ведьме Меруру»! Встречайте – Бриджет-тян и Кана-кана-тян!
При этих словах ведущего Бриджет, а за ней Канако, появились на сцене.
– Всем привет, ребята!~~~~~~~ ☆ С вами звёздная ведьма Меруру!~~~~~~ ♪Шутка! Я Кана-кана-тян!
– Знаменитая всамделишная Меруру-уууууу! – Милашка! Кана-кана такая милашка!! – Бриджет-тя-яяяян! – Я тебя на нико-нико и дикси3всегда смотрю!)))
– С-Спасибо! Надеюсь, вам сегодня понравится…
Бриджет старательно помахала фанатам ручкой. Про последнюю фразу… похоже, она снимала себя в разном косплее на видео и выкладывала на одном из видео-сайтов в интернете.
(Я тоже об этом только узнал)
Год с небольшим назад об одном из таких видео заговорили на фан-сайтах Меруру, и оно попало в топ этого самого нико-нико. Тут Бриджет и стало любопытно, мол – съездить, что ли, в Японию на чемпионат по косплею?
«Я так старалась, столько помогала по дому, и папа согласился свозить меня в прекрасную Японию», – радостно рассказывала она. Тогда никто ещё и не мог подумать, что она останется здесь работать.
«Год назад мне и в голову не приходило»… Это чувство мне хорошо знакомо. Год назад я и представить себе не мог, что снова буду общаться со своей сестрой.
Я искал по возможности лёгких путей, но к худу ли, к добру ли, а жизнь всё определила по-своему. Непредсказуемая штука жизнь.
Просто так повернув голову, я наткнулся взглядом прямо на кучку туристов-иностранцев, стоявших поодаль от всеобщего волнения и наблюдавших с усмешкой.
Ползёт, распространяется по миру через интернет культура отаку…
Могу только искренне восхититься.
Однако ж популярны эти девчонки, подумать только! Столько шуму, будто настоящие Меруру и Альфа на сцене стоят!
И вдруг…
Откуда-то неподалёку я услышал ужасно знакомый голос:
– Ух-хё-ёёёёёёёёёёёёё!! Кана-кана-тя-яяяяяяян!! Бриджет-тя-яяяяян! Одна другой кавайней!! У-ха)))) Ангелочки мои)))))
Сто…. да это же голос Кирино! Ба, я совсем про неё забыл!
Уж конечно, такого концерта она пропустить не могла!
Что ещё за «ангелочки мои»? Сестра сестрой, но не скривиться трудно!
И вообще, Кирино, ты не забыла, что вздыхаешь и томишься сейчас по своей же собственной подруге?!
Обернувшись, я тут же её увидел.
И действительно, позади, в тёмных очках и шляпке (для маскировки), стояла сестра… и не одна.
– Э?!
– Э?!
Хотите знать, что произошло?
Мы с Куронеко увидели друг друга. Стоя возле Кирино, она, по-моему, тоже меня узнала (много толку от костюма!), и глаза её сделались круглыми.
– …Она ещё тут откуда?…
Кирино с Куронеко были в переднем стоячем ряду, так что подойти и поговорить я не мог.
Ясно было только то, что Кирино с Куронеко пришли на этот концерт вдвоём.
Так вот…
– Чё-ёрт, так и знала, что надо было бронировать места-а! Так хотелось посмотреть на оживших Альфу и Меруру на арене!.. Ты почему меня пригласила, а билетов не купила?!..
– Пф, на такую безделицу довольно и стоячих мест. Между прочим, если бы я не предупредила, ты бы вообще не узнала о концерте, вот как ты отстала от жизни. Тебе стоило бы стоять на коленях и превозносить мою осведомлённость, я считаю… И учти, что если бы мы сидели на арене, твоя похожая на Меруру подружка обязательно бы нас заметила. Забыла?
– Ладно, ладно, уболтала! А отстала от жизни… чего ты хочешь, я за границей была, мне некогда было! Хотя за наводку тебе, конечно, спасибо…
– Пф. «Спасибо»? По тебе и не подумаешь, что ты благодарна…
– Правда-правда. Благодарна. Видишь, даже пошла с тобой вдвоём!
– Вдвоём?!.. И в чём же здесь благодарность?..
– …? Ты ж небось счастлива!
– …………Скажешь тоже. Лучше в следующий раз пригласить с нами Саори и твоего брата. Гулять с тобой в одиночку мне прискучило.
– Ладно, посмотрим. Ого! А ты, я смотрю, теперь интересуешься Меруру? Как же так?
– Тебе-то какая разница…
– А-га-а! Так значит, пока меня не было, ты от тоски взялась за мои диски? Сидела на полу, обняв коленки, и храбро смотрела их, один за другим!..
– Вот прицепилась! Нельзя ли не сочинять, как будто ты всё видела? Ошибочное слово тоже ранит… Я посмотрела всю Меруру исключительно для того, чтобы составить о ней мнение. Других причин нет!
– Других причин нет! – ха-ха-ха! Ну ты даёшь!)))
Ха-ха.
Давно не приходилось слушать таких их бесед. Всё-таки они очень подходят друг другу. Несколько месяцев порознь с сестрой, вместе с Куронеко – и я лишь укрепился в этом мнении.
Сказать, что мир восстановлен, тут, конечно, будет не совсем точно…
Но как бы там ни было, я рад.
Моё самолюбие говорит мне, что вернув Кирино домой в Японию, я принёс какую-то пользу.

«Концерт для поклонников в честь старта третьего сезона Звёздной ведьмы Меруру» имел невероятный успех и подошёл к концу.
Выступление Канако и Бриджет, похоже, запомнилось зрителям особенно хорошо, даже на фоне всего остального концерта. Наверное, для агентства, куда они устроились, это тоже был большой успех…
А я благополучно выполнил поручение Аясе.
Чудесно, просто чудесно. Теперь мне снимут блокировку на вызовы. Не могу перестать улыбаться.
Однако же…
Когда я заглянул в раздевалку, Канако развалилась на диване в полураздетом виде.
– Га!.. Эй, ты чего в таком виде сидишь?!
– А, менеджер… Прикинь, эта малявка двинула мне в живот…
Присмотревшись, я увидел, что Канако скорчилась, держится за живот и чуть не плачет.
– Что случилось? К-когда это она тебя так?
– На сцене… Видал, до пения с Кларой-тян чё-то типа «любимые моменты с живыми актёрами» было…
– А…
Канако и Бриджет в костюмах Меруру и Альфы разыгрывают знаменитые сцены из первого и второго сезонов.
Действительно, был такой пункт в афише.

– …Тебе всё мало, Меруру? Почему ты такая упрямая? Твоя магия ничто перед моим мечом! Тебе не победить!
– …Потому, что Ару-тян – моя подруга!
– !
– Мы же договорились! Ты обещала – мы вместе пойдём в луна-парк… Поэтому – я не сдамся!
– Ну ладно же!..

…Ну и далее в том же духе, они разыграли всю сцену битвы «Меруру VS Альфа».
Впервые оказавшись на грани поражения, Меруру клянётся спасти свою подругу, ставшую теперь её врагом. Известная и трогательная сцена, похоже (хотя та самая, которую не понимала и разругала в пух и прах Куронеко).
– И Бриджет тогда перестаралась и врезала тебе в живот слишком сильно?
– Да! А теперь ломанулась за доктором… Точно как-нибудь побью эту малявку…
Хм. Вот почему Бриджет в раздевалке нет. Видимо, перенервничала, вот и ударила слишком сильно… Уж во всяком случае, не от злости на едкие слова подруги она пырнула её взятым для постановки бутафорским мечом.
Может, моя сестра так бы и сделала, но эта белокурая девочка – вряд ли…
– Ну-ка, покажи свой живот…
Изучив живот, я обнаружил синяк и некоторое покраснение вокруг места, куда ударил меч.
Большой беды удар Канако не сделал, но похоже, было больно.
– Кстати, мне-то всё равно, но живот у тебя какой-то рыхлый…
Шарах! – потрясли мои слова Канако. Похоже, для неё это был не пустяк.
Нет, она ни в коем случае не толстая… Не хочу показаться грубым, но самое подходящее сравнение – у неё живот мягкий, как у крошечного ребёнка.
– Слышь, ты! Ты чо такое про леди вякнул, а?! Ты как назвал мой… ай-ай-ай!
– Эй-эй, ты осторожней.
Позлишься на меня, когда живот будет меньше болеть. А вообще – как и с Кирино – когда видишь их только в минуту слабости, то кажется – какие они трогательные…
– Но ты молодец, продержалась на сцене в таком состоянии до конца…
– А то! Думала, укокошу малявку, укокошу, а перед чокнутыми отаку всё-таки кокетничала как надо!
Характер и речь у неё отвратительные, но профессионализм я не мог не оценить. Где-то что-то подобное, мне казалось, я уже видел… ну конечно же: так себя ведёт моя собственная сестра.
Тогда понятно. Вот почему они дружат – рыбак рыбака
Канако плаксиво посмотрела на часы на стене:
– И вообще… чё она тормозит? «Ща я сбегаю в медпункт, ща я сбегаю»… Долго она бегать будет, балда?..
– Хочешь, я пойду гляну, как она там?
– Фиг с ним. Кстати во. Мне как-то резко отлить захотелось. Тут вроде сортир от медпункта недалеко… м-мож ты меня дотащишь дотуда срочняк?
– …Ладно. Прям так срочно?
Я понимаю, что дело неотложное, но девочкам «отлить» лучше не говорить! Какой невоспитанный ребёнок.
Итак, я повёл Канако (дрожавшую и переступавшую с ноги на ногу от нетерпения) за руку ко временному медпункту.
Но по пути, в коридоре, Канако вдруг сказала: «А!»
Подняв посох, на который опиралась, она указала им вперёд.
Впереди стояли Бриджет и какой-то иностранец – толстенный исполин. Одет он был в джинсы и белую футболку с картинкой. Явно сопроводительный товар к сериалу – на ней была нарисована Альфа, и мужчине футболка была так мала, что казалось, она вот-вот треснет по швам.
С грубой усмешкой мужчина о чём-то расспрашивал Бриджет.
Оба бегло говорили по-английски, так что понять, о чём шла речь, я не смог.
На первый взгляд это был типичный толстый отаку-иностранец, но слишком уж смахивало на то, что он к Бриджет пристаёт. К тому же, по сторонам стояли ещё пять или шесть таких же жиртрестов, ухмыляясь и – ну точно – тоже болтали по-английски.
Они будто сторожили Бриджет, не давая ей убежать.
Сюда же вообще нельзя никому входить, кроме организаторов… Что посторонние тут делают?
– Это ещё кто…
Я почувствовал, что возле меня встревожилась Канако.
И тут на наших глазах произошло нападение.
Говоривший с Бриджет толстяк вдруг крепко обнял её. С резкой неприязнью Бриджет попыталась его оттолкнуть, но он только сильнее тискал её, наклонился к ней… и вот уже прижался к ней щекой!
– Эй!..
Я немедленно бросился к ним, но кое-кто успел быстрее меня.
– Эт-та щё чё такое, слышь?!
Канако. Она решительно вырвала у меня руку, за которую я её поддерживал, – и, кипя гневом и скрипя зубами с такой силой, что почти был слышен звук, прыгнула вперёд.
– Ка… Кана-кана-тян? – удивлённо обернулась Бриджет. Яростно размахивая посохом, Канако мчалась к ней.
Шарах – с размаху врезала она им по щеке мужчины. Пусть посох был и бутафорским, но всё-таки крепким оружием. Да и ударила она, видимо, сильно – мужчина не смог удержаться от возгласа:
– Oh!
– А ну п-шёл от Бриджет, жердяй! Ишь чё вздумал, Канако не видит, так сразу руки на моих распускать!
– Эй… аккуратней с посохом! – крикнул я, подбегая, но Канако кинула на меня убийственный взгляд:
– Ты чё там вякаешь? Ещё зовёшь себя парнем?! А ну шмаляй за кем-нибудь, сопляк!
Чёрт, она на меня разозлилась!.. Видя, как угрожающе ведёт себя Канако, стоявшие в стороне иностранцы изменились в лице и начали приближаться со всех сторон. Они подбирались всё ближе, собираясь схватить Канако, но она не далась – широко взмахнув посохом, она отогнала их.
– …Shit!
Почуяв опасность, иностранцы остановились. Отогнав мужчину от Бриджет, Канако закрыла её своей спиной и зло оглядела нападающих.
– Ка-Кана-кана-тян… что случилось?.. – растеряно спросила Бриджет у примчавшейся откуда ни возьмись Канако.
Глянув на неё всё ещё в ярости, Канако сплюнула:
– Пф. Ты чё, совсем дурочка? Когда тебя такая шмаль зажала, слышь – кричи благим матом. «Спасите, помогите»! А если б меня тут не было? Чё тогда?!
– …
Канако…
Присмотревшись, я увидел, что её ноги дрожат. В глазах было отчаяние.
Какой бы глупой она ни была, это не значит, что сильного врага она не боится.
Её характер и поведение… Кто знает, может однажды она сама попадала в такую ситуацию и натерпелась страху. Однако задиристый тон её был непоколебим:
– Эй, гады! Я сегодня добрая – пошли вон, пока целы!
Взирая снизу вверх на гигантов, Канако – вжух! – выставила перед собой свой посох.
Точно вышедшая против несокрушимого противника – настоящая девочка-волшебница.
– Вон! А не то спалю вас к чёрту «Метеоритным ударом»!
Пусть слова им были непонятны, но уверен, непреклонность и угрожающий тон Канако иностранцам передались прекрасно.
Даже мне стало ясно, что при виде крошечной девочки, отличавшейся от них сложением сильнее, чем ребёнок от взрослого, эти громилы немножко испугались.
– Кана-кана-тян! Стой! Это же… – поспешно вскричала Бриджет, – Это же мой папа!
– А-а?! – ошеломлённо повернулась к Бриджет Канако, и с глупым лицом переспросила: – Папа?
– Д-да… папа
– Па… па, па, «папа», да?… Т-так ты чё… в таком возрасте уже…
Хлоп!
– Ай-ай-ай!
– Чему ты учишь маленьких детей, а?! – пусть с опозданием, но всё-таки сумел я вставить замечание. Когда я услышал обращение «папа», мне, наконец, стало ясно. Действительно, сейчас я работал менеджером, так что кое-что слыхал.
Хоть и тяжело было поверить…
– Этот громила-иностранец – отец Бриджет!
– Чё?! Правда?! Они ж нифига не похожи! Как из генов такого чокнутого отаку-жиртреста могла появиться Бриджет?!
– Я сам поражаюсь, но что есть – то есть…
Пользуясь тем, что они не понимают японского, мы говорили без малейшего стеснения.
Да…
Казавшаяся на первый взгляд преступной картина – грязные отаку со злыми усмешками домогаются до беззащитной девочки – оказалась на самом деле зрелищем того, как гордый отец-отаку приласкал только что вернувшуюся с выступления на сцене любимую дочь. Как мы потом выяснили, собравшиеся вокруг иностранцы тоже были родственниками, и прилетели сюда в турпоездку, а заодно поболеть за Бриджет. Да, пожалуй – и улыбки у них вон какие дружеские…
– Что-оооооооооооооооооо?!!
А поэтому…
Бесстрашно загородив Бриджет своей спиной и поливая папашу-Эванс оскорблениями, Канако чудовищно всё перепутала.
Стоя и держась за щёку, по которой ему вмазала Канако, папа-Эванс как будто бы хорошо понял, что случилось, и совсем не злился. Наоборот, он извиняющимся тоном сказал:
– Ha-ha. Сорри, Меруру.
Когда перед ней извинился тот, кого она ударила, Канако, естественно, почувствовала себя неловко.
Будто пытаясь скрыть смущение, она сплюнула:
– Ке!.. Запутают тут!
Бросив это, она немедленно развернулась и, никого не дожидаясь, поспешила к туалету.
Не успела она выйти, за ней немедленно бросилась Бриджет. Одним махом она подскочила к Канако…
И ласково обняла, точно чуть уступавшую ростом старшую сестру.
– Спасибо, Кана-кана-тян! ♪
– Гя! Не надо за мной хвостом ходить, малявка! И ещё – учти, раньше я тряслась не потому, что твоего папашу боялась! Мне в сортир надо срочно!
– Кана-кана-тян, ты была прекрасней настоящей Меруру! ♡
– О-отстань! Ты слышишь, чё те говорят? И вообще, чё ты повисла на мне, ты меня выше!
Я поймал эту картинку мобильным и сделал фотографию.
Лучшего подарка сестре, наверное, не найти.

ORE6_065.JPG
ORE6_066.JPG

Глава 2

ORE6_067.JPG

– Алло, это о-нии-сан? Да, я прочла ваше письмо. Похоже, Канако действительно соблюдает запрет на курение… Честно говоря, мне в агентстве уже многое рассказали. И выступление удалось, и Бриджет-тян привязалась к Канако… Словом, всё прошло замечательно. Я рада, что обратилась к вам, о-нии-сан.
– Говорю же, я ничего не делал. Хотя, конечно, слышать такое рад.
– Ах, не прибедняйтесь, пожалуйста. Я в самом деле благодарна вам. Огромное вам спасибо, о-нии-сан.
– Да ладно тебе, не благодари так… я же смущаюсь. И кстати, раз я сделал всё, что надо, то ты это… телефон…
– Конечно, как мы договаривались. Блокировка ваших вызовов снята.
– У-р-р-раааа!
– Только вы не звоните, пожалуйста, особо? Не утомляйте меня.
– …………
– Ах! Что с вами? Что это был за глухой стук?!
– Прости. Я от шока выронил телефон.
– Н-ну и как я должна тут отвечать?.. М-между прочим, о-нии-сан, не слишком ли вы в последнее время ко мне липнете? Вы же не скажете, что мне просто мерещится?
– Чего тут такого, когда я в тебе души не чаю!
– Ч-что вы подлизываетесь, как не стыдно!.. А блокировки вызовов, между прочим, полгода не замечали!..
– Так я и хочу теперь сойтись поближе!
– Почему-то не верю я вашим словам ничуточки… Слышите, если вы так и будете меня дразнить, я всерьёз на вас рассержусь! Эх… Всё меньше хочется делать вам то одолжение…
– Ась? Ещё какое-то одолжение, кроме снятия блокировки вызовов?
– Да вы же сами сказали. «Кто понесёт ответственность?»..
– Ну да, говорил… я думал, мы это в шутку?
– Вот, опять! Как вам можно верить? Обманщик!
– Не злись ты так… Ну и чего? Что же ты собиралась для меня сделать?
– Секрет. Но я уверена, что вам понравится. Ведь я так стараюсь, готовя для вас этот подарок-сюрприз.
– Ого? Вот это да. Жду не дождусь. Нет, серьёзно…

…Такой примерно разговор с Аясе состоялся вчера вечером.
Сейчас было утро. Я шёл по дороге в школу. Приближаясь к перекрёстку, уже ставшему обычным местом наших встреч, я увидел дожидавшуюся там Манами – и заметив меня, она тоже подняла голову.
– А, Кё-тян.
Эту невзрачную девушку в очках зовут Тамура Манами, она моя подруга детства и я ей очень дорожу.
– Привет, Манами!
– Привет!..
Неторопливое, мягкое утреннее приветствие. Когда я слышу его, меня начинает клонить в сон.
Я зевнул – э-эх – и толком не взглянув на Манами, пробормотал:
– Пошли, что ли?
– Угу… Постой… Кё-тян?
– А?
Обернувшись и продрав сонные глаза, я обнаружил, что Манами смотрела на меня с надеждой во взгляде:
– Как тебе?
– Что?
– К-как… что…
Раз, – и Манами уже смутилась и повесила нос. Она ёрзала несколько секунд, а потом, видимо, решилась и подняла голову. Почему-то ей было со мной неловко:

ORE6_071.JPG

– Нет ли во мне сегодня… чего-нибудь необычного?
– Нету.
– Правда?!!
– Ой! Не кричи так ни с того ни с сего, пугаешь же.
Отступив чуть подальше, я осмотрел Манами повнимательней, и та ещё сильней покраснела. Не знаю, за что, но она, похоже, сердилась.
– К-как следует посмотри!
– Легко сказать…
По-моему, всё как всегда? Я ещё раз пристально осмотрел подругу детства с головы до ног. Грудь у неё в последнее время подросла, разве что… И тут я кое-что заметил:
– А, Манами, я понял, у тебя же волосы…
– Да-да? Что? У меня же волосы что? – разом оживилась Манами, лицо её прояснилось. Похоже, угадал. Эх, ну и возни с тобой. Я ласково объяснил:
– У тебя же волосы растрёпаны.
– Они не растрёпаны! Глупый Кё-тян!!

Чуть позже, на перемене.
Я сидел и разглядывал со своего места картину за окном. Манами позвала меня:
– …Что с тобой, Кё-тян?
– А? Ты о чём?
– Почему-то у тебя весь день странное выражение на лице… Мне интересно…
Куда подевалась её утренняя (непонятная) сердитость? Похоже, Манами за меня волновалась и подошла предложить помощь. Как же она обо мне заботится… Прямо, как бабушка пеклась бы о своих внуках.
Поэтому и я, точно настоящий внук этой заботливой бабушки, с лёгким сердцем препоручаю себя её заботам.
– Да вообще-то есть пара проблем… – оторвавшись от своих мыслей, сознался я. Бесполезно притворяться, только сильнее её встревожу. Я бы на её месте тоже встревожился.
– Поделишься со мной?
– Конечно.
На лице Манами появилась мягкая улыбка. Я тоже почувствовал, что улыбаюсь.
– Честно говоря, дело в сестре, – раскрыл я ей одну из своих забот.
Кивая головой с серьёзным видом – угу, угу, – Манами внимательно выслушала меня.
– Значит… ты «приволок сестру из-за границы домой, но Кирино-тян ведёт себя как прежде, и что-то здесь не клеится»?
– Если в двух словах, то да.
– М-м. Как-то… я не очень поняла, в чём тут…
Хм. Плохо объяснил, что ли? Ладно, попробую ещё понятнее… например, так.
Я думал, что получил в ветке сестры какой-нибудь флаг, но почему-то новых сцен совсем не добавилось… Нет, конечно, я и не хочу читать никаких «сцен» с Кирино, мне даже представлять себе такое противно!
Но после всего, что случилось… Я уже готовился, что к худу или к добру, а наши отношения полностью поменяются. И что же? Я её теперь стесняюсь, думаю о ней, а она хоть бы что, нисколечко. Как-то досадно… В смысле, только я мысленно приготовился…
– Как-то меня это грызёт. Хотя в принципе, конечно, всё равно…
– Ага – ты надеялся, что вы с Кирино-тян ещё сильнее подружитесь, это тебе обидно?
– Да нет же!
– Нет? А по-моему, весь последний год ты очень часто говоришь о Кирино-тян. Я-то всегда тебя слушала и радовалась…
– Да я ж на неё только жалуюсь!
– Но когда Кирино-тян уехала, ты скучал.
– Ну… да, ужасно скучал! И чего?! Естественно, когда в семье кто-нибудь пропадёт, ты как на него не злись, а будешь скучать!
– З-за что ты сердишься?
– Ни за что!
Тюк-тюк, – я похлопал Манами по голове. Она схватилась за голову – ай! Больно!
– Ну, за год отношения у нас и правда чуть-чуть наладились… – бросил я неохотно, – Хотя всё это теперь, наверное, коту под хвост. Я ведь привёз её назад против её воли, силком – неудивительно, что она злится.
Кирино ни за что не выскажет мне обиды.
Но я ей помешал и расстроил её планы, и тут ничего не поделаешь. Не может Кирино не держать на меня зуба. Заранее зная, что этим кончится, я всё-таки решил привезти сестру обратно в Японию.
Было бы глупо теперь ныть, правильно? И всё же… всё же… Самому противно, но я всё-таки говорю это «всё же». Ворчу и жалуюсь на жизнь своей верной подруге.
– Я-то думал, что наша дружба теперь совсем пойдёт под откос.
Флаг, который я заработал у сестры, был совсем не «флагом любви».
Ветки сестры нет, концовка сестры невозможна.
– Даже если б она перестала меня замечать, как было год назад – пусть. К этому я был готов. Но она почему-то ведёт себя со мной точно так же, как вела до отъезда! Вот чего я не понимаю…
Не могли наши отношения не поменяться, но на первый взгляд всё как будто по-прежнему.
Вообще-то, это несколько пугает.
– Кё-тян, даже если Кирино-тян на тебя злится – это ещё не значит, что всё прахом. Мне кажется, ты зря готовился к худшему.
– С чего ты взяла?
Грубая получилась фраза. А ещё сам просил совета!
Но Манами только улыбнулась, и постаралась развеять мои тревоги – как делала всегда:
– Потому, что я лучше всех знаю, какой ты заботливый.
– …Н-ну ты скажешь, однако, так вот…
На самом деле куда заботливей меня – Манами.
Когда в минуту тревоги встречаешь эту её заботу, хочешь-не хочешь – будешь тронут. Не знаю, что и делать.
– Уж кто бы говорил. А, братец, примчавшийся за море выручать сестрицу на всех парах?
– Кх…
Теперь меня, наверное, ещё долго будут этим дразнить. Не всю жизнь, надеюсь? Не всю жизнь же?!
– К тому же, недавно мы беседовали по телефону с Аясе-тян, и она обронила… «Да Кирино весь последний год только о брате и говорит».
– Аясе так сказала?
– Ага, и очень злилась.
…Аясе и Манами. Опять всплыло их знакомство. Я смотрю, они и впрямь подружились…
Но если жалуется даже Аясе, то видимо, Кирино действительно всё время говорит обо мне.
Пф-ф. Ну и что из того… Хотя, конечно, много чего.
Подняв пальчик, Манами с умным лицом объявила:
– И потом, если поставить себя на место Кирино-тян – мне кажется, несложно представить… почему она ведёт себя так же, как прежде.
– И почему же?
– Потому, что она стесняется.
– Что-о? – поражённо воскликнул я. Манами хихикнула надо мной:
– Если бы я училась вдали от дома, и мне было бы плохо – каждый день казался бы мукой, ничего бы не клеилось… и тут, очертя голову за мной принёсся бы Кё-тян, сам не свой… я бы была ужасно рада. И мне бы было так стыдно, что перед Кё-тяном я бы изо всех сил притворялась невозмутимой.
– Ну… может быть… но это же ты.
Выслушав, почему Кирино должна стесняться…
…почему я вдруг застеснялся сам?
«Хе-хе, ничего подобного», – улыбнулась Манами в ответ на мои слова:
– Говорю тебе, Кё-тян. Можешь не волноваться. Вы с Кирино-тян обязательно станете ещё дружнее прежнего. Я тебе обещаю.
– М-м……. Да я особо и не хочу становиться с ней дружнее…
Демонстративно отвернувшись, я шепнул:
– Спасибо.
– Хе-хе, всегда пожалуйста.
Смутившись, Манами взялась за голову руками. А волосы-то по-прежнему растрёпаны. Причешись уже наконец.
– Кстати говоря, Кё-тян, а другая проблема какая? Ты говорил, есть пара, значит – это не всё?
– Не всё, но о другом я тебе не скажу.
– Такая беда, что даже мне знать нельзя?
– Нет, как раз тебе знать и нельзя…
– Ясно. Ну ладно, что ж поделать. Если я чем-то могу помочь, ты говори!
– Ага.

– Редкий она человек.
С этого начал разговор Акаги, подойдя ко мне после того, как Манами ушла за свою парту.
Хозяин коротких коричневых с красноватым отливом волос, хорошо сложенный и энергичный тип.
Его зовут Акаги Кохэй и он мой одноклассник. Кстати, у него есть сестра, которая учится в десятом классе – поклонница гомиков, но сам он не гомик… как будто бы. Надеюсь, что нет.
– Да уж.
– Ты единственный, кого я знаю, кто на такое замечание может ответить «Да уж»!
– Тебе чего-то надо?..
– Да-да. Ты на следующих выходных не занят?
– Пока вроде никуда не собирался. Разве только уроки делать надо…
– Ага… Тогда вот чего. Не хочешь со мной сходить кое-куда?
– Хм…
Вообще да, в последнее время я гуляю только с друзьями-отаку и сестрой, а с Акаги встретиться почти не получается. Вот и сейчас, только что сходил на этот концерт Меруру… неплохо бы время от времени отдыхать от Акибы и гулять с обычными приятелями в обычных местах.
– Давай. А куда ты собрался?
– В Акихабару.
– …………
Похоже, меня сглазили: хоть в лепёшку разбейся, а от отаку-индустрии мне не сбежать.

И вот, воскресенье, на часах одиннадцать утра. Я стою возле одного из эроге-магазинов Акибы.
– Ты уж извини, Косака, что я тебя с собой потащил!
– Вот-вот. Чего это я должен с тобой ещё и в Акибу ездить?
– Ну не ворчи, не ворчи.
Прижимая магазинный пакет к груди, Акаги сиял. Он был мускулист и футболка-безрукавка ему неожиданно шла. Кстати, в магазинном пакете лежали купленные по заказу его сестры новые гомо-игры.
Акиба Акибой, но покупать гомо-игры, не смущаясь ни капли, – это внушает, Акаги. Быстрым шагом удаляясь от эроге-магазина, я сказал Акаги, идущему рядом со мной:
– Подумать только, значит, бывают магазины, продающие только BL-игры… Вот уж без каких подробностей я бы точно не умер!
– Вообще-то мекка BL – Икебукуро… Там другое дело, там каких только игр и товаров не продают!
Любишь ты, дружище, сообщать мне то, чего я и знать не хотел. Прищурившись, я посмотрел на Акаги:
– Ну что, я своё дело сделал?
– Ты чего, это было не дело, а так… Я вообще собирался сам сходить купить то, что меня сестра попросила. С тобой я хотел прогуляться совсем в другое место.
– Хм-м.
Так вот почему он гомо-игры не в Икебукуро, а в Акибе купил.
Под предводительством Акаги мы направились в сторону выхода с электричек «в город электротоваров».
– И? Куда мы теперь идём?
– Отличный вопрос! – на лице Акаги расцвела не к месту радостная улыбка, – Косака. В этом году мы перешли в двенадцатый класс – и, наконец, стали совершеннолетними. …Понимаешь, что это значит?
– Нифига не понимаю. Говори прямо, балбес, – косо глянул я на Акаги. Тот распылялся:
– Ну как же, пойми! Ведь достигнув прекрасного восемнадцатилетнего возраста, мы теперь можем не украдкой, как прежде, а гордо и с триумфом шагать в непристойные магазины – и сегодня эту идею мы проверим на практике!
– Ты что, для этого меня позвал?! Иди один!
Вот оно что. А я-то думал, почему это он в эроге-магазине так смело держался, а дело вот в чём.
– Один в такие магазины идти я стесняюсь…
– Ха! Стесняешься! Сказал тоже. А сам покупает по заказу сестры в эроге-магазинах игры про гомиков!
– То одно, а это другое! Пожалуйста, Косака, пошли вместе!
– Да не липни ко мне, противно!
Я спешно попятился.
Фух…… фух…… если подумать трезво, Кирино тоже частенько приходится куда-нибудь сопровождать. …Но интересно, почему, когда о помощи просит здоровый пацан, это так неприятно звучит?
– К тому же, я вообще не понимаю твоей логики – хочешь сказать, вместе не стыдно, что ли? Если уж стесняешься, то хоть один, хоть вдвоём…
– Нет-нет, с друзьями – совсем другое дело. Точно тебе говорю. Неужто не хотел разок сходить?
– …В непристойные магазины?… А поточнее?…
С невозмутимым видом приняв из рук горничной рекламный листок, Акаги ответил:
– М-м… Я думал с тобой сходить в магазины интим-товаров, которыми знаменита Акихабара. Чего скрывать, места, куда до восемнадцати вход воспрещён, вызывают во мне живейший интерес!
– Ты только не кричи так…
– Мы же старшеклассники, чего тут такого! Тебе и самому, небось, интересно?
Ну да… есть немного. Я уже много раз гулял по Акибе и закупался эроге с сестрой и её подружками, и на магазины «до восемнадцати» я поглядывал с любопытством, но со мной же были девчонки из средней школы… Случая как следует осмотреть такие лавки не представлялось.
Верно, верно… Это тоже ценный жизненный опыт… Согласен…
Глянуть краешком глаза совсем не повредит…
– Эй! Старый развратник! То-то я и смотрю, заулыбался!
– Пф. Выдумывай больше!
Такой уж я просто человек – радуюсь, что принял решение.
Да… Акиба – это, конечно, немного того, но всё-таки, гулять время от времени с другим мальчишкой тоже неплохо.
Будь рядом девушки, мы бы таких глупых бесед вести не могли.
Чуть скажешь лишнего – тут же «домогается», «извращенец», «противно». Отчитают так, что мало не покажется.
Чёрствые люди – не видят, что мои помыслы и движения сердца чисты!
Если уж совсем честно… С Акаги и с другими одноклассниками гулять веселее, чем с Кирино или Куронеко. Любой парень моего возраста вам скажет.
Так что я пребывал в необычно приподнятых чувствах.
Радостным голосом я воскликнул:
– Ну ладно же! Куда мы идём? Ты ведь разобрался во всём прежде, чем меня звать, а, Акаги?
– Ну, постольку поскольку… Но я сам иду впервые, так что много от меня не жди!
– Ладно.
– А вот мы и на месте.
Что, уже? От выхода на «электротовары» в двух шагах, получается!
Магазин, на который кивком указал Акаги, носил подозрительное название «Интим-товары «Эрос». Он был единообразно покрашен в белый и жёлто-зелёный – видимо, фирменные цвета.
На первый взгляд – вроде универмага, сверкает чистотой. Чувства неуместности, возникающего в таких местах – «этот магазин не для меня, мне туда нельзя» – этой гнетущей неловкости и в помине нет. Возле входа стоят картонные фигуры горничных, красуются костюмы из разных аниме. На витрине выставлены… искусно сделанные манекены?
– Это не они ли подписаны – «кукла для секса»? Их что, можно купить?
Похоже на то. Я изумлённо покачал головой. Чем только на свете не торгуют!
Ну купишь такую, а дальше что? К слову, выставленные в витрине куклы все были красиво наряжены, так что издалека было похоже на бутик. Миленько всё-таки выглядит.
Обойдя магазин сбоку, мы нашли план помещений. Там было указано, где что продаётся: первый этаж – DVD и печатная продукция, второй – товары под названием «Men’s goods».
Мэнз гудз… Что хочешь, то и думай. Акаги, а ты посмотреть что-то хотел?
– Ага, на пятом этаже.
– И что там собрался купить?
– Подарок Сене-тян, что же ещё!
………Подарок сестре.
Что ты собрался ей покупать в таком магазине, а, братец? Ты же понимаешь? Мы в магазине интим-товаров, куда ты и войти-то стеснялся!
Ещё и на пятом этаже… это же, тут написано, «Lady’s goods»…
Лэ-лэдиз гудз?! Э? Стойте… Так это же…
– Акаги, ты что… ■■■■ решил сестре подарить?!!
– Ты чё сдурел совсем что ли?! Да она меня за брата считать перестанет!
– И то правда. Фух, ты напугал.
– За кого ты меня принимаешь? Где ты видел братьев, которые бы дарили сёстрам ■■■■?! Уж конечно, я хочу вручить ей что-нибудь поприличнее.
– Хм. Тогда что же ты купишь на этаже «Лэдиз гудз»? Как подарок сестре?
– Садо-мазо принадлежности. Набор для бондажа какой-нибудь.
– И чем это отличается?!! Где оно «поприличнее»?! Вот что… я тебе от лица всех, у кого есть сёстры, скажу… ты противен!
Ну и дела! Им же с сестрой полезнее, чтобы кто-нибудь высказал ему всё как есть.
К тому же, ты только что купил для своей сестры игры про гомиков!
Сколько подарков ты ей собираешься делать?
Переждав, пока я насмешничал изо всех сил, Акаги невозмутимо ответил:
– Ну, это, просто Сена-тян давно уже к ним приглядывается. Она меня не просила, но я куплю – надеюсь, ей понравится.
– Нет, нет, нет и ещё раз нет! Сколько ты застенчиво не улыбайся, сочувствия, как заботливый брат, ты ни капли не заслужил! И вообще, присматриваться к таким вещам… зачем твоей сестре понадобились садо-мазо принадлежности?! Брата кнутом хлестать?
В таком случае мне точно придётся пересмотреть свои отношения с братом и сестрой Акаги!
– Будет использовать их как образец для иллюстраций в игре. Сам посуди, с настоящими-то оно понятнее…
– Хм-м… сюрпиз, сюрприз…
Не сюрприз.
– Ну ладно,тогда что – сразу в лифт и на пятый этаж?
– Постой, Косака: ради жизненного опыта давай осмотрим всё по порядку? Идём же внутрь!
– А вы раздухарились, Акаги-сан!
Прекрасно вижу, как он взбудоражен. Вон какой довольный!
Подарок сестре был, наверное, просто поводом сюда сходить?
Когда мы под Рождество гуляли по Шибуе, Кирино вела себя точно так же.
Лёгкой поступью Акаги вошёл в магазин, а вслед за Акаги, скрепя сердце (честно!), и я. Акаги решительно поспешил вглубь – так что было не угнаться.
– …Ну Акаги! – изумлённо вздохнул я. Оглядел магазин.
Внутри было ещё теснее, чем казалось с улицы. Прямо как в маленьком магазинчике самообслуживания.
Как вошли – слева лифты, перед нами касса, а направо лестница. Рядом с кассой продаются «Счастливые пакеты». Внутри, видимо, набитые интим-товарами.4
Первый этаж – DVD и печатная продукция… короче говоря, эротические книги и видео. Почти всё то же, что и во «взрослом уголке» любого DVD-проката. Откуда я знаю? Не спрашивайте.
На этом этаже кроме нас двоих никого не было.
– Эй, Акаги. На этом этаже смотреть особо неч….
– Угу. В подвал идём, в подвал! – ответил Акаги, и бросился вниз по лестнице, опять впереди. За ним, вздыхая на ходу, следовал я.
Так мы попали на подвальный этаж, но товары там не слишком отличались от тех, что продавались на первом…
Только одно отличие сразу бросалось в глаза.
На установленном там экране крутилось в качестве образца видео. Ещё и на полной громкости.
Ах!.. А-ах…. ♡ О-о~~~~~х ♡ – ну и всё в таком духе.
– ……………………Ужасно.
Вот оно. Это чувство неловкости. То самое стеснение, которое я всегда испытываю в местах типа магазинов для взрослых.
Понимаете ли?… Не понимаете ли?…
Те, кто бывал в таких местах, должны понимать. Даже порно-гуру когда-то были новичками. Через это ощущение, что «я пришёл куда-то не туда», уверен, проходят все неискушённые в интим-магазинах люди.
Вытирая платком пот со лба, я позвал спутника:
– Слушай, Акаги. Да-давай пойдём уже отсюда? А?
Присев у стойки на корточках, Акаги рыбачил на полках. Он обернулся в восторге:
– Косака! Ты только посмотри, какой выбор!
– Как знаток-то не говори!
Ты точно раньше в интим-магазинах не был?
– Акаги… ты что, собрался здесь что-то покупать?
– Ну… я прямо не знаю. Вообще-то, я деньги на мотоцикл откладываю. Хотелось бы где-то тысяч за 700 йен5 байк взять. Так что мне особо тратиться нельзя… эх… блин!..
Изящные черты его лица исказила тоска – мачо предо мной был в печали.
«Блин»! Так я и знал, что подарок сестре был только предлогом.
Сгорбившись над полками, и набрав полную охапку DVD-дисков, Акаги украдкой кинул на меня взгляд:
– С-слышь, Косака, а не хочешь напополам ку…
– Не хочу.
– Гх… А… а… а вот этот диск, с актрисой, немного похожей на Тамуру-сан?
– Я тебя укокошу!!!
Я изо всех сил схватил его за грудки. Ну Акаги! Ну даёт!
Он думал, я соглашусь на такое безнравственное предложение?! Чокнулся, что ли?
Пф. Я ему так прямо и сказал:
– …………Две тысячи йен хватит?

В магазин мы только зашли, но я уже устал. Психологическая нагрузка была в некотором роде похлеще, чем на летнем комикете. Клубнички тоже полно, но виды вокруг такие, что я даже и не знаю, как их описывать.
А уж описать нас двоих, когда мы поднялись по лестнице и зашли в «Мэнз гудз», то есть, туда, где продаются мужские товары, я вообще не рискну. Что же делать?
…М-м… Ладно. Начну с чего-нибудь безопасного…
И первый этаж, и подвал были довольно тесными, но на втором этаже оказалось ещё теснее.
Почему – потому, что он был полон людей. Иной раз между ними с трудом удавалось протиснуться, иной раз нет, так что пробраться вглубь оказалось не так-то просто –вот сколько было народу!
Короче говоря, на этом этаже продавались ходовые товары.
Похоже, «мэнз гудз» и были козырной продукцией магазина.
Прежде я говорил, что на первом этаже было «прямо как в магазинчике самообслуживания», ну так на втором этаже то же самое, только стоящие рядами шкафы были все – интим! Ряды за рядами, сотни всевозможных интим-товаров, ну и зрелище! Вот это дела. Сколько же их, оказывается, бывает…
Фух. Да, как-то так и буду писать…
И тут этот дурень восхищённо кричит мне:
– Эй, Косака! Ты гляди! Электронная дрочилка!!
Коту под хвост… Столько осторожничал, опасные места замалчивал – всё коту под хвост.
Блин. Читающие меня хорошие девочки и мальчики: вы, наверное, не поняли, что этот дурень сказал, и ни в коем случае не выясняйте! Обещайте мне, что не будете, ладно?
– Но дорогущая – жуть! Семнадцать тыщ йен. Это даже мне не по карману, хотя слюнки текут.
Что, было бы по карману – купил бы? …Но спрашивать я не стал.
И вообще, сколько можно! Давай, покупай скорей, что хотел, и нужно валить из этого магазина.
Когда два оболтуса так болтают, разговор потихоньку-полегоньку скатывается во что-то совсем уж непристойное.
Показать бы мне полчаса назад меня нынешнего. Какое там «с парнями отдыхать тоже неплохо»!
Плохо!
Снова вспоминаются Кирино, Саори, Куронеко.
Что тут говорить, девушки благородные создания. С ними беседа никогда не сворачивает на бесстыжие откровенности!
Сестрицу Акаги мы в счёт не берём.
Она действительно такая извращенка, что с парнями и не сравнить…
– Эй, Косака, чего это ты задумался?
– Ничего. Да, кстати… Ничего себе, сколько их тут всяких, а? – я взял с полки товар-трубочку, – По такому с первого взгляда и не поймёшь, что он для интима сделан.
– А, это? Это знаменитая TENGA. Я сам не спец, но судя по вниманию к дизайну и по тому, что на рекламных плакатах – жизнерадостные и физически развитые парни вроде меня, производитель пытается избавиться от ореола непристойности интим-товаров. А вот эта яйцеобразная фиговина..
– Можно не объяснять! Тебе что, производители заплатили?!
И вообще ты слишком подкован!
Твой образ в моих глазах рушится, рушится с каждой секундой!
…В общем, в том же духе мы осмотрели этаж за этажом, двигаясь к пятому.
На промежуточных этажах ничего заслуживающего упоминания не было. А вот того, упоминать о чём рискованно – этого да, встречалось полным-полно, но я предпочту подробности опустить. Если позволите мне единственный неприличный пример:
Не думаю, что автоматы, продающие ношеные трусы, существуют ещё где-то во вселенной.
Только мы добрались до цели, этажа «ледиз гудз», Акаги в две минуты отыскал нужное и пошёл к прилавку.
– Сделать вам накопительную карту?
– Да, пожалуйста. И не могли бы вы завернуть в подарочную обёртку?
Так легко обращается – мурашки по коже. Не поверишь, что в первый раз пришёл.
– Благодарим за покупку. Могу ли я вам ещё чем-то помочь?
– А… А скажите, очки с этой накопительной карты… можно потом и на бонусные товары обменивать?
Ты что… вернуться сюда хочешь?! Взялся же весь день меня удивлять…
Пока Акаги говорил с продавцом, от нечего делать я стал трусовато осматривать этаж. На полках было выставлено множество костюмов для бондажа и приспособлений для садо-мазо игр.
Аясе или Куронеко такие бы наверняка пошли. Были ещё мужские костюмы для бондажа и маски тенгу, которые, – я уж не знаю, – видимо, полагалось носить на нижней части тела.
Закончив у прилавка, вернулся с бумажным пакетом Акаги. Указал в угол помещения:
– Взгляни-ка, Косака! Там есть примерочная!
– ………И?
– Ну… ха-ха, можно примерить что-нибудь… чисто шутки ради!
Вперёд. С этого мгновения твоя кличка будет – «Хард Гей Акаги».
– Чё-то у тебя насмешки стали какие-то злые!
Влияние Макабе-куна, наверное.
Мы с ним оба в должности насмешников, так что влияем друг на друга, я думаю.
– Ну что, с делами, вроде, покончено. Быстрее пошли отсюда.
– Глупости, погоди, Косака. Раз уж заглянули, давай уж до конца всё осмотрим. Один этаж всего остался.
– Я смотрю, тебе тут и впрямь понравилось!.. Ну, впрочем, ладно…
Сняв голову, по волосам не плачут.
Обречённо вздохнув, я ступил на лестницу, ведущую на последний, шестой этаж магазина.
Признаюсь: увидав за время своих странствий по этажам магазина бесчисленные множества интим-товаров, я стал непростительно самоуверен.
«Ну теперь я видел всё», – мнилось мне.
Но поднявшись по лестнице на шестой этаж до половины, я замер на месте:
– Э?!…..
Меня как ударило электрическим током.
Н-невероятно!.. Такое… такое бывает на свете?!..
Мы застыли, как вкопанные, и глядели на представшую нам картину. Наверное, все, кто сюда попадает впервые, реагируют так же. Можете себе представить, что открылось нашим глазам.
– В-в-в… вот оно, Косака!.. Мощнейшее оружие <lethal weapon> этого магазина!
Но в то время, как я смотрел ошеломлённо, на губах Акаги заиграла бесстрашная улыбка.
– Ну, держите меня семеро!.. Вперёд! Вперёд, на последний этаж!..
– Вперёд!.. – вторя призыву друга, воспылал и я.
На этаже, куда мы теперь ступили – на шестом этаже – нас ждали самые настоящие «величайшие интим-товары» современности.
Лучшие творения кукольных мастеров фирмы Лилиет, продукт передовых технологий и воплощение эроса.

…Love doll. Иными словами, невозможно реалистичные модели соблазнительных девушек в натуральную величину.

– Ого-о-о-о! Эй-эй-эй-эй! Ты посмотри, Косака!.. Ну чисто один в один живая голая тётка!
– Га!… Офигеть. Просто офигеть! Атас, атас, атас, атас! – шумим мы, прилипнув к витринам.
– Эй, Косака! Это же та супер-реалистичная кукла, что стояла при входе в магазин!
– Да! Так вот это что было! Понятно теперь…
Выставленные на витрине куклы отличались от тех, что стояли у входа в магазин – на них здесь были очень откровенные наряды. Можно сказать, почти ничего не скрывающие.
Вблизи хорошо видно: пусть на лодыжках сбоку и различимы едва заметные линии склейки, но… что текстура кожи, что контуры лица, что грудь – всё как у настоящей молодой девушки.
Со всякими манекенами даже не сравнить! Да, что-то я понемногу разошёлся.
Придя, наконец, в чувство и отдышавшись, мы заговорили:
– Косака… ты слышал когда-нибудь о «зловещей долине»6?
– Это когда куклу-робота делают всё более похожей на человека, и в какой-то момент она вдруг начинает выглядеть зловеще?
– Как, по-твоему, эти куклы… не особо зловеще выглядят, а?
– Прежде я от волнения рассудок потерял, но если посмотреть трезво… по-моему, ровнёхонько зловещую долину перепрыгнули… или не допрыгнули… как-то так. Вот что значит – японское мастерство! Мы живём в будущем!
Хм?
– Что такое, Косака?
– Слушай… вон та грудастая кукла в очках… глянь-ка хорошенько… – я посмотрел Акаги в лицо, – Это же вылитая твоя сестра!
– Я тебя укокошу!!!!
Акаги со всей силы схватил меня за грудки. Эй, д-душно!.. Проклятье! Нашёл, что ляпнуть братцу, помешанному на своей сестре!..
Швырь! Акаги отшвырнул меня вперёд и с искажённым от гнева лицом возопил:
– Ах ты подлец! В-в-вот ты как на чужих сестёр смотришь?!!..
– Прости, извини, я виноват! Н-но ведь правда похоже…
– Тебе всё мало, гадёныш?!! О-о-о-о чём ты вообще мелешь?! Да как эта презренная кукла может хоть каплю походить на мою драгоценную сестр…………….
…………………………
– Чёрт, и правда похожа…
– А я тебе о чём, говорю же – один в один! Серьёзно!
Распластавшись по витринному стеклу, Акаги грозно сопел носом:
– Как же это, что же это, когда же это куклоделы Куриэнто успели добраться до моей сестры?!
– Да это просто совпадение… успокойся.
Понимаю, как он себя чувствует.
Я и сам не уверен, что смог бы держать себя в руках, обнаружив в интим-магазине куклу Кирино.
– …Эх.
Я вздохнул. Наверное, надо и мне немного прийти в себя. Кстати, интересно, сколько может стоить такая кукла?
Я посмотрел на сидящую на кровати куклу-лолиту. Увидев ценник, поперхнулся.
– …мьсот тысяч йен?!
Кукла, похожая на Сену, уж не знаю, может, из-за большого размера груди, стоила семьсот тысяч йен.
Фига себе… да за такие деньги автомобиль можно купить…
Эх… который я уже раз за сегодня вздыхаю? Бывает же на свете… Век живи – век учись.
– Тогда и нечего тут смотреть, Акаги… Пошли уже … – позвал я друга. Однако Акаги нахмурился, чесал подбородок и с сосредоточенным лицом что-то обдумывал:

– ………………С-семьсот тыщ, говоришь…

– Приди в себя, Ака-а-аги-и-и-и-и-и-и-и!!
– …Ась? Что? Ты чего это, Косака?
– Того это! Ты только что чуть не воспарил в миры, в которые спешить не стоит!!
– О-о-о-о-о чём это ты ещё, а?
– Да поотверчивайся ещё… тронутый! Ты минуту назад был готов опорожнить копилку, и вместо мотоцикла купить куклу своей сестры!!
– Ко-ко-кончай прикалываться, Косака-ку-у-ун! Нет же, говорю тебе! Ха-ха-ха, что ты, да как я мог… – ужасно переполошился Акаги. Пожалев его, я решил не настаивать:
– Ну ладно же. Но ты это в самом деле брось. Даже если б денег хватило, ты представь, что будет, когда твоя настоящая сестра увидит как две капли похожую на себя куклу… Прощайся с жизнью!
Будь дело у нас дома, к примеру…

– …………Кё-…… Кё- Кё, Кё, Кёске,……… а- а, а, ах ты….

Блин, Кирино как живая на ум пришла. Убьёт, вариантов нет. Убьёт на месте.
Акаги тоже, похоже, вообразил свою сестру в такой же ситуации, поскольку позеленел и затрясся, как осиновый лист.
Тяжело нам с тобой быть братьями двух миленьких сестёр, а, друг мой Акаги?
– ……Мысль, Косака! Конечно, я совершенно ни капельки и не думаю их покупать, но в честь нашего первого похода в магазин приобрету каталог экспозиции.
Экспозиция, и говорить нечего, имелась в виду та, что с похожими на Сену куклами для секса. Для избранных товаров продавались каталоги, к которым даже прилагались образцы кожи. Наверное, из таких материалов могла быть сделана кожа у всяких роботов-служанок, встречающихся в эроге.
Кстати, у них тут даже каталог двести йен стоит!
– Делай что хочешь… – только и сказал я.
Чрезвычайно довольный, Акаги опустил каталог кукол для секса в сумку к прежде купленным гомо-играм.

Покончив с осмотром интим-магазина, мы зашли в магазин гамбургеров перекусить.
– Да-ааааааа! Славно мы сегодня погуляли, а, Косака?
– Да?
Тебе-то очень понравилось, это я вижу.
А вот мне вышло целый день сплошное неудобство. Сунув гамбургер в рот, Акаги бодро оттяпал от него кусок:
– Да ладно тебе, Косака, не притворяйся. Сам-то себе тоже DVD купил!
– М-м? А, ну да, да это так… – отмазывался я на ходу. Пакет с DVD заботливо держал на коленях.
Хоть платили за него мы оба, отдавать его в чужое распоряжение я совсем не собирался.
Доев гамбургер, Акаги стал пробовать языком подвернувшийся соус:
– Хе-хе, а у меня сейчас здесь с Сеночкой назначена встреча, мы в кино идём. Я ей и подарок-сюрприз приготовил!
Называть сестру «Сеночкой» – всё-таки, мне его не понять. Начни я свою звать «Кириночкой», сам бы поморщился. А уж Кирино тем более скажет «Супер-противно».
Да уж: слушая его, и не подумаешь, что это тот же человек, который только что ходил в интим-магазин.
– Нда. Хорошо, когда брат с сестрой дружат…
Не то, что кое-какие другие брат с сестрой.
У его сестры своеобразные увлечения, и ему всё время приходится её выручать …
Хотя и у нас так же.
Но стараться ради сестры и выполнять её безрассудные прихоти Акаги, похоже, очень нравится.
Что сейчас, что на ночной распродаже – иначе не подумаешь.
Этого я понять не в состоянии. Откуда такое усердие?
– Эй, Акаги…
– М?
– Что для тебя сестра?
– Ангел.
Моментальный ответ! И что за самодовольная ухмылка?
– Значит, ангел.
– А для тебя что, нет?
– Ну уж во всяком случае, не ангел… Хотя сказать, что она для меня – не могу. Год назад сразу бы ответил, а теперь – нет, не понимаю, – просто сказал я.
Что для меня моя сестра – я и сам не знаю.
– Хм-м, ясно. Кстати, вы же с ней сейчас разругались?
– Да вроде как не осо… эй, ты что?! Подслушал беседу с Манами?
– А я-то слышу, сестра то, сестра сё, тут-то уши и навострил! – довольно ухмыляется Акаги, настроение у него – прекрасное.
Мало-помалу мне стало ясно. Я всё думал, кого же он напоминает своим поведением, а он похож на Кирино.
Когда речь заходит о младших сёстрах, и тот, и другая оживляются, много говорят.
Двумерное – это совсем не трёхмерное, но и Кирино, и Акаги поражены неизлечимой болезнью «фанатизм младших сестрёнок».
Акаги допил одним глотком свой сок, и хоть я ни о чём не спрашивал, заговорил.
Речь пошла, конечно, о сестре.
– Знаешь, сёстры ведь просто берут и появляются в какой-то день. Не потому, что ты кого-то просишь их родить: дети не взрослые, семьи выбирать не могут.
Я кивнул. Акаги усмехнулся, точно что-то вспоминая, и продолжил:
– Просто однажды замечаешь, что мама стала толстеть, а потом тебе как-то говорят: «Вот и Кохэй скоро станет братиком». А ты сам ещё вершок, и толком не понимаешь. «А? Ты о чём, ма? Кстати, ма, ну и пузо ты отрастила, это вообще!» – беспокоился, помню, за неё зря. У тебя не так было?
– Да, тоже как-то так. Маму как-то забрали в больницу – папа, на нём лица не было, нас туда отвёз…
Да…
Прекрасно помню.
День, когда родилась Кирино, я ничуть не забыл.
Хоть она мне так и не нравилась.
Удивительно.
Налетавший с утра сильный ветер и ливший как из ведра дождь совершенно утихли, тучи разметали ветра. На яркие лучи солнца в небе, стоя возле больницы, было больно смотреть. Над стоянкой машин поднялась маленькая радуга, и в траве, на листьях незнакомых мне цветов искрились и сверкали капельки воды.
Мне ни за что не вспомнить, что я ел три дня назад.
Но картины того дня все всплывают в памяти, стоит только закрыть глаза – так, будто это было вчера.
Как и то мгновение, когда мы впервые встретились с ней.
Кирино лежала в боксе и спала, как маленькая обезъянка.
Такая крошечная. Даже смотреть на неё было как-то страшно.
– Я о сестре узнал, когда она родилась. Не то, чтоб я так уж хотел себе сестрёнку, но всё равно как-то обрадовался.
Акаги хмыкнул, будто вспоминая то время.
– Когда её привезли домой, она постоянно то плакала без умолку, то сосала грудь, то спала, то какалась – в общем, хлопот полон рот. Даже подгузник ей поменять – уже суматоха. С виду как обезъянка, несимпатичная совершенно. А я, мелочь же, всякий раз, как она плакала, изо всех сил тряс погремушкой, пытался развеселить.
Ясно…
– Значит, во всех семьях одно и то же…
– Угу. У вас же, вроде, разница три года? То же самое…
Тут Акаги как будто бы смутился. Он почесал щёку, отвёл глаза:
– Я о сестре забочусь не потому, что люблю или не люблю. Братская любовь, громкие слова тут даже ни при чём. Можно сказать, это просто привычка. Обычай братьев, у которых сёстры близкого возраста.
– Привычка?
– Ага.
Акаги…
Достал только что купленную BL-игру и бережно положил на стол.
– Наверное, я до сих пор, когда она начинает плакать, трясу погремушкой и изо всех сил пытаюсь развеселить…
– Пф-ха! – прыснул я, чуть не подавившись от смеха от того, как Акаги это сказал, – Это ты называешь погремушкой?!
– А что, ведь то же самое. Дашь ей – и перестанет плакать.
– Чудовищное сравнение!
И в то же время действительно хорошее сравнение. Я хохотал, держась за живот. Так мне стали понятны его чувства.
Да, наверное, так и есть. Когда сестра плачет – дело брата её утешить, а поскольку заведено так давным-давно, это уже въелось в сознание и стало привычкой.
Поменять что-то мне уже не под силу.
Для меня Кирино – никакой не ангел…
Просто сестра, за которой с рождения приходится присматривать.
Может, это уже и немало.
Для меня она, сколько бы лет, даже десятков лет не прошло – остаётся маленьким зверьком, который плачет у тебя на руках. Пока не придёт день, и мы однажды не расстанемся, я должен потакать её капризам и оберегать её.
От этого чувства так просто не избавиться, как бы сестра меня не раздражала.
Успокоившись, наконец, и отсмеявшись, я вытер слёзы рукавом:
– Кстати, Акаги. Забыл тебе сказать…
– Чего?
– Твой ангел стоит у тебя за спиной.
– Что-о?!
Изменившись в лице, Акаги обернулся.
За спиной друга стояла его сестра, Сена, весело улыбаясь.
– Вот и я, братик.
– Се-Се-Сеночка?! Давно ты тут?
Акаги перегнулся так, что чуть не падал со стула. Слегка покраснев, Сена ответила:
– «Что для тебя сестра» – «Ангел!»..

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!!!!

В панике от стыда завопил Акаги, да так и рухнул на стол.

ORE6_108.JPG

– Э-э, так значит я для тебя – ангел?.. – захихикала Сена, точно дразня. По сравнению с тем, как она держит себя в клубе – ну просто дитё. Хм-м, значит вот, как она ведёт себя с братом…
Весьма мило. Чувства Акаги мне отчасти понятны.
– Косака-а… Раз ты знал, что Сеночка тут, так сказал бы!
– Ха-ха-ха.
Так ты ж ведь тоже ничего не сказал бы в такой ситуации. Вот и я не сказал.
– Добрый день, Косака-сенпай.
– Привет.
Я приветствовал её, подняв руку. Окинув нас двоих взглядом, Сена вдруг покраснела:
– ….У вас….. сегодня было свидание?
– Эй ты, фудзёси! Хватит! Когда два пацана идут гулять, это называется не свиданием!
– Ха-ха, как вы мило ладите!
Ты вообще слышишь, чё те говорят, курица?!
– Слушай, Акаги, ты бы ей тоже сказал, что ли…
– Отвяжись! Я всерьёз подумываю о том, не свести ли мне счёты с жизнью!…
– О, кстати, сенпай! А куда вы вдвоём ходили?
– А? Да вот в тот интим-магазин, купили порнушки с девочками в очках…
Вот козёл.
За стёклами очков Сена презрительно сощурила свои умные глаза.
– Да ты сама спросила! И вообще, кто бы говорил, отправив брата покупать гомо-игры!
– А! Точно!
Сена и не думала раскаиваться, наоборот, глаза её сверкнули, и она схватила стоявшую на столе сумку с товарами для взрослых.
– Ту самую, новенькую, о которой столько говорят! Ах, как я только дождалась дня продаж!
Значит, и ты совсем перестала скрывать при мне свои увлечения. Конечно, их уже и бесполезно скрывать…
Да, она ведь раньше что-то такое говорила. Заявляют о себе только тогда, когда ценности схлёстываются, или как-то так. Что ж, если это значит, что она стала мне доверять – я рад.
Прижимая к груди драгоценный пакет с BL-игрой, Сена радостно улыбалась:
– Э-хе-хе… спасибо, братик!
– Н-ну это… Чего уж там, – смущённо размяк Акаги. И не подумаешь, что минуту назад говорил что-то о жизни и смерти, – Ах, да, у меня ведь и второй подарок есть, он тебе тоже понравится!
– Да ладно? Вот это да! Что же за подарок?.. Мой любимый плюшевый мишка?
– Хе-хе-хе, только он немного великоват, я тебе дома вручу!
Один раз его поблагодарили – и уже разошёлся!
Печально смотреть на такого брата.
– Хотя чья бы корова мычала, – сказал я себе под нос в расстроенных чувствах и грустно улыбнулся. Поднялся из-за стола:
– Ну ладно, я пойду.
– А, да-да. Ещё встретимся завтра в школе, Косака-сенпай.
– Увидимся, Косака.
– Угу. А вы вдвоём идёте кино смотреть?.. Дружные вы…
Попрощавшись с живущими душа в душу братом и сестрой, я направился к выходу.
Но в эту секунду…
– Б-Братик! Тут в су-.. в сумке какой-то странный каталог…
– А-?!
– Что это… Модель женского тела в натуральную величину «Большая грудастая Эрика М-100»? Кукла для секса?! Ты это собирался купить?! Это что, и есть твой подарок?!

«Увидимся» ли мы в самом деле с моим другом завтра в школе или нет…
Всё, разумеется, в руках господних.

Глава 3

ORE6_113.JPG

В тот день мы забронировали маленькое кафе в Акихабаре и собирались отмечать возвращение Кирино в Японию. На этой встрече впервые за долгое время мне, Кирино, Куронеко и Саори удалось бы собраться вместе.
Саори Баджина. Толстые очки и одежда в отаку-стиле. Огроменного роста. Старшеклассница.
Саори – наш общий с Кирино друг, и хозяйка SNS-сообщества «Девочки-отаку, объединяйтесь». В Акихабаре она как у себя дома – и на этот раз выбирала магазин и всем прочим занималась тоже она. А утром в день встречи Саори позвонила мне на мобильник.
Так и так, у неё образовались дела, и, к сожалению, она не сможет придти на вечеринку.
«Мне правда очень жаль, Кёске-ши – но я никак не успеваю. Если можно, отмечайте без меня»
– Да ну, зачем? Как-нибудь в другой раз всё устроим. Раз такое дело, сегодня просто позову всех к нам в гости.
Если тебя не будет, какой смысл в вечеринке? И Кирино, и Куронеко наверняка так решат.
«Поняла… Ну что ж, тогда и ваша покорная слуга направится к вам, как только освободится. Но быть может, она значительно опоздает!»
– Да ладно тебе, не разрывайся. У тебя ведь важные дела.
– Нет! Я обязательно буду!!
– Уй.
Чего это она так кричит? Ну ладно.
– Будешь? Тогда мы ждём.
– Хорошо. Прошу нижайше кланяться за меня Киририн-ши и Куронеко-ши. А в качестве извинения принесу всем гостинцы, так что ждите с нетерпением. Всех благ!
– Э-эй, по… блин, повесила!
А я-то хотел сказать, что гостинцы ни к чему. Она и так день за днём только и делает, что нас опекает. Разумеется, я благодарен ей за заботу, и помощь всегда приходится кстати, но… как бы сказать… хорошо бы Саори чувствовала себя посвободней.
Мы же всё-таки друзья.

Так что вечеринку мы отменили и решили встретиться у меня. Я, Кирино и Куронеко – в таком составе дома мы не собирались с давнишнего «вечера просмотра аниме».
– Говорю же – давай быстро к нам. Кончай капризничать, я тебе свою коллекцию покажу. Вообще-то, я хотела похвастаться ещё раньше, когда мы смотрели Меруру, но ты притащила эту стрёмную додзинси, и мы разругались, и я в итоге так ничего показать не смогла, помнишь? – общалась Кирино с Куронеко по телефону. Правда, на моей памяти, в том, что они тогда рассорились, виноваты были обе…
Примерно через час Куронеко уже стояла у дверей.
– …Добрый вечер.
– И тебе добрый!
Как обычно, я вышел встретить её в коридор.
Сегодня Куронеко была не в школьной форме, к которой я привык за несколько месяцев, а в прежнем костюме стиля готик-лолита.
Всё по-старому, точно и не уезжала Кирино за границу.
Но… Школьная форма на Куронеко была, так сказать, символом наших с ней, не касающихся Кирино отношений. Поэтому, снова увидев на Куронеко костюм готик-лолиты, я самую капельку расстроился.
Конечно, учитывая, как она в последнее время себя невозмутимо ведёт – возможно, я просто напридумывал всякого…
– Пойдём наверх.
– …С вашего разрешения, – и аккуратненько держа портфельчик, Куронеко пошла вверх по лестнице. Последнее время, пока мы разрабатывали игру, к этому зрелищу я привык.
Мы поднялись по лестнице на второй этаж, где нас дожидалась Кирино, сложив руки на груди:
– Пф, опаздываешь!
С надменным видом прислонившись к стенке, она с трудом скрывала, как рада визиту подруги. Сердится, а присмотришься – всё равно чуть не улыбается.
– Давай, проходи уже.
Кирино кивнула подбородком, указывая Куронеко свою комнату.
– Да-да, разумеется. Иду, – невозмутимо ответила Куронеко, прошла мимо меня в сторону Кирино, и…
– Э?
…зашла не в комнату Кирино, а, как обычно, в мою.
– Эй, м-ми… ч-чё это… – вытаращила глаза Кирино. Она поспешно отскочила от стены и глянула в мою сторону.
Во взгляде её красноречиво читалось:
«Эй, Кёске! Чего это она?!»
Ну а я что могу сделать?… Получив от сестры безмолвный втык, я почесал щёку и поспешил вдогонку за Куронеко. А за мной следом в комнату устремилась и Кирино.
– Эй, Куронеко.
– Что? – обернулась Куронеко в комнате. Непонимающе моргнула.
Я чувствовал, как воздух за спиной электризуется убийством всё сильнее и сильнее.
– Э… Я это… Я думал, сегодня мы хотели посидеть у Кирино в комнате…
– А? «Сегодня»? …Как это – «сегодня»?!
Шёпот, раздавшийся из-за спины, просто леденил кровь.
Но Куронеко, тихонько усмехаясь себе под нос, подлила масла в огонь.
– Ах! И в самом деле. В последнее время так часто хожу к тебе в комнату, что совсем запуталась.
Шмяк! Реакция Кирино на эту фразу была «дать брату пинка под задницу».
– Эй, больно!
– Помолчи!
Отпихнув меня с прохода Куронеко с шумом ступила в комнату.
Она схватила меня за воротник и прижала к стене.
– ………
Секунду помолчала – а потом срывающимся голосом спросила:
– Что это всё значит, не изволишь объяснить? Ты что, пока меня не было, водил моих подруг к себе в спальню? Это тебе с рук не сойдёт!
…В-всё до последнего неправильно поняла!..
Что это за жажда кровавой расправы?! Будто я воспользовался тем, что брат, и домогался её подруг! Не было такого!
…Скажи ей, Куронеко!
Со слезами на глазах я повернулся к Куронеко и поймал её взгляд. Однако эта самая Куронеко лишь наблюдала за моим жалким положением и за гневом Кирино, и с довольной улыбкой тихонько посмеивалась.
Играясь пальцем с локоном чёрных волос, она игриво бросила в нашу сторону многозначительный взгляд:
– …«Что значит», говоришь… И правда, что бы это могло значить?.. Как думаешь, «Кё-тян», как нам объяснить «Кирино-тян», в каких мы с тобой отношениях?
– Хватит делать вид, что в каких-то особенных!
«Кирино-тян», «Кё-тян»… наедине со мной так холодна, а перед Кирино ведёт себя так, будто мы почти встречаемся!
– …… «Кё-тян»… Слушать противно!
На висках у Кирино вздулись вены. Тон Куронеко задел её за живое… но постойте, я сестру такой уже видел.
Точно: Кирино так себя вела, когда ко мне приходила подруга детства.
– Ах, вы посмотрите, «Кирино-тян» рассердилась… Как же нам быть, «Кё-тян»?..
– …До меня только дошло: Куронеко, ты что… Манами притворяешься?
– Как тебе, а? Похоже?
– Какое там!
Стала бы она говорить таким ехидным тоном!
Это уже манера речи не Манами, а Бельфегорихи из твоей манги!
– Эх, ну и зловредная ты.
– …Благодарю. Я польщена, «Кё-тян».
– М… Гх…
Чёрт, я её даже не хвалил… чего она кокетливо улыбается? Смотреть на неё стыдно…
Ещё более беззастенчиво веселясь, Куронеко продолжала издеваться:
– Что это с тобой? У тебя лицо покраснело?
– …Гх…
Женщины – воистину непонятные создания. Глядя, как она себя ведёт сейчас, можно было бы обмануться и подумать: «Ура! Она точно на меня глаз положила!». Но…
Но стоит только обрадоваться и сунуться ближе, как тебя остановят ледяные издёвки.
Ну и что мне делать?.. Кто-нибудь, объясните?..
Кирино бросила на измученного меня холодный взгляд. Выплюнула два коротких резких слова:
Объяснения. Живо.
– Погоди, Кирино… тут всё не так…
Чуть не плача, я принялся объяснять сестре.
Выслушав, что «пока тебя не было, Куронеко и Саори иногда приходили ко мне в гости», Кирино хоть в чём-то разобралась, и заблуждение о «наших с Куронеко отношениях» удалось развеять. Однако…
– …Ну, знаешь… Так значит, и правда, пока меня не было… ты водил к себе в спальню двух старшеклассниц? Ну и козёл.
Теперь её гнев принял иное направление.
Кирино стиснула изо всей силы кулачки, голос и плечи её дрожали.
– Н-не надо всё так скандально представлять! И Куронеко, и Саори боялись, что пока тебя нет, мне будет одиноко!
– Н-н…
– Вот они и стали иногда заглядывать в гости. Тебе за это злиться просто глупо! Как считаешь, а?
– …Ну… может и так…
По-похоже, удалось Кирино немного успокоить.
– Но! Ладно, я поняла, пускай, но!
– Ну что ещё?
– Это! Что это такое?!
Кирино указала пальцем прямо на мою кровать.
На ней, не знаю с каких пор…
– …М-м? Вы ругаться ещё не закончили?.. Ах… Спать что-то хочется…
…разлеглась на животе Куронеко и листала мангу.
С видом довольно сонным и совершенно беззастенчивым.
– Я тебе посплю! – Кирино бросилась и прыгнула коленями на спину разлёгшейся подруги.
Чувствительный удар, от которого лежавшая на животе Куронеко только вскрикнула: «Ка-ха!..» Против не ждущего нападения человека – какая жестокость…
Хлоп! Тут уже подскочила и Куронеко, и обиженно уставилась на Кирино:
– Т-ты чего это!…. Знаешь ли… Подвинься!
– Это ты слезай с кровати! – сцепились на чужой постели Кирино & Куронеко.
– Что… что это ты разлеглась на чужой постели, будто так и надо?!
– Постель-то не твоя, почему же ты злишься?
– Почему?!… Да потому что…
– Потому что?
– О-отстань! В честь того, что я вернулась в Японию, можно было и у меня в комнате посидеть! Так нет – надо во всём, во всём, во всём, во всём мне назло!
Ну точно две беспризорные кошки! Эх, и одежду растрепали. Какой уж тут теперь «шарм»…
Но значит всё-таки в этом дело.
«В честь того, что я вернулась в Японию, можно было и у меня в комнате посидеть!»
С точки зрения Кирино, она вернулась домой – а её подруги и старший брат внезапно дружат между собой. А про неё как будто бы все забыли, вот она и недовольна.
Куронеко, наверное, тоже это понимала. Стоя на кровати на коленях, она боролась с Кирино, сцепившись с ней обеими руками, и улыбалась озорной усмешкой:
– …Хе-хе-хе… Глупцы! Жалкие, бессильные людишки надеются одолеть меня в ближней схватке!
– Я тебе покажу «ближнюю схватку». Ай! Ногами-то не щекочись! Так нечестно!.. Ай! Хватит!.. А ну прекрати!..
Кирино, в свой черёд, зажмурилась >_<, покраснела и разъярилась не на шутку.
Силы были равны, и, стараясь нарушить мёртвое противостояние, одна начала пинаться, другая щекотаться – в общем, в ход пошли ноги. Задирались юбки, и зрелище становилось опасным.
Конечно, по другой причине, но разнимать их я не собирался. Да, они бранят друг друга, почём свет стоит, но такая уж у них манера общения.
Даже когда они сердятся и ругаются, им друг с другом явно хорошо и они счастливы.
Слова «милые бранятся – только тешатся» сказаны как раз про них.
…А кровать мне всю помяли.

После того, как дурашливая потасовка Кирино и Куронеко немного утихла, мы, как и хотели, пошли в комнату Кирино.
Для того, чтобы Кирино похвастала перед Куронеко своей запрятанной в секретном месте коллекцией.
И ничего себе: Кирино взяла и сразу показала Куронеко вторую ступень своей коллекции (ту же, в которую посвятила и меня). Во даёт.
Вот до какой степени она доверяет своей подруге.
– Кх… Невероятно… Ты владелица «тёмной материи» <dark matter> такой мощности…
Понять её было тяжело, но смотрела Куронеко сейчас в ужасе на упаковку игры «Сестрёнки-копрофилки».
– Г-говорю же!.. Я купила её только потому, что картинки рисовал мой любимый художник…
Кирино, в свою очередь, пустилась в те же оправдания, что использовала со мной.
– ………
Пока они грызлись, я смотрел на запретную картонную коробку, которую Кирино прятала в шкафу.
Тут мне вспомнилось, как когда Кирино исчезла, я жалел, что не рассмотрел как следует, что внутри.
Тогда я слишком перепугался – только и было на уме, что из коробки выйдет тёмная материя похлеще «копрофилок». Но это было давно, я уже успокоился, и со мной сейчас Куронеко… так что может, и стоит глянуть…
– Кстати, Кирино, а что было в том альбоме?
– Э? – с видом крайнего удивления сестра взглянула мне в лицо.
– Ну, помнишь… ну, тот альбом. Ты мне его ещё показать хотела. Ты же сказала, что как-нибудь потом?
Ответ сестры был…
– Тебе я его уже ни за что не покажу.
– …Ясно.
Жизнь вроде эроге, в которой сохранение даётся только одно. Видимо, выбрав раз, своего выбора уже не отменишь и не исправишь.

Потешаясь над коллекцией Кирино, мы сразу оживились – впрочем, сказать так будет не совсем точно. Кирино, чуточку стесняясь, показывала свою секретную коллекцию Куронеко, а та каждый раз отзывалась как-нибудь по-новому:
– …Я… я сейчас сижу в доме своей подруги, и она мне показывает юрийное эроге. Интересно, как же это следует понимать? Быть может, стоит сбить её с ног и бежать отсюда скорее, пока моя невинность не окажется вне угрозы…
– Х-хватит сочинять ерунду! При чём тут это! Просто хотелось послушать, как меня будут называть «старшей сестрёнкой»!
– Все эти девушки явно говорят не «старшая», а «госпожа»!
– Говорю же! Ну перепутала я, перепутала!
– …Хорошо, если так. Но всё же мне как-то не по себе из-за этой тёмненькой на обложке в центре…
По большей части, ответы Куронеко были полны неприятного удивления, как сейчас.
Прекрасно её понимаю. Если б Акаги, когда я пришёл к нему в гости, стал бы хвастаться играми про гомиков, я бы точно его побил.
Потом мы спустились в гостиную, и все втроём – Кирино, я и Куронеко – смотрели аниме.
Продолжение прерванного когда-то на середине «вечера просмотра»…
В преддверии выхода третьего сезона мы пересматривали Меруру, и Кирино с большим удовольствием всё растолковывала.
К тому времени, как с опозданием явилась Саори, уже наступил вечер.
– Уж прошу меня извинить, господа! Опоздала…
Все мы вышли навстречу в коридор, где большая нескладная девушка в толстых очках чуть краснела и неловко чесала пальцем щёчку. Куронеко устало вздохнула:
– У тебя же были дела. За что тут извиняться…
– Ха-ха, благодарю за учтивость. Ну тогда ладно. Кстати, я принесла вам гостинцы: Меруру-печенюшки. Пожалуйста, попробуйте все… – Саори достала крохотный бумажный пакетик.
– С-спасибо… Хм-м, никогда таких не видала… – приняла его Кирино. Но, хотя сестре и достался подарок в Меруру-стиле, радовалась она только секунду, а потом тут же нахмурилась:
– Так ты же вроде далеко отсюда живёшь?
– Ну да…
– Ну? Чего ж ты мучилась и тащилась в такую даль, как только освободилась? Всё равно уже поздно, особо не посидим… Чёрная вон тоже скоро собиралась домой. …Нет, я-то рада, что ты хоть ненадолго пришла!
– Что ты, не говори так, Киририн-ши… Я… – тут Саори на секунду запнулась. Глядя на Кирино в упор, она сказала: – Я хотела во что бы то ни стало с тобой сегодня встретиться.
– П-почему же? – немного смутилась Кирино от такой откровенности.
Тогда Саори сказала грустным голосом:
– Почему? Так мы три месяца не виделись. Вообще-то, я хотела встретиться ещё раньше. Но в последнее время я так занята… и у вас с Куронеко-ши в будние дни всегда какие-то дела, и у Кёске-ши впереди экзамены. Пропусти я сегодня встречу – кому ведомо, когда представился бы следующий шанс?
Поэтому, несмотря ни на что, она и приехала сегодня, хочет сказать Саори.
Действительно, ведь с тех пор, как Кирино вернулась в Японию, они с Саори не виделись. Понятно, что у каждой свой график, но можно было выделить время…
– И в аэропорт я не приехала встретить… Грубый поступок с моей стороны. Прости.
– Да ничего подобного! Я и не думала обижаться… И вообще, ты чего, чокнулась? Это ж я должна извиняться!
Отведя взгляд, Кирино сердитым голосом произнесла, однако, достойные слова:
– …Прости! Прости, что уехала от вас всех, ничего не сказав!
Эх, лукавая девчонка! В это «вас всех» вхожу и я, правильно?
– Что ты, Киририн-ши, какие извинения… Мне достаточно и того, что ты вернулась домой…
На лице Саори снова появилась улыбка. Похоже, она приняла к сердцу извинения Кирино.
Но голос её по прежнему был тихим, и привычной жизнерадостности в нём не слышалось. Куронеко же, напротив, повела себя как обычно – намеренно грубо:
– Пф. Думаешь, извинилась – и всё, а, чёрствая блондинка? Не удивлюсь, если Саори на тебя рассердилась! Видимо, всё же я права… Не слишком хорошо ты о нас думаешь, да?
– Чё?! Глупости какие! – легко поддалась Кирино на провокацию. Ничему она не учится…
– ……Хм. Говоришь, нет? А не врёшь?
– Не вру! Чего ты сомневаешься?
– Ах, ну ладно. В таком случае ты нас любишь?
– Лю… ч… чё?!..
– Вижу, не любишь. Жаль, очень жаль… Саори? Сенпай? Похоже, для этой девочки мы не друзья… Разве не печально?
Ну и вредина! Кончай издеваться над моей сестрой. Слишком она простодушная.
Впрочем, это было смешно, так что я решил присоединиться. Переглянулся с Саори, кивнул.
– …Бессердечная ты, Кирино. Как её брат, я прошу у вас двоих за неё прощения. Эх, а они-то обе так тосковали, пока тебя не было…
– Неужели Киририн-ши совсем-совсем не было без нас одиноко…
– И вы двое туда же! А ну хватит, а то я правда сорвусь!
– Хе-хе-хе… а я бы посмотрела…
Определённо, Куронеко счастливей всего в моменты, когда пристаёт к Кирино. Щёчки раскраснелись, глаза горят. Что ни говори, эти девчонки друг другу отлично подходят.
– А-ха-ха… ха-ха… ну вы обе даёте… – и Саори тоже впервые не просто улыбнулась, а рассмеялась, – …Глядя на вас, хоть немножко успокоилась.

На другой день после школы.
– Домой идёшь, Манами?
– А, извини, Кё-тян. Я сегодня немножко… занята.
– Э? Опять?.. Что такое-то? В последнее время у тебя всегда какие-то дела…
– …Из-за Кё-тяна, между прочим…
– ?
О чём это она?
Получив от Манами отказ, я пошёл домой один. Переобулся, двинулся к воротам. Иногда вылетает из головы, но на носу ведь экзамены. Посижу дома, позанимаюсь.
Съёжившись, я одиноко шагал домой, когда меня окликнули сзади:
– …Эй.
– М? А… Куронеко.
Обернувшись на голос, я обнаружил позади Куронеко.
– Увидела, что ты идёшь один… решила позвать.
– Ясно. Пойдём вдвоём, пока по пути?
– …Ага, – решительно кивнула Куронеко. Такой пустячный жест вдруг показался мне удивительно симпатичным.
Понятно ли кому-нибудь, что творилось в моей душе?
Эх… проклятье. Пусть она и позвала меня самым обычным тоном, как ни в чём не бывало, но…
Я один на один с Куронеко! Как быть?! Мне страшно!
– …………
Куронеко, верная себе, хоть сама и обратилась ко мне, теперь молчала… Вот он, случай всё выяснить с тем поцелуем…
– Куронеко…
– …Д-да?
– …Нет, ничего.
– …А.
Прости, всё-таки не могу! Мне этого не спросить… Ведь если я ошибся, будет ужасно неловко!
Так мы некоторое время шли в молчании по дороге из школы. И вдруг, вспомнив, я спросил ещё кое о чём, что меня волновало.
Всё равно собирался об этом поговорить, а сейчас как-то выходило само собой.
– Куронеко, я насчёт Саори хотел спросить…
– А?
– Помнишь, вчера она была какой-то невесёлой. Может, придумать чего-нибудь…
– А… ты об этом.
– Ну да, об этом. Чего ты так безразлично? Вы же друзья…
– …Эх. Да нет, просто мы только вчера вечером говорили о том же с твоей сестрой.
– С Кирино?
– Ага. Ах, как она разволновалась – надо было видеть. Прямо как ты сейчас.
– Правда, что ли?..
– Два сапога пара, а?
– Брось… Ну? И что вы в итоге решили?
– Сейчас расскажу… Хотя наверняка то же самое, что придумал и ты.
– Да?
Значит, и Куронеко, и Кирино подумали о том же.
Ну, ничего удивительного.
Саори же, в конце концов, наша подруга.

На следующие выходные мы нарушили обычный распорядок и отправились в поездку через всю область.
Только мы вышли наружу из под козырька, как нас ослепил яркий свет. Солнце пекло, и в лёгкой одежде было хорошо. Улочки начинавшегося у станции торгового квартала были тесными, но во всех отношениях чистыми и опрятными.
Завернув за угол, мы вышли на длинную улицу, которая уходила вверх по горному склону, всё выше и выше, прямо к небу. Конца ей не было видно.
Глядя на карманную карту, я сказал:
– Судя по адресу, тут надо идти прямо.
– Подниматься на этот холм? – возмутилась Кирино.
– Да уж, печально. Не собиралась сегодня подвергать себя испытаниям, – вздохнула Куронеко в наряде готик-лолиты. Давно гадаю, как ей не жарко летом в таком плотном костюме? Не всерьёз же она говорит, что от жары «укрыта плёнкой из магии»! Но предложить ей раздеться тоже неловко, так что я решил иногда поглядывать и спрашивать, как там она:
– Будет тяжело – скажи. Нам спешить некуда.
– Смотрите-ка! Да вы заботливы, сенпай.
– Сенпай и должен быть заботливым, – ответил я на укол, и Куронеко, удивлённо моргнув, отвернулась в сторону. Сестра же, наоборот, ни с того ни с сего надулась. Сложила руки и сердито глянула на меня:
– А обо мне что, беспокоиться не надо?!
– Ты и так всегда лёгко одета.
Сегодня на Кирино были короткие шортики, едва достающие до ляжек.
Не знаешь, на что смотреть, но броско, это да. А поскольку рядом шла Куронеко в наряде готик-лолиты, косились на нас очень часто.
Конечно, я уже привык: когда гуляешь с этой парочкой – всегда так…
– Да и не такой это трудный подъём, чтобы ныть об испытаниях!
– Пожалуй.
Топ, топ – Кирино несколько раз гордо топнула носками ботинок по земле. Только подумал, что у неё настроение улучшилось, тут же – «Слышишь? Пойди купи в автомате попить».
– Чаю или воды в бутылках возьми. Да на всех нас.
– Ладно, ладно.
Повинуясь приказу, я направился к торговому автомату.
Группа наша поднималась по уличному склону, который здесь описывал мягкий поворот. Район был целиком спальный, ни одного магазина. Кроме жилых домов здесь находились известная школа для богатых девочек, парк, почта – такого рода места…
Ну да, чего ещё ждать от богатенького района? Только мои плебейские чувства всё равно задеты.
– …Ну и дома у них тут! Какие большие…
– …Я уже по адресу могла себе представить…
– Неужели очкастая и правда живёт в таком месте? – недоверчиво спросила Кирино, оглядываясь на огромный дворец-особняк, мимо которого мы только что прошли.
«Очкастая» – это, разумеется, про Саори…
Наверное, пора объясниться.
Да: мы шли к дому Саори.
Купим какой-нибудь подарок, который Саори понравится, и поедем к ней в гости, обрадуем её – а то она что-то приуныла. Таким был наш план, который и планом-то назвать нельзя.
Кстати, что-то я повадился после того случая во всём полагаться на подарки…
Но не думаю, что это плохо. Согласятся со мной, пожалуй, и Кирино с Куронеко.
Отвечу на вопрос, откуда мы узнали адрес: на прибывшей в тот раз экспресс-посылке для Кирино (той, что была набита додзинси по Меруру) в графе «Отправитель» значились, скорее всего, настоящее имя и адрес Саори.
Можно было связаться с Саори и предупредить её, но Кирино с Куронеко настаивали, что «явиться внезапно будет куда прикольнее», и я сдался.
Вообще-то я и сам подумывал, что так может выйти лучше. Почему? Потому что…

«Ха-ха, да ну, вы меня смущаете. …Прежде мне, честно сказать, не доводилось организовывать встречи… и чтобы всем хоть немного угодить, я уж постаралась придумать себе достойный предводителя характер. …Так что обычно я немножко более серьёзная девочка».

…возможно, получится увидеть Саори без её отаку-косплея…
Её «подлинную форму».
Ещё несколько минут мы шагали по спальному району, и подошли к строению с нужным нам номером.
Это был трёхэтажный жилой дом. На фоне встречавшихся нам по дороге особняков он, конечно, выглядел не так богато, но ухоженое белое здание содержалось чистым и опрятным и спокойный силуэт его как влитой вписывался в ряды элегантных домов.
Поднялся лёгкий ветерок – и вдруг едва слышно запахло пляжем.
Тут рядом море.
– Нам сюда.
– Что, Саори живёт в этом доме?
– Похоже, – не слишком уверенно ответил я на вопрос Кирино. Чтобы наша Саори – и жила в таком стильном здании… Честно говоря, в голове не укладывается.
И вообще, в её отаку-прикиде она на здешних улицах будет чужой!
– Ну ладно, давайте зайдём, – призвала Куронеко. «Ты иди вперёд» – безмолвно подталкивала она меня.
– У-угу.
Рядом с автоматической дверью был терминал, похожий на чёрную плитку. Домофон с цифровыми кнопками.
Похоже, дверь в особняк была заперта, и без разрешения хозяев нельзя было даже попасть внутрь.
– Как же быть?
– «Как быть»… Набери на этой штуке номер квартиры и попроси хозяйку открыть, как тут ещё быть!..
– …Эх, вот если бы она жила в обычной квартире или в отдельном доме, можно было бы прямо в коридоре её встретить и удивить. Не думала, что жилище этой отаку оснащено такими современными системами безопасности.
– Неужто твоя «сила тьмы» ничего не может поделать? – упивалась Кирино, издеваясь над Куронеко.
– …Пф. Увы, эта сила не из тех, какие можно запросто призвать в людных местах.
– Да-да-да, наркоманка.
Права была Саори. Слушая перебранки Кирино с Куронеко, я тоже начал думать, что они просто дурачатся. Здорово они ладят – как мне теперь казалось.
– Кёске, ну и чего ты встал? Набирай скорей номер квартиры!
Подгоняемый сестрой, я занёс руку над панелью домофона, и…
…сказал:
– М-м?
– А? Что такое?
– Я не знаю номер квартиры.
– Что-о?!
– Его же на наклейке не было. Там только адрес этого здания, номер комнаты не написан.
– Да ла-адно? И как нам теперь искать квартиру Саори? Ну не дурак, а?
– И только сейчас об этом вспомнил. Всё-таки, глупый человек мой сенпай.
– Ну знаете ли! Хватит всё на меня валить!
Стоя возле двери, мы шумели, сбитые с толку внезапными сложностями.
Громко о чём-то скандалящие старшеклассник-посредственность, десятиклассница в костюме готик-лолиты и девятиклассница с оголёнными ляжками – зрелище во всех отношениях странное.

– Эй вы! Чего вам тут надо?! – грозно прогремело у нас за спиной.
– А?!
Ой, что, охрана? Съёжившись от страха, мы обернулись, и увидели такое, в сравнении с чем охрана показалась бы пустяком! Позади…
– Ч-что в элитном спальном районе делает солдат?!
…стоял высоченный солдат в военной форме защитной окраски. Шляпа и солнечные очки скрывали его лицо.
Он – нет, судя по голосу, скорее она, – держала ружьё наизготовку, чёрное дуло смотрело на нас.
– Freeze!
– Ва-а-а-а-а!
Хлоп! Мы в ужасе подняли руки.
Нападающий неспешно поднял винтовку, приложил её к плечу и нацелился на Кирино:
– Сейчас снесу тебе милую мордашку.
– Кя! – оказавшись под прицелом, перепугалась Кирино. Я тут же прыгнул вперёд, закрывая сестру:
– Стой!..
Но прошла пара секунд, а выстрела так и не было.
– Э-эм?
Повисла напряжённая тишина.
– Пф, – внезапно фыркнул солдат, – А-ха, ха-ха-ха-ха-ха! Ну даёшь – «Стой», значит!
– Э? – растерялись мы. Не переставая хихикать, солдат поднял винтовку в небо и нажал на крючок.
Тра-та-та-та-та, – затрещали, вылетая, пластиковые шарики.
– Шутка! – солдат снял шляпу и беззастенчиво улыбнулся, – Извините, что напугала.
Красивая девушка. Волосы длинные, солнечные очки ей очень идут. Сложена хорошо (почему-то даже выше меня), а поскольку чувствуется в ней грубость, общее впечатление – наёмница, профессиональный солдат.
– …Хм-м, – до сих пор ничего толком не понимал я.
– И только-то… – с облегчением выдохнула за моей спиной Кирино. А вслед за ней:
– Х-ха, ну я-то сразу заметила, что эта винтовка поддельная. Весьма забавно получилось.
Ладно врать-то. Прежде я успел на секунду бросить взгляд на Куронеко – она так перепугалась, что чуть не заплакала.
– Вы посмотрите, какая очаровательная братская любовь! Благодарю за комедию.
– Гх…
Только сейчас я сообразил, в какой позе стою – раскинув руки в стороны и загораживая собой Кирино. Чёрт, стыдоба какая…
Но вообще, вы посудите. Как я мог рассуждать хладнокровно, когда среди богатого спального района вдруг взял и появился солдат? И найдутся же везде какие-то чудаки…
Ещё не успокоившись, я спросил:
– Э-э… ну и? Ты кто вообще такая? Живёшь тут, что ли?
– А? Ну да, типа того. А сами-то вы кто? Странные вы какие-то, честно говоря!
– Ну уж не странней тебя!
Это я очень, очень верно подметил.
– Не, а чего, я-то просто играла тут в страйкбол сама с собой. Смотрю, возле дома три подозрительные личности ругаются. Не удержалась, решила пошутить.
– У тебя чё, совсем друзей нет? – отпустила Кирино чудовищную шпильку. Такое не говорят, даже если заметили!
Конечно, в одиночку играть в страйкбол…
Тоскливо проводит выходной эта высокая девушка, ничего не скажешь.
– Ха-ха, ну спасибо на едком слове!
Хотя её должно было задеть за живое, девушка только смеялась. Странный она человек… Кого-то напоминает…
– Тогда, значит, все мы тут подозрительные. Может, объяснитесь?
– Н-ну…
Я переглянулся с двумя спутницами. Кирино и Куронеко одновременно кивнули.
Просят, чтобы объяснял я. Ладно, ладно, как скажете.
– Дело в том, что в этом здании живёт наша подруга…
Когда я рассказал, что мы собирались явиться без предупреждения и её удивить, то услышал неожиданный ответ:
– Понятно… Значит ты, видимо, Кёске-ши.
– Ну вообще да.
– Готик-лолита тогда Куронеко-ши, а модненькая блондиночка – наверное, Киририн-ши?
– В-вы что, нас знаете?!
До сих пор Кирино остерегалась причудливо одетой гостьи, но последней её фразы стерпеть не смогла. Увешанная снаряжением для страйкбола девушка улыбнулась буквой ω:
– Ну разумеется. Сестра мне постоянно о вас рассказывает.
– Се-сестра?! – переспросила Куронеко. Не веря своим ушам, я ещё раз задал тот же вопрос:
– Сестра?..
Высокая девушка в солдатской форме беспечно улыбнулась и сказала так:
– Простите, что не представилась. Меня зовут Макишима Каори. Ваша подруга Саори – моя младшая сестра.
– Э-э-э?!.. – хором воскликнули мы с Кирино. Ну а Куронеко, в своей манере, удивлённо раскрыла глаза.
– Вы старшая сестра Саори?! – взволнованно спросила Кирино.
– Верно. Благодарю за заботу о ней, – великодушно кивнула «Каори».
Если подумать, действительно, неоткуда в одном месте взяться стольким высоким девушкам. Да и черты лица, и телосложение у них почти одинаковые. И всё-таки я ничего не заметил – так разительно отличалось поведение этой девушки от поведения Саори.
– Что случилось, Кёске-ши? Ты так усердно меня разглядываешь. …Ха-ха-ха, может, ты сражён моей неземной красотой?
– Ну ты точно сестра Саори!
Одна так шутила – и другая туда же. Хотя по старшей сестре и в самом деле даже в очках видно, что она красавица. Куронеко со мной согласилась:
– …Действительно. Носит дурацкую одежду как ни в чём не бывало – в этом они с сестрой похожи.
Я смотрю, ты и незнакомцев при встрече не стесняешься оскорблять!
Кирино тоже сложила опять руки на груди и буркнула:
– Прямо оружейная отаку какая-то.
– Грубиянки вы обе неисправимые!
– Ха-ха-ха, не волнуйтесь, Кёске-ши. Вообще-то я к уколам привычна! Ребята, с которыми я дружу, тоже те ещё насмешники, – она посмотрела на Кирино с Куронеко. Кирино и Куронеко сделали вид, что ни при чём. Я усмехнулся:
– Что, есть и другие такие же? Даже не верится. И что? «Поэтому можете цеплять меня сколько вздумается»?
– Именно так, – улыбнувшись половиной рта, весело кивнула Каори.
Всё это было точно переигрыванием того раза, когда мы встретились.
Странно как-то. Вроде бы она и отличается от Саори, но всё равно как будто разговариваешь со старым знакомым. Всё-таки, сёстры – это сёстры, видимо, в этом дело.
– Ладно. За то, что вы пришли навестить Саори, большое спасибо – но к сожалению, её сейчас нет. Ушла в школу, дела какие-то.
– В школу? В выходной?
– Ага. Видели по дороге сюда здание? В эту женскую старшую школу и ходит сестра. А я, между прочим, студентка-очаровашка, учусь там же в институте.
«Очаровашка» про себя не говорят!
– Хм-м….
– Что такое?
Обернувшись к Саори, с любопытством наклонившей голову, я пожал плечами:
– Да нет, я просто гадал, сколько же у вас с Саори лет разницы… Студентка, значит?
Осмотрев Саори с головы до ног, я согласно кивнул:
– Понятно. Да, похоже на то. Где-то так я и думал.
– Д-да что вы?
Тиньк. Почему-то на лбу Каори вздулись вены.
А затем дуло винтовки уставилось мне в лоб.
– Э? – я даже не успел удивлённо воскликнуть.
Тра-та-та-та! Одна за другой в голову врезались пластиковые пульки.
– Ай-ай-ай-ай-ай?!
– Упс, рука случайно сорвалась.

Через несколько минут, ведомые Каори, мы поднялись на второй этаж дома.
– В кои-то веки вы пришли к нам в гости. Если отпущу вас, не напоив хотя бы чаем, сестра меня убьёт, – пригласила она нас. Честно говоря, и узнать Саори с незнакомой стороны – в какой комнате она живёт, к примеру, ну и тому подобное – хотелось тоже. Поэтому такому гостеприимству я только обрадовался. Как, похоже, и Кирино с Куронеко.
– Хм… вы с сестрой вдвоём живёте?
– Ага, без родителей – под предлогом, что так в школу удобней ходить.
Куронеко и Каори беседовали неожиданно свободно. Чтобы стеснительная Куронеко общалась непринуждённо – видимо, она почувствовала в Каори хорошо знакомый «запах» своей подруги.
Шагая по коридору, где не было ни пылинки, Кирино сказала:
– Что-то в этом доме дощечек с именами у квартир совсем нет…
– А нам какая комната нужна? – спросил я, и Каори обернулась:
– М-м? Вообще-то, нас сюда поселили родители, им принадлежит само здание. Так что…
– Что, весь дом на двоих?!!
– Ну типа того.
Ну ни фига же себе.
– Хм-м. Наверное, вещичек горы? И убираться, небось, тяжело… – негромко произнесла Кирино. Каори кивнула:
– Хе-хе, как вы нас понимаете, Киририн-ши! Вы угадали верно, этот дом – галерея предметов нашей гордости. И раз такой случай… Сейчас вы познакомитесь с моей коллекцией! Входите же!
Гордо выпятив большую грудь, она поманила нас в комнату.
А там мы увидели…
– Фигасе…
– …..Ого.
– Ух ты-ы-ы-ы!!
Квартира была планировки 1K7… хотя нет, кухни в ней не было! Во всяком случае, комната была лишь одна, только страшно большая. Сколько ж тут квадратных метров?!
Помещение будто строили с рассчётом «использовать его в таких целях» ещё на этапе планировки.
У стен и в центре расположились огромные витрины. Внутри стояли пластиковые модельки роботов из аниме – видимо-невидимо. На книжных полках, разумеется, тянулись ряды дисков и буклетов к тем же аниме.
С потолка на нитях свисали боевые крейсера и всякие космические колонии (ведь так они называются?), так, что казалось, будто вся комната – это диорама8 какого-то космического сражения.
А в ведущем в комнату коридорчике штабелями стояли коробки от моделек.
Даже с моей неискушённой точки зрения это было произведение искусства. «И та, и другая отаку, значит…» – пробормотал я изумлённо.
– …Тут к туалету без карты не проберешься…
– Вот это да, комната для моделек! Улё-ё-ёт!
– Ха-ха-ха, а то! А то! – глядя, как восхищена Кирино и как сверкают её глаза, Каори с явным удовольствием несколько раз кивнула.
Ужасно приятно, да? Похожую сцену мне уже приходилось наблюдать раньше.
Разумеется, в комнате сестры.
Похвастаться своей коллекцией перед понимающим человеком ––
Наверное, одна из самых больших радостей в жизни отаку.
– Устроена в противовес одной комнате отаку-иностранца, о которой я читала в книге. У-ха-ха-ха! Подумаешь, что места совсем немного – комнатам с кучей свободного места, где коллекцию можно расставлять свободно, я не уступлю! Чего тут завидовать! Главное не размер, а качество! Пусть сравнят, чья задумка лучше! Я ещё докажу ему, что размер помещения не залог выигрыша!
Ох, да умолкни ты. Вот разошлась-то!
Во время пламенной речи Каори сестра восхищённо разглядывала её коллекцию.
– Ух ты, это же шлем Красной Кометы!9
– …А это очки той же модели, что у Кватро Баджины10, – с безразличным видом нагнувшись вперёд, Куронеко потрогала пальцем стекло.
– Между прочим, и на мне сейчас такие же!
– Хм-м… – безразлично протянула Куронеко, – Ты говоришь, «твоя коллекция», но ведь тут, наверное, и вещи Саори есть? Полагаю, источник её дурацкого ника тоже кроется здесь.
– М-м? А, ну да – конечно, есть! Верно-верно, я плохо выразилась. В этой комнате – «наша с ней коллекция».
– …Хм.
Многозначительная усмешка Куронеко отразилась в стекле витрины.
Кирино вдруг спохватилась:
– Ах да, гостинцы. Надо передать, пока не забыла.
– Точно, – согласился я, и достал из наплечной сумки подарки от нас троих.
– Гостинцы? – наклонила голову Каори.
– Ага, мы для Саори подарки принесли.
– Спасибо, очень мило с вашей стороны. Однако в честь чего? Сегодня у сестрёнки, кажется, не день рождения и никакая не памятная дата…
– Да что ты? А подарить что-нибудь просто так уже нельзя?
– Она-то нам печеньки Меруру приносила… И вообще, не идти же к подруге в гости в первый раз с пустыми руками! Уж подарок-то можно принести…
– Согласен. Мне она прежде компьютер отдала. Да и вообще всё время о нас печётся – мы же друзья. Глянь, я тебе тоже покажу. Ты ведь в модельках разбираешься?
Я протянул ей коробку со своим подарком – «HG 1/144 Susanowo»11, и Каори театрально удивилась:
– Ого, это же…
– Предупреждаю, это не тебе!
– Да знаю я! Передам сестре, всё по-честному! Да-а-а-а-а…… а Кёске-ши, я смотрю, знает толк в подарках!
– Саори всё время собирает пластиковые модельки роботов, вот я и подумал, что ей понравится. Вместе ходили покупать. Я в них плохо разбираюсь, так что выбрал того, какой самому приглянулся… Не знаю, обрадуется ли Саори.
– Непременно обрадуется! Зуб даю.
– …Да? Ну ладно.
Вслед за мной свой подарок протянула Куронеко.
– «Коса Смерти»12? Подарок в духе Куронеко!
И наконец ––
– Теперь моя очередь. Сразу предупрежу, у этих двоих были как бы подготовительные подарки! Вот моя моделька – это вещь!
– Не терпится увидеть, – улыбнулась Каори.
– Любуйтесь и восхищайтесь – пожалуйста!
С самоуверенным видом Кирино достала коробочку:
– Та-дам! Тот самый, которого в двухочковом <00> гоняла Кугимия Риэчка! Офигеть, да?!
– Эту машину пилотировала Нена! Никакая «Кугимия Риэчка» его не «гоняла»! – не терпящим возражений тоном поправила Каори. Я ничего не понял, но видимо, момент был важный.
– Ч-чего ты злишься?
– Как можно путать сэйю с персонажем, которого она играет?! Я ещё понимаю, что робота ты выбрала самого модненького, но ошибаться в названиях героев и машин – стыдно. Страсти в тебе нехватает, страсти!
– Ой, да какая разница, ган*ам Кугимии это, Кугимии!
– «Ган*ам Кугимии»?!! Эх, как-кие же вы все, сэйю-фанатики, всё-таки… И как вас только земля носит!
– Подумаешь, чего ты взъелась! – отвечала Кирино, хотя и смутилась. Чья бы корова мычала, Кирино.
Посмотри сейчас на Каори – разве не так же ты вела себя, когда Куронеко высмеивала твою Меруру?
Убеждения у отаку бывают своеобразные, поэтому хотя с моей точки зрения речь идёт о каком-то пустяке, они иногда реагируют очень резко. Это я за прошедший год хорошо усвоил.
– Ну ладно, ты открой его, открой! Ты офигеешь!
– М? Там разве не обычная моделька?
Каори приняла от Кирино коробочку. С озадаченным видом распаковала её.
И…
– Э?!… Ч-что это…
…Вздрогнув, застыла в немом ужасе.
– Видала, видала?! Прикольненько, а? А?..
– М-ми… погоди минуточку…
Кирино с победным видом приставала к Каори, но та остановила её ладонью, потрясённая:
– Для начала, вообще… как… как это он уже собран?
– Ась? А чё, неправильно собрала?
– Послушай сюда, Киририн-ши… скажу только раз, так что слушай внимательно… Пластиковые модельки, знаешь ли, интересно не только ставить по полкам. Собирать их, ухмыляясь под нос – это тоже огромное удовольствие. Вручая уже собранную модель, ты уменьшаешь радость от подарка наполовину!
– Вот зануда! Фанаты моделек такие зануды!
Совершенно согласен. Склада ума отаку и других одержимых обывателю вроде меня не понять. Но всё-таки, по-моему, от Кирино этого не хотелось слышать и Каори.
– Эх! …Что с ним натворили – это кошмар какой-то, – жаловалась Каори, держа в руке пластиковую модельку, собранную Кирино, – Даже то, что детали просто выломали кусачками и соединили, уже невыносимо! Ни наждаком обработать, ни лаком покрыть, ни собрать сначала без покраски – и это называется пластиковая модель?!
– Кстати, куча деталей так и не пригодились.
– Господи боже!..
Ха-а… Ха-а… Плечи Каори ходили вверх-вниз, она тяжело дышала. Кирино, напротив, не теряла присутствия духа:
– Что-то ты какая-то сердитая, совсем не то, что Саори!
– Мгм…. У-уверена, тут и Саори бы рассердилась!
– Ну уж не знаю…
– Зато я знаю! И, и вообще… пусть я неохотно закрою глаза на то, что модель уже собрана… Но это… это!..
На висках Каори проступили вздувшиеся вены:
– Что это за блёстяшки налеплены по всему корпусу?!
– Это? Э-хе-хе… это я ган*ам разукрасила! Ты посмотри, как миленько!
– Ган*ам… разукрасила?..
«О боже»… Каори покачнулась, бессильно опустила лицо.
Дело вот в чём: собранная Кирино моделька была обмазана, точно колонией полипов, столь любимыми среди младшеклассниц блёстками не то из фольги, не то из толчёного стекла13.
И почему маленьким девочкам нравятся такие яркие и противные украшения?
– Э-эй, Каори… ты как, ничего?
– Прости… Кёске-ши. Всё оказалось… всё оказалось страшнее, чем я думала…
– Ты на стульчик сядь, отдохни… Давай-ка… – подсказал я, схватив её под руку, и усадил на стул, где пристало бы сидеть какому-нибудь капитану космических войн. Она так и обмякла на нём, не поднимая головы.
– Ась? Чё такое?
Притворись ещё глупенькой! Это ж надо было додуматься, так обойтись с фанаткой ган*ама!
Куронеко прошептала мне на ухо:
– …Положение ужасное. Сделай что-нибудь.
– …Знаю, знаю.
Судорожно оглядевшись, я заговорил с Каори:
– Н-да… Ничего себе, сколько у тебя тут моделек! За столькими и следить, небось, тяжело?
– Ну в-в общем, да. Но мне это в радость. Уход за коллекцией, Кёске-ши… Для меня это минуты блаженства.
– Блаженства?..
– Да!
Ну ладно. Раз она так на этом настаивает, мне возразить нечего.
– А можно тогда кое-что спросить? М-м… я хотел узнать, как правильно собирать пластиковые модели?..
– Эх… Ну ладно, так и быть. Устрою тебе небольшую лекцию.
Есть! Повеселела! Научился обращаться с отаку! – обрадовался было я в своих мыслях, но позабыл, какими долгими и занудными бывают их объяснения.
Полчаса спустя…
– …и когда, выполнив все описанные шаги, мы состыкуем части в том порядке, в каком их пронумеровали, то наконец…
– Доделаем модель?!
– …перейдём к подготовке места для модельки.
Да когда ж мы её доделаем-то?! Ох устал… Хватит с меня, хватит. Но сам попросил рассказать, теперь и закругляться не предложишь…
– Ну, это само по себе отдельный разговор, так что краткий экскурс в сборку пластиковых моделей мы здесь завершим.
– ……Хм…….
Слава тебе, господи. Свободен, наконец-то свободен…
– Да… что-то я заболталась…
Произнеся длиннющую речь о своём хобби, и снова придя в хорошее расположение духа, Каори откинулась на спинку стула:
– Закончишь уборку, плюхнешься на этот стул и сидишь вот так, наслаждаясь видом коллекции… Так и день незаметно пролетит.
– Знакомо! Ох как знакомо! – нашёлся человек, который её понял, – Я и сама, как представлю, что это всё были бы фигурки Меруру, думаю: «Так всю жизнь бы на них и любовалась»!
Это уже болезнь…
– Слушай! Так у тебя, небось, и другие коллекции есть?! Наверняка есть?! Покажи, а!
– Кирино, это всё понятно, но приди в себя! – поймал в полный нельсон и остановил я Кирино, собиравшуюся наскочить на Каори подобно разъярённому быку.
– Да ничего тебе не понятно, болван!
– Ай!.. Ах ты на ноги наступать, дилетантка!14
Давненько она ноги в драке не отдавливала! Даже вспомнить приятно!
Держась в стороне от нашей с Кирино перебранки, Куронеко равнодушно сказала:
– Если есть и другие коллекции, я тоже не прочь взглянуть.
– Хорошо. Но прежде…
Каори протянула вперёд руку, указав ладонью на три стула. «Садитесь», подразумевала она.
– Не изволите ли, в конце концов, выпить чаю?
Мы его до сих не выпили потому, что ты столько болтала!

Ещё спустя двадцать минут мы оказались в другой комнате того же дома.
– Этот дом папа переделал так, чтобы выставить в нём предметы искусств. Часть комнат досталась и нам.
Из каждой комнаты, похоже, был сделан какой-нибудь особый выставочный зал. Пока что ни в одном из помещений я не видел и следа предметов обихода, но, наверное, в доме были и обычные жилые комнаты. Так вот, зал, куда мы вошли…
– Вау, ну и заброс!
– Полагаю, старая игровая комната?
Откровенно высказали свои впечатления Кирино и Куронеко.
Пол и стены здесь состояли (видимо, специально) только из голого бетона.
Комната в целом была в ретро-стиле; электронный игровой стол и коричневый ламповый телевизор первыми бросались в глаза. От телевизора тянулся кабель, подключённый к чёрной приставке незнакомой системы.
Точно сшивая промежуток, между ними громоздилась игрушечная автобомильная трасса.
– Кхм, эта галлерея воспроизводит конец 80-х – начало 90-х. То были годы, когда по маленьким лавкам сладостей стояли игровые автоматы, собирая к себе младшеклассников. Эпоха, в которую несли свою службу Final Fight и Golden Axe. Впрочем, где-то они могут нести службу ещё и сейчас…
Сколько тебе лет, а?
– А что это за чёрная приставка? – спросила Куронеко. Раз она не знает, то видимо, довольно старая.
– NeoGeo CD15. Как мне говорили, чудовищная игровая система, загрузки каждого раунда на которой приходилось дожидаться по три минуты. Нынешним избалованным геймерам не понять, но играть в Samurai Spirits или King of Fighters дома – по тем временам это было просто прорывом.
– ?! Т-так это… она и есть, та приставка, которую можно назвать символом золотого века SNK16. Прежде не доводилось видеть.
Широко раскрыв глаза и склонившись над устройством, Куронеко изучала NeoGeo CD. Мне не понять, но для геймеров, наверное, это было нечто.
– Эм, а это что? – мне на глаза попался четырёхугольный стол со стеклянной крышкой. Под ней рядами стояли резиновые фигурки, вроде тех, что кладут в гасяпоны17, – фентезийные монстры, эльфы, всякие там рыцари.
– О-о, у вас глаз зоркий, Кёске-ши. Этот набор называется «Крепость Некрос»18. Конечно, он не настолько популярен, как переводные наклейки «Биккуриман»19, например, но всё равно одна из знаковых для конца 80-х игрушек. Среди коллекционеров он может похвастать стойкой популярностью, и на аукционах всегда идёт очень живо.
– Хм-м.
Чего только тут нет. Старые игрушки, но прикольные, да. Понятно, почему их любили.
Кстати говоря, самому удивительно, как хорошо я сумел понять речь Каори, хотя не знал даже названий, – всяких там «Golden Axe» или «Биккуриман» – которых она в своих объяснениях использовала.
– Между прочим, из-за стекла этого не узнать, но если взять фигурки «Некроса» и разогреть в руках, они поменяют цвет. Вроде секретных эмблем20, что встречались на завоевавших популярность в восьмидесятые роботах-трансформерах. Трюк с переменой цвета под теплом пальцев был тогда в моде.
Да сколько тебе всё-таки лет? Ты из восьмидесятых в будущее провалилась?
– А это?
Кирино показала на забытую на поверхности игрового стола-автомата игрушечную спортивную машинку.
А, ну это и я знаю.
Я взял в руки «синий гоночный автомобиль со сверх-тонким корпусом», и нежно произнёс:
– Давно я их не встречал. Надо же, мини-полнопривод21.
– О, вам они известны, Кёске-ши?
– Одно время были в моде, когда я был ребёнком. Правда, такой модели я никогда не встречал.
– Ха-ха, да уж наверное. Это Аванте-Jr., в каноне мини-полноприводов знаменитый как быстрейший и мощнейший автомобиль. Корпус скопирован с машины, в самом деле участвовавшей тогда в кубке Японии. Кстати, раз уж зашла речь – фанатиков второй волны популярности мини-полноприводов это рассердит, но я считаю, что содержащийся в безупречном состоянии Аванте и по сей день быстрее всех.
Понятия не имею. И вообще, разобраться в её речи уже, наверное, под силу только старикам!
Будто прочтя мои мысли, Каори сделала губы буквой ω и подвела итог:
– Развитие технологий в аниме, играх и множестве других жанров удивительно. То, о чём мечтали, но чего не могли воплотить люди в восьмидесятых, сегодня встречается повсюду. И всё же, разве можно забыть как «пережитки прошлого» то, что прежде вызывало в нас вострог? Разве это не обидно? Верно, прошлое не вернуть, но в конечном счёте то, что интересно, всегда интересно, и то, что хорошо, всегда хорошо. Приходя сюда, это понимаешь. Вот за что я люблю эту комнату.

Каждый человек в глубине души хранит своё собственное представление об утопии.
Например, я рисую в голове тесненькую веранду с видом на сад, залитый тёплыми лучами весеннего солнца.
Разумеется, у Куронеко и Саори, Акаги и Сены, у всех вместо этого что-то своё.
А сейчас прямо передо мной расстилалась, уверен, утопия Кирино.
– Ха-а, ха-а… что это, что.. это же омега-праздник какой-то…
Моя сестра, с ошалевшим взглядом прилипла ко стеклу, и в горячке разглядывала коллекцию, попавшую точно в центр её страйк-зоны.
Вот уж отталкивающее зрелище. Картина, которой ни за что не стоит видеть её поклонникам.
Да, мы были в «комнате бисёдзё-фигурок». Здесь бок о бок были расставлены статуэтки всевозможных видов, начиная с Меруру. Ничего удивительного, что Кирино впала в экстаз.
Однако должна же и экстазу быть мера!
– Ладно тебе, давай закругляться. Ты уже десять минут так стоишь. Может, пора другие комнаты посмотреть?
– Я… Я ещё немножко тут побуду! Вы идите, а я вас догоню! – отвечала она, и не отходила от стекла. Прижалась ладонями и носом к нему, слюни так и текут. Ну прямо как малыш в магазине игрушек!
Или как Акаги, раздумывающий, покупать ему куклу для секса или нет.
– Э-эх… ну и что с вами обоими делать?
В эту самую секунду.
Комната качнулась из стороны в сторону.
«О?», «Ч-что за…», «Это же…»
Мы с Каори и Куронеко беспокойно заозирались.
– Ай…. – потеряв равновесие, Каори качнулась вперёд. В такт этому из карманов её военного жилета посыпалось множество разных очков.
Не успел я вопросить «Это ещё что за очки?!», как пол покачнулся ещё сильнее.
– У-ох!…
Фигурки задрожали с сухим стуком. Ясно, что происходит, это же –––
Прилипшая ко стеклу Кирино прошептала, заворожённая:
– Ого… Фигурки Меруру наконец-то ожили… Неужто боги услышали меня?..
– Это землетрясение, балда! Вернись с небес на землю! Заканчивай свой приход от внутричерепных наркотиков!
Судорожно отпуская колкости, я схватил сестру за плечи и обнял, и так мы вдвоём пережидали землетрясение.
– Ничего себе, большое!
– …В-витрина… может разбиться, осторожно…
Об опасности сообщила Куронеко. Скорчившись на месте и обхватив руками голову, она подняла на меня бледное лицо.
– Д-да, верно… Эй, Кирино, Каори––
Думая проследить, чтобы все оказались вне угрозы, я обернулся – и обнаружил, что с Каори во время падения свалились солнечные очки, и она теперь сидит на полу и ищет их, шаря вокруг руками. Наверное, у неё слабое зрение, и солнечные очки были с диоптриями. Я хотел было помочь, но тут…
– Нашла!
Хвать, – Каори схватила что-то с пола и нацепила на нос. Однако это были не очки от солнца…
…а очки-кругляши, которые я как будто бы уже где-то видел. Они выпали вместе с кучей прочего барахла из карманов жилета. Восстановив таким образом своё зрение, Каори громогласно воскликнула:
– Благородные господа! Здесь слишком опасно! Извольте на улицу!
– Нельзя! Если стекло разобъётся, все Меруру погибнут!.. – крикнула Кирино, держа стекло, чтобы то не разбилось.
Дурёха! Плюнь ты на этих Меруру… – но ей ведь не втолкуешь!.. Чёрт!
Пока я скрежетал зубами и мешкал, вместо меня сестру стала уговаривать Каори:
– Беспокойство излишне, Киририн-ши! Для коллекционера землетрясения – беда хорошо знакомая. Стекло против них укреплено.
– Но… Но ты посмотри, как трясёт!..
– Да изволь же понять! Друзья для меня куда важнее коллекции!
– !
Услышав окрик Каори, Кирино широко открыла глаза.
«Бежим!» «Ай…»
Я крепко схватил Кирино за руку и бросился в направлении к выходу. Куронеко и Каори за мной. Вывалившись из комнаты в коридор, мы схватились за поручни и терпели, пока всё ходило ходуном…
Через некоторое время толчки прекратились.
– …Фух……. П-похоже, кончилось… – вздохнула Куронеко, державшаяся, как и я, за поручень. Когда комнату начало трясти, больше всех испугалась, честно говоря, она. Ну и что такого, каждый чего-нибудь боится…
– Э-эй, долго ты ещё держать меня собираешься?
– Ой, прости.
Я тут же отдёрнул руку. Мы с Кирино вместе почти одинаково вздохнули.
Потом и Каори в очках-кругляшах вытерла со лба пот.
– Нда-а, вот это тряхануло!.. Однако же отрадно лицезреть, что никто из нас, благородные господа, не понёс ущерба.
– ………………………
……………
– Ты ведь… Саори, да?
– Ох! – воскликнула она, широко открыв рот – и тут же повернулась к нам спиной.
Она поспешно сняла очки-кругляши и одела вместо них солнечные очки, как прежде. И ––
– Хм! О чём это вы, Кёске-ши? Я Каори, старшая сестра Саори…
– Да раскусили мы тебя уже, раскусили.
Вот ведь какая упрямая. Я без долгих размышлений протянул руку к солнечным очкам Саори, бывшей Каори –
И снял их.

– Ай-ай-ай!

Громко заголосив, Саори тут же присела на корточки и закрыла лицо обеими руками.
– …………Э?
…Что это за первая реакция такая? Она же Саори… да?
Так и держа солнечные очки в руке, я замер от удивления. Кирино и Куронеко, вздрогнув от внезапной перемены в Саори, смотрели круглыми глазами.
– Т- т-ты… ты за- зачем Саори обижаешь?!
– Э?! Я обижаю?!
– Я не видела этого самостоятельно, но полагаю, ты сейчас тронул её за попу?
– Куронеко, и ты туда же?!!
Да я же просто очки с неё снял! Я и сам не понимаю, почему Саори так смутилась, будто ей под юбку кто-то заглянул!
– В-в любом случае, ты виноват, сделай же что-нибудь!
– Щ-ща… С-Саори? – осторожно позвал я, и скорчившаяся на корточках, закрыв лицо руками, Саори вздрогнула от неожиданности. …Вообще другой человек. За обычной Саори такого поведения и представить нельзя.
– Прости, что я очки с тебя вдруг сдёрнул. На вот, возьми.
Я протянул очки, и Саори осторожно глянула в мою сторону сквозь щель между скрывающими лицо пальцами. Робким, внезапно переменившимся голосом она едва слышно прошептала:
– Скажи… вы….
– М-м?
– …В-видели?
– Что видели?
– ……Моё …л-лицо?
А. Вот оно что.
Ей не хотелось, чтобы мы узнали, как она выглядит без маскарада.
Вот почему она стесняется и так себя ведёт.
– Не видели.
– …Ч-честное слово?
– Честное слово.
– Ну… ладно.
Выражения на её лице за пальцами не было видно, но я понял, что она успокоилась.
Значит, и правда в этом дело.
Что ж, у всех свои обстоятельства. Каждому хоть что-нибудь, да не хочется показывать другим.
Лезть в чужие секреты из праздного любопытства нехорошо. Я повторно склонил голову и без всякого притворства сказал:
– Ещё раз извини. Прошу прощения.
– …Д-да нет, это я… простите, что я… вдруг так…
Едва слышный шёпот, робость и покорность, неловкая речь.
Ни в чём не похоже на хорошо знакомую мне «Саори».
Жизнерадостный голос, оторванность от мира сего, беглая речь – вот какой я представлял себе Саори. Но если эта Саори была «настощей»…

…Так что обычно я немножко более серьёзная девочка

…то её слова при нашей первой встрече… были, получается, правдой…
Ну откуда мне было знать? Я был уверен, что она шутит!

Мы вернулись в комнату фигурок.
– Уж простите меня великодушно! Я не собиралась вас всех обманывать.
Надев очки-кругляши, Саори мигом вернулась ко своей обычной манере поведения.
От хрупкой, плаксивой «послушной девочки» не осталось и следа.
Но это, как она однажды призналась, выдумка – «достойный предводительницы характер».
И грубоватая личина чуть раньше тоже не принадлежала «подлинной» Саори.
Видимо, в зависимости от одежды (или очков), Саори становится одним из множества разных персонажей.
Вполне сознательно.
«Ничего страшного», – пробормотала Кирино искренне извиняющейся Саори, и отвела глаза.
Похоже, ни у Кирино, ни у Куронеко не было желания докапываться до подробностей увиденного только что «подлинного» облика Саори.
Разумеется, я разделял их чувства.
Мне хватит и того, что сама Саори позже захочет о себе рассказать.
– Пустяки, главное – слава богу, Меруру не пострадали!
Трясло довольно сильно, однако укреплённое против землетрясений стекло уверенно выдержало толчки. Половина всех фигурок попадала, но сама витрина не разбилась.
– Фух… эта тоже целенькая… всё в порядке… – с облегчением вздыхала Кирино, по одной перебирая и проверяя фигурки.
Да она и впрямь беспокоилась… «Пустяки, главное – Меруру» – это она не Саори пожалела, а действительно так считала.
– Интересно, почему же ты всё-таки назвалась старшей сестрой? – осторожно поинтересовалась Куронеко у Саори. Думаю, она не столько любопытничала, сколько хотела ту разговорить. Не то, что Кирино!
– Мне и представиться не могло, что вы почтите визитом мой дом, я растерялась, и… – Саори неловко почесала лицо.
– И решила нас впустить, придумав такую роль?
– Да. Я стеснялась предстать перед вами в непривычном виде. Теперь мне кажется, что идея была не лучшей…
– Верно, – невозмутимо произнесла Куронеко. Однако голос её был полон нежности. И без вопросов было понятно, что она имела в виду. …То же, что и я.
– Какого бы «персонажа» ты не играла, ты ведь остаёшься Саори. Остальное нам всё равно .
– Ну типа того, – торопливо отвернувшись в сторону, пристроилась к разговору Кирино.
Так, на самом деле, и есть.
После того, как она столько раз нас выручала, после того, как мы настолько подружились.
Не можем же мы её просто взять и махом разлюбить. Что бы не случилось.
– Да и чего ты вообще извиняешься? Ты же просто решила «перед нами всегда держаться так» и старалась этому следовать…
– Киририн-ши… – поражённо произнесла Саори. Я тоже удивился.
Надо же, Кирино… неплохо понимает Саори. Если подумать – её слова многое объясняют. Похоже, она права. Поэтому Саори и обманула нас, назвавшись старшей сестрой.
– Тогда получается, что извиняться всё-таки нужно нам. Прости, надо было предупредить, что мы к тебе явимся.
– Нет! Нет-нет-нет! Не извиняйся, Кёске-ши! – Саори поспешно замахала руками, – Я… Я…
Удивительное дело, Саори запнулась на полуслове.
Она напряжённо наморщила лоб, а потом… вдруг посмотрела серьёзно.
– ……………
«…Саори?» «Эй» «Что, в чём дело?» – озадаченно переспросили мы, и тут Саори неожиданно фыркнула: «хе-хе-хе».
Как будто бы придумала что-то невероятно забавное.
Такая улыбка, точно она едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться.
А потом Саори, как обычно, сделала губы буквой ω, и подняла палец:
– Киририн-ши, Куронеко-ши, Кёске-ши, у меня припасено кое-что поинтересней, чем представшие вашим взорам коллекции!
– Э?.. Интереснее, чем фигурки Меруру? – переспросила Кирино. Даже её, удивлённую необычным поведением Саори, заинтересовали эти слова.
– Да… Я уверена, что идея вам придётся по вкусу.
– Любопытно. И в чём же она?

– Давайте все вместе… устроим косплей!

– Косплей?! – хором воскликнули мы.
– Да. Я для каждого сшила костюмы по размеру – хотела при случае дать вам их поносить. Они в соседней комнате, гардеробе. Хм-хм-м, Киририн-ши… тебе ведь интересен косплей?
– Интересен! – живо отозвалась Кирино. Да уж, помню, как на летнем комикете у тебя глазёнки сверкали.
– Да и Куронеко-ши, наверное, хочется время от времени сменить свой обычный костюм на что-нибудь новенькое?
– Ну… пожалуй, я не стану возражать, – мигом зарделась Куронеко. Понимать это следовало как «ужасно хочу».
Точно подумав о том же самом, Саори хлопнула в ладоши:
– Ну так и не прекрасный ли случай? Давайте все облачимся в костюмы и сделаем фотографии на память!
– Э? У тебя тут фотостудия? Ах как же быть, как же быть!.. Я ведь модель… – вертясь всем телом, важничала Кирино.
А на самом-то деле только и мечтает скорей фотографироваться!
– …Значит, костюмы готовила Саори? …Как-то мне не по себе.
Ну, Куронеко – это Куронеко: ворчать ворчить, а на самом деле только рада, ясно же. Вон уже ленточки на платье развязывать начала. Эй-эй, при мне-то раздеваться не стоит!
Прошлая тема разговора была совсем забыта, и мы вновь вели себя как обычно.
– По такому случаю и я сама в кои-то веки предстану перед вами в косплее!
– Да ты и без того, можно считать, сама себя косплеишь…
– Ха-ха, Кёске-ши, не спеши так думать! Вот увидишь, у вас ещё закружится голова от моего очарования!
– …Скажешь тоже.
Хотя посмотреть, во что превратятся все три девочки, действительно интересно. Жизнерадостным тоном я объявил:
– Я вас тогда тут подожду!
– Как это «подождёшь», Кёске-ши?
– Э?
В ответ на моё недоумённое «Э?» Саори улыбнулась мне довольной и зловещей улыбкой:
– Разумеется, для тебя у меня тоже готов костюм.
…………………………
……Серьёзно?

Женский отряд шёл переодеваться в гардероб – чтобы потом вернуться в комнату с фигурками.
За это время я должен был переодеться тут.
Оставшись один в безмолвии пустой комнаты, я почувствовал, что бесконечные ряды фигурок (уж извини, Кирино) мигом стали выглядеть жутковато. Особенно порушенные землетрясением скопления Меруру – лежат и улыбаются мне, аж страх берёт.
– Ну что… собрался с духом, переодеваюсь.
Косака Кёске, восемнадцать лет, первый раз в жизни пробует косплей.
Костюм, который подобрала для меня Саори, принадлежал персонажу, которого я знал.
– …Ну и как эту мантию… Как она одевается вообще?…
С грехом пополам переодевшись, я глянул в примерочное зеркало, стоявшее в углу комнаты.
– …………Ого.
Самому себя хвалить нехорошо, но по-моему, одежда шла просто потрясающе.
Меня бросило в жар. Что со мной… что за непонятные смущение и душевный подъём?
Глядя на самого себя в зеркале, я с каждой секундой всё больше приходил в восторг:
– Ух ты… неплохо же я смотрюсь! Ну-ка? Да ладно вам?! Да я же офигенен!
Молчите! Молчите, я впервые в жизни пробовал косплей, как могло быть иначе?
Точно персонаж-прототип в своём аниме, я с шелестом взмахнул мантией и поддавшись порыву, воскликнул коронную фразу героя:
– Явись предо мной, Цербер!
Ого, прямо дрожь берёт! Эх, ну я даю! Какой я всё-таки клёвый! Хотя и стыдно же мне! Как бы от косплея нарциссом не стать!
Но тут…
Клац. Раздался звук открываемой двери. По моей спине пробежал мороз.
О нет, неужели меня слышали?! Неужели всё?! Остаётся только самоубийство?!
Одеревенев всем телом, я в ужасе повернулся к двери:
«……!» «……!»
И мы с вошедшей одновременно потеряли дар речи.
– Т-т… Ку-… Куронеко?!
Костюм, который был на Куронеко, тоже принадлежал хорошо знакомому мне персонажу.
«Альфа-Омега» – героиня-соперница из «Звёздной ведьмы Меруру», та самая, которую всегда косплеит Бриджет.
– Э… а… ч, чё-… чёрная… тьма?!
Ничего странного и что Куронеко изумилась, глядя на меня. На мне был костюм Чёрной Тьмы, главного героя любимого аниме Куронеко, «Маскера».
И хвастаться нехорошо, но я в нём был просто вылитый Чёрная Тьма! Если по Маскере вздумают снимать кино, актёра на главную роль лучше не найти! Но, впрочем, сейчас мне было не до фантазий…
Каждый в своём костюме, мы не могли свести друг с друга глаз.
Вдруг Куронеко опомнилась:
– …Н- не глазей… особо, пожалуйста. Я стесняюсь…
Краснея до ушей, она попыталась закрыться руками.
Снабжённый мантией на манер вампирской, костюм тем не менее определённо был весьма открытым. Для бесконечено стеснительной Куронеко надеть такое было практически подвигом.
– …Говорю же тебе, не глазей. Х-хочешь, чтоб я глаза тебе выдавила?
– П-пардон.
Я торопливо закрыл глаза руками.
Но кстати, если ты так стесняешься, зачем вообще костюм надевать? Видимо, тут было задето что-то вроде косплеерской гордости…
– Твой костюм…
– А-а, это?
Чуточку смущаясь, я поинтересовался впечатлением:
– К-как тебе, Куронеко? Это… костюм мой…
– Э…э?! – будто не ожидав, что её об этом спросят, Куронеко вздрогнула и оцепенела. Видно, уж слишком смущали её одежды Альфы-Омеги. Покраснев ещё сильнее, чем прежде, она ответила, стреляя в мою сторону глазами:
– Ни… Ничего вроде…
Куронеко этого героя обожает, так что даже в моём исполнении косплей ей должен был прийтись по сердцу. Честно говоря, мне было приятно.
– Только не таращься на меня так. Я всё-таки смущаюсь…
– Гл-глупости какие… что за… ничего я не таращусь… – сердито всё отрицая, Куронеко была неожиданно симпатична.
И тут –
– Ух ты, чё это на вас! Гляньте, а вам идёт!
В прекрасном настроении духа в комнату вошла Кирино. Но костюм её стал ещё одним сюрпризом.
– Ну, зато мне мой не слишком подходит!
Схватившись за краешки юбки, она крутанулась на ножке. Надет на Кирино был костюм Королевы Мрака <Queen of Nightmares> из «Маскеры».
Костюм, который обычно носила Куронеко, сейчас был на Кирино.
И только-то, казалось бы, но это стало для нас сильнейшим ударом..
– ………
Ни я, ни Куронеко не нашлись, что сказать.
– Ну-у? Очарованы моей красотой, что ли?
Кто бы говорил, конечно, но самоуверенности в ней!.. Определённо, косплей превращает людей в нарциссов. Хотя она-то и раньше такой была.
Кстати, вслух я этого не сказал, но впечатление моё от косплея Королевы Мрака <Queen of Nightmares> в исполнении Кирино было таким:
«На редкость не по ней, но очень мило». Мне казалось, что на модели любая одежда будет смотреться хорошо, но подумать только – костюм готик-лолиты ей настолько не идёт…
Видно, в цвете волос беда. У неё же волосы чайного цвета.
Будь Кирино черноволосой или блондинкой, так неестественно это бы, наверное, не смотрелось.
Не сводя с Кирино глаз, Куронеко спросила:
– Тебе ведь не нравилась «Маскера»?
– М-м? Ну и что, это ж просто костюм. Давно хотела как-нибудь одеться готик-лолитой…
Ясно. Ей всё равно, лишь бы наряд был симпатичным.
– Какая же ты… поверхностная!.. – очень неприязненно нахмурилась Куронеко, – С таким ветренным образом мыслей подходить к косплею… Преобразиться в любимого персонажа – это высшее удовольствие косплеера! Ничего ты не понимаешь…
– Ась? Хм-м, преобразиться… Так, что ли?
Кирино поднесла к глазам руки, сделав чуть в сторону пальцами знаки V, и сладеньким голосочком, точь-в-точь Меруру, пропела:
– Я-ххо-о! ☆ Меня зовут Королева Мрака <Queen of Nightmares>! ♪ Я к вам из ада, приветики! ('-^*) – типа того?
– Королева так никогда не говорила!! – завопила Куронеко. У этой тоже, когда дело касалось Маскеры, точка кипения была почти возле нуля. Ну как дети, честное слово!
– Г… гх… у-убью, клянусь, убью…
– И вообще, ты сама на Альфочку не особо похожа! Альфочка никого не убивает…
– Да я… я вообще и не собиралась в неё преображаться!..
– Как же так, ты ведь останешься без высшего удовольствия косплея…
– Н…. н-ну…
Собственное обвинение бумерангом вернулось к Куронеко. Глядя, как она путается в словах, Кирино довольно усмехнулась – прямо, как Канако:
– Давай-давай, преображайся и говори как следует. Ты же слышала на концерте, как разговаривает Альфочка?
– Не буду!.. Почему это я должна… я не хочу говорить такие позорные вещи!…
Щёлк! Щёлк!
Повернувшись к чуть не плачущей Куронеко, Кирино щёлкнула фотокамерой на мобильнике.
– Когда это ты успела мобил… стой, не фоткай меня!
– Да всё уже, всё.
– П-прекрати…
Щёлк! Щёлк!
– Го-говорю же тебе, не снимай! Ты что, не слышишь?..
– Если мы из твоих косплей-фоточек сделаем буклетик, на комикете точно с руками будут рвать!
Не слышит она, не слышит. Да и я, в свою очередь, – Куронеко сердилась так мило, что хоть я её и жалел, но вмешиваться не собирался. Кирино продолжала в прострации снимать косплей Куронеко на фото.
Да уж, что ни говори, а в Куронеко она втрескалась по уши.
– Фух…… ну и хватит.
Довольная тем, что одно из дел сделала, Кирино вытерла пот со лба. В свою очередь, Куронеко, общёлканная в косплей-костюме со всех сторон, съёжилась, стоя на коленях. Лицо красное как помидор. Тоже мне, разве можно косплеерше быть такой стеснительной?
– Эй, Кирино.
– Чего?
– Как тебе мой косплей? Офигительно, а? Может, будешь обращаться ко мне «уважаемый старший брат»?
От косплея я расхрабрился и говорил такое, что обычно сказать бы не рискнул.
– Да-да, здорово, здорово.
Однако Кирино отреагировала с потрясающим безразличием.
– Э-эй, ну чего ты даже не посмотрела как следует? Ты гляди, гляди!
Нечего вокруг Куронеко носиться, меня тоже похвали!
– О боже… ну и занудный из тебя косплеер! Лицо заурядное, а любуется-то собой, любуется! Нет, ты безнадёжен.
– ……………………
Ну вот уж кто бы говорил про самолюбование!
– К-кстати, а где Саори?
– Э? Она мне вслед сказала, что сейчас переоденется и придёт.
– Хм-м.
– Да и раньше, предложила вдруг косплей… как-то странно.
– Ага.
Действительно, в тот момент Саори вела себя несколько загадочно. Правда, у меня были кое-какие догадки о смысле её улыбки.
Потому, что глядя на «Каори» в страйкбольной одежде и солнечных очках, я кое-что сообразил.
Скорее всего… Саори довольно красива.
Когда она самоуверенно заявляла о «своей красоте», она не шутила.
Поэтому раз Саори так развеселилась – это она, наверное, придумала показаться нам в настоящем виде, и всех нас удивить.
Конечно, я не забыл и о том, что своё настоящее лицо она открывать нам стеснялась.
Но что если как раз потому она и придумала этот «косплей»?..
Другими словами, уж не собирается ли Саори предстать перед нами в облике, который для неё будет «косплеем, не вызывающим смущения, хоть и не скрывающим лица»? Вот как я думал.
Если так, то послушно удивиться было бы скучно. Пусть Кирино и Куронеко удивляются сколько хотят, но я буду непоколебим. В каком бы облике не явилась Саори. Ха-ха, увы и ах!
– А, Саори, ты идёшь?
Голос Кирино. А затем, клац, открывается дверь.
Вот оно… ну! Давай, Саори!.. Тебе ни за что меня не удивить!

– Простите, что задержалась.

ORE6_185.JPG

– А ты ещё кто такая?!..

Да ладно? Неужели Саори? Это она-то – Саори? Вот эта ухоженная барышня в школьной форме?!
Чума-а-а-а-а! Саори – чума. Говорю вам чума, просто чума. Во-первых, красавица, да какая!
Во-вторых, не просто барышня, нет – бери на уровень выше! Тут уже все задатки чуланной принцессы! Ну даёт! Шелковистые волосы, формы как у супермодели!
Обычно не может человек разом так перемениться, всего лишь сняв очки! Мы же не в эроге. Поэтому как бы люди не старались сменить имидж, если приглядеться, это всё равно они. Но Саори – это чума. От прежней внешности ни следа. Даже голос другой. С ума сойти можно. В общем, вы даже не представляете, какой чумой была представшая моему взору улётная красотка.
– …Ну уж так таращиться – это чересчур, – удивилась сестра.
…Что я могу сделать!.. Я поражён до смерти…
Я, конечно, думал, что выйдет красавица, хотя исключить шанс, что подлинное лицо Саори похоже на ³ω³ <это>, тоже не мог. Н-но чтобы она настолько…
– П-по-моему, это уже даже не максировка… а что-то из области метаморфоз <хеншина>… – Куронеко тоже, застыв в шоке, взирала на преобразившуюся Саори.
Видя такую нашу реакцию, Саори (в косплее «девочки из высшего общества») прикрыла рот ладошкой и вежливо засмеялась.
– Я счастлива, что удалось вас настолько удивить. Значит, я не зря раскрыла этот облик.
Она старомодно поклонилась, придерживая руками края юбки.
– Кёске-сан, Киририн-сан, Куронеко-сан – приятно с вами познакомиться. Меня зовут Макишима Саори.
– Это… твоё настоящее имя?
– Да, – она кивнула, точно бы чуть наклонив голову в сторону. Это движение вышло у неё совершенно естественно, будто по привычке, хотя должно было требовать игры ещё более умелой, чем обычно. Можно было даже поверить, что это и в самом деле её подлинный облик.
– А, так это что… форма той школы, которая была по пути?..
– …Скажи пожалуйста, это действительно косплей?.. Или… – спрашивали Кирино и Куронеко, голосами, в которых ещё слышалось беспокойство.
– Хи-хи, – Саори только многозначительно улыбалась, но ничего не отвечала.
Всё-таки и Куронеко не решилась довести свой вопрос до конца. Но…

«Приятно с вами познакомиться. Меня зовут Макишима Саори.»

Чувства Саори стали вполне ясны. Наверное, и Кирино, и Куронеко.
Оглядев костюмы на нас, Саори сказала:
– Всем вам они очень идут.
– Ну не так, как твой тебе.
– …Благодарю.
Э-эй, не играйся со мной! Когда мне так улыбаются, конечно, у меня сердце замирает…
Саори смущённо зарделась:
– Но я немного стесняюсь.
– …Пф… и поделом тебе. Помнишь, как в прошлый раз заставила меня одеться служанкой? Теперь-то, наверное, ты хоть немного поймёшь, как я себя чувствовала.
– Хи-хи, а мне казалось, что вы обе тогда переодевались с большим удовольствием.
– Полагаешь? Однако же вот ты сама решила показаться нам в этом виде, и всё-таки как стеснялась, так и стесняешься.
– Да, пожалуй…
Ха-ха, всё-таки выходит, что со своей догадкой «она хочет под предлогом косплея показаться нам сама собой так, чтобы не стыдно было» я просчитался. Похоже, хоть она теперь и не прячется от нас, но по-прежнему стесняется не меньше, чем когда закрывала лицо руками. Так я это понял.
– Да уж, и правда неловко – наряжаться так и выходить на всеобщее обозрение…
– Да ну? Чего неловкого-то! Волнуешься, конечно… Но я, в отличие от вас всех, супер-красавица!
– Гх…
Ладно, ладно, нарцисс, нарцисс. Ты это, о скромности и не слыхала, видать.
Однако, хоть я ничего не сказал, но в глубине души остался уверен, что больше всего костюм шёл мне.
Что круче всех выглядел я.
Им, конечно, не понять, но я выигрываю, как ни крути. Пф, съели?
Тут Саори сказала, будто читая мои мысли насквозь:
– Кёске-сан просто вылитый Чёрная Тьма – замечательно смотрится. Ещё немного и я влюблюсь.
– Э? Д-да? Ну… хе-хе.
Ох! Как же я рад! Наконец-то… наконец-то кто-то оценил мой костюм!
– Королева Мрака <Queen of Nightmares> из Киририн-сан получилась довольно-таки необычная – но в этом её особое очарование.
– Ну?.. А я что говорю? Косплей – это не просто чтоб похоже было…
– Всенепременно. Узнаю Киририн-сан! Ты в косплее знаешь толк.
Из лексикона Саори ещё не выветрились словечки её отаку-двойника.
– И, наконец, Куронеко-сан…
– Ч-что? Не глазей на меня, пожалуйста.
Как только Саори окинула её взглядом, Куронеко тут же покраснела.
– …Милая и сексапильная Альфочка… весьма шаловливый костюмчик!
Саори, ты похожа на деда-извращенца.
– …Да, основное в твоём характере не переменилось… – удивлённо прошептала Куронеко.
– Ах, ты считаешь? – засмеялась Саори, прикрыв рот ладошкой.
Я вот думаю: в косплее хорошо уже то, что можно примерить на себя необычный облик – как сделал я, вертясь перед зеркалом. Тем веселее, когда превращаешься в любимого персонажа.
Появиться перед другими в косплее, позировать для фотографий – это, как и делать додзин-игры, или рисовать додзин-мангу, форма самовыражения.
Поэтому – так же, как с начинаниями кружка – куда веселее заниматься косплеем не одному…
– Послушайте… давайте потом вместе сфотографируемся?
– Да надо бы.
– Так и быть. В виде большого исключения фоткайте меня сегодня бесплатно!
– …Пожалуй, отказываться причины у меня нет.
…а вместе с друзьями.
Нарядиться всем в косплей и весело провести время.
Это неловко, и вспоминать по фотографиям определённо будет неловко, и всякий раз, заговаривая об этом, мы будем чувствовать одно и то же. Воспоминания об этом станут нашими общими.
Красоваться друг перед другом в косплее – какое ребячество. Стыдно сказать!
Наверное, это естественная реакция. Спорить не буду.
Но попробовав косплеить сам, я думаю, что…
…не так уж это плохо.
Такого опыта не обретёшь, просто живя обычной жизнью.
– Кстати, я всё хотела спросить… – заговорила Саори, когда в моих мыслях как раз наметилась определённая пауза.
– А? Что?
– Почему вы сегодня… решили меня навестить?
– Ну…
Задавая вопрос, Саори смотрела очень серьёзным взглядом – её не проведёшь.
Я оглянулся – Кирино и Куронеко дружно кивнули мне. …Ну ладно.
– Ты это, в последнее время… Когда мы в тот раз виделись, была какая-то грустная…
– В смысле, в первый раз такое с тобой. Надо ж было разобраться!
– Хм! Похоже, она полагала, что сможет от нас всё утаить. Это чтобы я, да не заметила?..
Я заговорил, и Кирино с Куронеко тоже воспользовались случаем высказать всё начистоту.
– Вы что… беспокоились за меня? И только из-за этого приехали в такую даль?
– Чего ты так удивляешься? Любой забеспокоится, если другу плохо. Помнишь, когда я горевал, что Кирино пропала, ты специально приезжала издалека, чтобы меня поддержать?
– О как? Ты горевал, когда я уехала?
А, ч-чёрт! Я идиот! Не при ней же!
– Блин! У нас важный разговор, не встревай со своей ерундой!
И ещё улыбается! Ничего смешного тут нет!
– К-короче говоря – это только честно! Сколько ты для нас всего делала… и не в том дело, в конце концов! Не могу я смотреть, как тебе грустно. Дай и нам иногда тебе помочь!
– Кёске-сан…
Саори сложила ладошки у груди, её кристально чистые глаза подёрнулись дымкой.
Говорю вам, эти её жесты… чума! Саори, тебе не жалко свой образ в моей голове?!..
Да градусник твоего персонажа у меня потолок сейчас пробил!…
– Ай-ай?!
Сестра дёрнула меня за ухо. Мало того, Куронеко в ту же секунду дала мне сзади пинка по голени.
– Эй, вы чего вообще?!
– А чего ты слюни пускаешь! Смотреть противно! Противно-противно-противно-противно!
– Только Саори симпатичной оказалась, как уже глазёнки-то заблестели. Гадкий самец!
Чего они так обозлились…
– Ха-ха… ха-ха-ха… – Саори расхохоталась, держась за живот, - А-ха-ха-ха-ха!..
– Ч-что смешного?
– Ах, да нет… я просто не думала, что раскрою вам когда-нибудь этот свой облик, – ответила Саори почти как Куронеко, когда та назвала своё настоящее имя.
– Да…
Если подумать, мы знакомы уже почти год, а я о ней почти ничего не знал. Встретившись в интернете, мы привыкли звать друг друга по никам, и даже лица её под очками я до самых последних пор не видел.
Живёт она далеко, и в одну со мной школу, как Куронеко, перевестись тоже не могла.
Если б мы сегодня без спросу не приехали в гости, быть может, случая узнать настоящее имя и облик Саори нам не представилось бы никогда. Так что, хотя Саори это могло быть и неудобно –
– Я рад, что мы узнали тебя чуть поближе.
– ……Угу. Я тоже рада, что вы меня узнали, – кивнула Саори, а затем по очереди посмотрела на наши лица:
– Хотите, я вам кое-что о себе расскажу?

Заговорила Саори о своём прошлом.
– Вообще-то, многие аниме-штучки в этом здании действительно не мои.
– В смысле? – переспросил я, поддерживая разговор.
– Некоторые вещи оставила моя сестра… со своими друзьями.
– Так у тебя всё-таки есть сестра. Значит…
– Да, она и есть прообраз для «персонажа», которого я сегодня играла. Макишима Каори – странная, больше похожая на парня девушка, любившая страйкбол и пластиковые модельки.
Так у этих костюма и тона был прообраз…
– Сестра и её друзья часто играли в страйкбол, смотрели вместе аниме, мастерили модельки… ездили гулять в Акихабару. Как сумасшедшие, охотились за игрушечными ружьями, фигурками и тому подобными отаку-штучками.
– Понятно. Да, часто бывает, что сёстры друга друга, или, скажем, сестра брата заражает такими вкусами, – поддакнула Куронеко.
Ещё как бывает. Я сам в эроге начал играть только с подачи сестры.
Саори улыбнулась, будто вспоминая приятные моменты прошлого.
– Верно… мы всё время играли вместе. Они были очень дружны между собой, знаете? Прямо как мы сейчас.
– Хм-м.
– Теперь они все, правда, уже разошлись своими путями.
– Почему?
Эй, Кирино… может, не стоило так в лоб спрашивать?
Я боялся, что Саори это заденет, но она, тихо улыбаясь, продолжила рассказывать:
– По разным причинам, – произнесла она с некоторой грустью, – Самой большой было то, что ставшая сердцем их группы моя сестра вышла замуж и уехала в другую страну. Даже крепкие отношения ломаются на удивление быстро, если пропадёт одна важная шестерёнка.
Если пропадёт одна… да? Я уже слышал раньше эти слова.
Кажется, она сама их и сказала. В то время, когда исчезла Кирино.
– Одна из них нашла себе парня в новой школе, обывателя, и решила избавиться от додзинси и пластиковых моделек. Другой… закончил школу и поступил в немецкий университет. Чтобы ничто не отвлекало его от учёбы, любимые некогда игры и мангу он оставил в Японии. Когда привычную зону для страйкбола закрыли, кто-то стал ходить в другие места… Так, один за одним, друзья уходили, и в конце концов осталась только я. Только я, и игрушки, за которыми все оставили меня смотреть, и воспоминания.
Саори сделала пистолет из пальцев, и пальнула – бам! – им в пустоту:
– Так что иногда я гуляю, за всех. Чтобы фигуркам не было одиноко.
Одеваешься в эту форму и в одиночку играешь в страйкбол.
…Одиноко здесь совсем не фигуркам.
«Друзья не будут с тобой вечно».
Понятно. Когда Кирино, никого не предупредив, перевелась за границу, она, должно быть, обидела Саори.
Наверное, Кирино это тоже пришло в голову. Вон у неё какое неловкое выражение на лице.
– Да и что я могла сделать? Толькло сдаться. Мне они были дороги, но… всех их, в конечном счёте, связывало воедино обаяние моей сестры. Когда сестра уехала, их группа была обречена.
Грустный голос. Даже не верится – а как весело она обычно смеётся.
Саори решительно подняла взгляд и продолжила:
– А потом… однажды мне пришла в голову идея. Что, если собрать группу друзей, как когда-то сестра – только на этот раз вокруг себя? Тогда, пока я не исчезну… пока буду следить, чтобы всем в кружке <community> было хорошо… друзья останутся со мной, так ведь?.. И я…
– И ты создала SNS-сообщество… и встретилась с нами? – произнесла Куронеко.
– Да. …Последние крохи смелости в себе собрала. Смогу ли я, девушка стеснительная и робкая, выступать за всех? …Волновалась ужасно.
«Ха-ха, да ну, вы меня смущаете. …Прежде мне, честно сказать, не доводилось организовывать встречи… и чтобы всем хоть немного угодить, я уж постаралась придумать себе достойный предводителя характер».
…так она, кажется, сказала?
В этой своей странной одежде, с этим старинным стилем речи – тогда я не мог понять, о чём она думает.
Получается, в это время Саори… старалась изо всех сил?
Так старалась, что перестаралась и вышло нелепо?
Какого чёрта. Какого чёрта… Поддавшись нахлынувшим чувствам, я сказал:
– Глупая избалованная девочка…
– Глупая избалованная девочка и есть, – смущённо улыбаясь, Саори почесала лицо. Жест был тем же, что у обычной Саори – хотя облик поменялся, перед нами определённо была наша подруга.
– Но постой, на летнем комикете ты держалась вполне свободно, и знакомых у тебя была куча… и вела ты себя совсем не так.
– Это знакомые, доставшиеся в наследство от сестры, и коллеги отца по работе. Друзья, которых я нашла себе сама – все в нашем сообществе. Если вам показалось, что я держусь свободно, видимо, я притворялась достаточно хорошо…
– …Понятно.
Ну и дела. Да уж, ну и дела…
– Ты что, думала, что мы куда-то пропадём?
– Н-но ты ведь правда пропала…
– Гх…
Балда Кирино. Уж кому бы об этом говорить.
– Я пока что больше никуда не еду. А потом, даже если мы однажды расстанемся… – решительно заявила Кирино, – Я не брошу ни своё хобби, ни друзей. …Что тут такого?
– …Я много раз говорила, у меня не слишком много друзей. …Так что не надейся, хо-хо-хо, что сумеешь сбежать из под моего заклятия, – изложила своё чокнутое мнение и Куронеко.
– …Такие дела. Про будущее я ничего не знаю, но пока тебе вроде бы не о чем беспокоиться. Я тебя тоже люблю, и в институт поступать собираюсь не особо далёкий, так что деться никуда не должен. Идёт? – сообщил и я, наконец, что думал. И тут…
– …Идёт!…
Улыбаясь, Саори вытерла рукой слёзы.
– Э-эй… ты чего это…
– Ничего, просто… Так рада… Надо же, и ведь вы сами без меня всё придумали…
Да уж. Если подумать, до сих пор мы только и делали, что полагались на Саори. Почти всё, что мы делали интересного, было устроено ей. Когда она так радуется, мне наоборот, только стыдно.
Куронеко протянула Саори платочек:
– Не за что здесь благодарить нас, ни к чему это. Мы просто поступили так, как самим хотелось.
Те самые слова, которые вроде присказки повторяла Саори, всякий раз, как делала для нас что-нибудь хорошее.
Кирино тоже хитро улыбнулась озорной улыбкой:
– Кстати! Раз уж мы все в костюмах…

– Мы ведь будем фотографироваться?

И была затем в тот день написана новая страница в моей истории злоключений.
Стыдные воспоминания, от которых при взгляде на фото хочется провалиться сквозь землю.
Те, что наверное, я не забуду никогда в жизни.

Глава 4

ORE6_201.JPG

Риа Хагри – юная двенадцатилетняя девочка, делившая с Кирино комнату за границей.
По словам Киринo, «самая быстрая младшеклассница в мире».
Суперзвезда, которая оказалась «совершенно не по зубам» выступавшей на окружных олимпиадах сестре, ученице средней школы.
Cвежая коричневая кожа. Стройные гибкие ноги. Блестящие чёрные волосы собраны, точно лошадиный хвостик, на спине косичкой. Крошечная и милая, и в задатках для звезды не испытывая недостатка, она прогремела в СМИ под ярлыками вроде «школьница-гений».
Кстати, у самого меня слово «гений» в не слишком большом почёте. Девушка, которую я прежде считал гением, оказалась самым обычным человеком, просто трудившимся усерднее большинства других – хотя, конечно, этой способностью тоже не всякий похвастает, – и умещать весь пролитый ею за долгое время пот, все потраченные ею усилия в одно короткое слово «гений» мне в последнее время стало казаться просто неправильным.
Он гений, а я нет – мне с ним не сравниться.
Такие жалкие высказывания – просто отговорки, чтобы оправдать свою лень. Мне, не пролившему таких же рек пота, объяснять всё на свете этими словами не годится.
Но, конечно, фактор таланта имеет немалое значение.
Превосходная физическая форма, превосходные рефлексы, превосходный ум, превосходная внешность. Редко, но встречаются люди с прирождённым талантом ко всему на свете. С некоторой точки зрения, моя сестра – одна из них. Иначе, даже прикладывая усилий в несколько раз больше других, она всё равно не добивалась бы таких впечатляющих результатов. Или, проще говоря, её повехностная одарённость сама – результат выдающегося таланта. Попробуйте только сказать, что такой «кажущейся» успешности можно достичь просто упрямством и усилиями – женщины по всей планете вас засмеют.
Но я немного отвлёкся.
В общем, если говорить только о спортивном беге, мою сестру в нём гением назвать нельзя, и Риа, ноги которой были просто сделаны для бега, тренирующаяся к тому же день за днём чуть ли не больше Кирино, была ей не по зубам.
Тем не менее, эту «непобедимую» соперницу Кирино однажды победила.
Не удержавшись наравне с отобранной со всего света спортивной элитой, Кирино вернулась домой из заграничного обучения, и единственной, с кем она свела на прощание счёты, была эта самая Риа.
Как Кирино сумела, вопреки здравому смыслу, одолеть противницу на несколько порядков её превосходящую?
Этого я до сих пор не знал.

Но отложим серьёзные разговоры и поговорим о лолях.
………Стоп! Я здоров!
Выслушайте меня! В некотором роде это даже более серьёзный разговор.
Комплекс лолиты <Lolita complex> – сексуальное влечение или романтический интерес к маленьким девочкам. Термин, родившийся из названия романа «Лолита» Владимира Набокова.
Если коротко – лоликон. Слово это разошлось достаточно широко, так что вы его должны были слышать.
Слава у термина «лоликон» довольно-таки плохая.
Сами собой вспоминаются известные законы о детской порнографии, и вообще когда говоришь «лоликон», то на ум даже не по связи, а вообще автоматически приходит «насильник». Я всякие обидные клички сносил, и «кар*биан.ком»22, и «озабоченный сенпай23», но вот лоликоном мне называться совсем не хочется.
Та шмакодявка – Канако – делала вид, что я лоликон, но это огромное заблуждение.
Как доказательство – я и трусы её видел, и массаж ей делал в самых разных местах, но ровно ничего не почувствовал, так ведь?
Нет, я никак не лоликон.
Мне больше нравятся девушки вроде Аясе, с оттенком взрослости.
Если сравнивать моих знакомых, получится примерно так:
Аясе-тан »»»> (ангелы кончились) »»»> Сена »»»> (сиськи кончились) »»»> Фейт-сан »»»> Бриджет »»»> Канако.
Надеюсь, теперь вам всё ясно?
Быть может, потому, что я живу с дико неприятной младшей сестрицей, у меня и предубеждение против девушек (выглядящих) моложе меня, что-то вроде подсознательной самозащиты.
Младшая сестра мне ни к чему, а вот старшая – это хорошо бы.
Ну, конечно – да! Почти все эроге, которые я прохожу – о лолитах.
Однако играю в них я совсем не по своей воле, и вообще, если за такое считать лоликоном, то уж сестра моя тем более лоликон.
Но, конечно, Кирино в первую очередь не лоликон, а сискон.
Об обманчивой схожести слов «лоликон» и «сискон» позвольте как-нибудь в другой раз.
Видите ли, сейчас мне не до того.
Покончим на этом со вступлением – и перейдём к делу.
Да.
Хотите знать, почему я вдруг начал с заявления, что «я абсолютно не лоликон»?..

Потому, что сейчас прямо передо мной в чём мать родила стояла девочка на вид из начальной школы.

– ……Гх.
Невольно я сверлил её взглядом.
Кожа гордо стоявшей в коридоре нашего дома девочки была блестящего коричневого цвета.
Очевидно, это не японка.
Видимо, она только вышла из ванной – кожа и чёрные волосы ещё были немного влажными. От всего тела шёл пар. В одной руке она держала полотенце, но потребности прикрыться им, похоже, не испытывала.
– …Ч-…
Почему это я, вернувшись домой, первым делом с порога оцениваю голых маленьких девочек?..
Даже не сняв обуви, я застыл в дверях дома и разинул от удивления рот.
– ………………Когда это эроге до такого дошли?
Сам поражаюсь, какую чушь я сказал.
Но прошу учесть, насколько я был выбит из колеи.
Если коротко, я только что пришёл из школы, открыл уличную дверь – «Я дома» – и оказался в таком положении. Не думаю, что это много вам объяснило, но придётся чуточку подождать.
Услышав мой шёпот, девочка обернулась.
– А…
Её бронзовые зрачки расширились, когда она заметила меня. Я думал, она закричит от ужаса, в точном согласии с канонами такого эвента, но –
– Э-хе-хе.
Глядя на меня, голая девочка солнечно улыбнулась во всё лицо.
– Мгм…
Улыбка была до такой степени мила, что я чуть не поперхнулся… стоп!
Придя, наконец, в себя, я заслонил глаза ладонью, и для начала крикнул девочке:
– Эй… чё ты… З-закройся хотя бы!
– М-м? Закрыться?
Безразличный голос. Японский она знает, ура – но не доходит до неё, что ли?!
Это же кошмар! Если в такой ситуации меня кто-нибудь застукает…
– Риа! Ты что, дурочка? Сколько тебе раз говорила, оденься, потом выходи! Что ты торчишь там, придёт сейчас кто-нибудь!
Услышав сердитый голос сестры, я автоматическим движением убрал ладонь с глаз – и увидел, как Кирино, в нескромном виде – кутаясь только в банное полотенце, – выходит из ванной.
«Га!….» «Э?… Э-Э?!!…»
Наши глаза встретились, мы застыли. Мои мысли остановились, мозг отказывался обрабатывать то, что видит.
А затем…
В следующую секунду развязалось полотенце…
– Кя, КЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!……
…и сестринский вопль стыда эхом полетел по всему дому.

Так. Пока сестра меня убивает, расскажу, каким образом всё так вышло.
Если отмотать немного назад, впервые сестра об этом заговорила вечером того дня, когда мы познакомились с истинным обликом Саори.
– Скажи, пап. Ко мне тут хорошая подруга хочет в гости из-за границы приехать, ничего, если она к нам на вписочку?
Дело было после ужина, на котором собирается вся семья.
Отец качнул головой и глухо сказал:
– На вписочку… это значит, твоя подруга будет временно у нас проживать?
– Ага.
«Хм-м». Отец сложил руки на груди и задумался. «Пусть приезжает, наверное? А, папа», – подталкивала его мама. Она-то всегда на стороне Кирино. Но и отец, в общем-то, не собирался ей возражать.
– Да, пожалуй. Если её родители дадут согласие, я не против.
– Ура! Спасибо, папа! – крепко стиснув ладошки, не скрыла своей радости Кирино. Она не притворялась: перед отцом она всегда вела себя довольно послушно.
Но надо сказать, кое-что встревожило меня в этой её внезапной просьбе.
«Хорошая подруга» – это что, одна из тех, которых Кирино так и не смогла догнать? Не будет ли ей больно встречаться с ними?
Во всяком случае, на её месте я бы людей, с которыми учился там, откуда вылетел – видеть бы больше не мог. Просто неприятно.
– …Чего уставился? Кёске? …Что-то не устраивает?
Впрочем, она сама это предложила, так что гостей, видимо, ждёт охотно, и я волнуюсь попусту. Да и переубедить её я не сумею. Будь что будет. Решено.
– Всё меня устраивает. Я просто думал, хорошо бы эта гостья оказалась красивой девушкой, а…
Сказать то, что думаю, я не мог, так что пришлось выкручиваться.
Кирино тут же обернулась и посмотрела на меня, как на грязь:
– Только сунься, я тебя укокошу. …Лоликон.
– …Лоликон? Эй, ты чего?
Кирино не обратила на меня внимания. Зато грязную клевету на меня услышал сидевший рядом отец:
– Кирино. Что за человек эта твоя подруга?
– Её зовут Риочка. Вот она на фотке.
Кирино показала ему заранее, видимо, приготовленный журнал. Похоже, журнал о спортивном беге.
А-а, вот она почему меня лоликоном назвала.
На открытой Кирино странице были имя и лицо, которые уже встречались мне в новостях.
«Фея беговой дорожки, Риа Хагри-тян (12 лет)».
Девочка в спортивных шортах делала на фотографии гимнастику. Здоровая смуглая кожа, хвостик. Напряжённые по всей длине ноги. Прими «чистокровная верховая»24 облик маленькой девочки, выглядела бы она где-то так же.
– Это она… та самая, у которой ты один раз выиграла…
– Да, – отрезала Кирино в ответ на мой вопрос. А потом повернулась ко всем и радостно сказала:
– Мы с ней жили там в одной комнате. Уж-жасно подружились, и – да, пожалуй… – Кирино улыбнулась, «Э-хе», – Она мне что-то типа младшей сестрёнки.
Так, теперь я понял.
Если она для тебя как сестрёнка… то встретиться с ней должно быть не больно.
…Хм-м.
Значит, в наш дом приедет девочка, которая для Кирино как младшая сестра?
Какая-то прямо «гипотетическая <if> ситуация» получается, вам не кажется?
«Что было бы, если бы у Кирино была младшая сестра? Какой бы она была?»
С другой стороны, можно спросить и так: «Что было бы, если бы у меня самого была ещё одна младшая сестра?» Но честно говоря, мне и одной Кирино выше крыши, вот уж правда.
В дом Косака приезжает «младшая сестра Кирино».
Всего полёта моей фантазии не хватало, чтобы вообразить, чем это кончится.

И вот, через несколько дней…
– Вон!
– С-стой… я тут был не при чём!
– Ничего не знаю, вон отсюда! Прочь из дома, извращенец!
…я лицезрел «сестрёнку Кирино» голышом, и кончилось это для меня сами видите чем.
Ну и дела. Отвесив мне, один за другим, несколько пинков, Кирино схватила за руку Риа и временно ретировалась в ванную, чтобы мгновенно натянуть на себя одежду и снова вылететь в коридор. И вот пожалуйста:
– Чтоб в этом доме я тебя больше не видела! – бросается она на меня, чуть не плача.
Я, между тем, до сих пор стоял столбом в коридоре, и даже ботинок не снял.
– Погоди! Погоди минутку, Кирино…
У меня голова кругом. Вернулся домой, войти не успел – меня уже гонят на улицу.
Думаю, после моих объяснений вы более-менее поняли, что случилось – моей вины тут никакой нет! Виновата была Кирино, что полотенце не закрепила как следует, и эта девчонка, Риа, вышедшая из ванны в чём мать родила. Так ведь?
– Вот всё время, ну всё время тебе нужно так…
Выслушивая отповедь сестры, я глянул ей за спину, в коридор.
Смуглокожая девочка, Риа, наблюдала за семейной склокой из ванной, высунув только свою детскую мордочку:
– ………
Подставляя волосы фену, она с большими интересом глядела в нашу сторону.
Вид у неё был чуть удивлённый, но смотрела она совершенно бесхитростно, никакого зла или неприязни ко мне не тая. Во всяком случае, так мне показалось.
Одеться она ещё не успела, и из-за двери иногда показывалась её неприкрытая ключица.
А ведь первое знакомство у нас и так вышло хуже не придумаешь…
Приличий она, что ли, совсем не знает? Начальная школа начальной школой, но девочке пора бы уже начать стесняться таких вещей!
– Лоликон несчастный! Куда ты смотришь, когда с тобой разговари…?!
Проследив за моим взглядом, Кирино обернулась и обнаружила Риа.
– Р-Риа! А ты долго ещё собираешься в таком виде торчать?!
– Ой-ой, какая Кирино злая!
– Молчать! Оденься, тебе сказано! – необычайно грозно рявкнула на неё Кирино.
Получив выговор, Риа пискнула «Упс!» и втянулась обратно в ванную.
Хм? Интересные разговорчики.
Думаю, и многие читатели удивились.
Помните же:
«Уж-жасно подружились, и – да, пожалуй… Она мне что-то типа младшей сестрёнки».
Так ведь Кирино говорила про Риа?
Поэтому я воображал, что сестра моя, безнадёжно влюблённая в мысль о «младшей сестрёнке» и отъявленный «сискон», будет Риа на руках носить, как всех эти «сестрёнок» в своих эротических играх. Но их отношения оказались ничуть на это не похожи.
– Ой-ой, Кирино, чего ты так злишься?
– А как мне не злиться?! Сгинь в ванную! И вообще, это ты придумала днём мыться! «Из аэропорта» она видите ли «прибежала и взмокла»!
– Зато мыться вместе ты предложила сама!
– Ну и что!
На них посмотришь – это же и правда самые обычные сёстры.
Она даже со школьными подругами себя так не ведёт.
Но любопытство любопытством, а задать такой вопрос разъярившейся не на шутку сестре я не мог.
Ладно, это отложим. Я ещё раз простёр руку к сестре:
– Ну извини меня, Кирино. Я не хотел.
– …Что? Ах, ты ещё тут? Я же тебе сказала проваливать. Давай-давай, уматывай.
Га!.. Да сколько ж можно-то?!
Это уж чересчур, еле в руках себя держу.
– Ну сколько мне надо извиниться?! Я уже сказал, что это вышло нечаяно! Нельзя же и правда выгонять меня из-за такой ерунды!
– Ер-… А-ах вот ты как?! Ерунды, значит?! Да-а?! Д-да ты хоть понимаешь, что ты посмел сделать?!
– Да чего я сделал-то? Что ты думаешь, я тебя раньше голой не видел, что ли? Мы в одном доме росли! Чего ты с ума-то сходишь? – выпалил я.
– А, а, а, а… А, а, ах т-т-т-… – Кирино вся задрожала, собираясь с духом, чтобы взорваться. Видимо, мои слова умудрились попасть ровнёхонько в больное место…
…Да уж, через пару секунд рванёт – так рванёт.
Впервые с тех пор, как Кирино вернулась в Японию, между нам разгорелась серьёзная ссора.
Мне теперь уже было всё равно – будь что будет.
Разрядила эту взрывоопасную обстановку та же, кто её учинила – Риа.
Она, которую только что отправили вглубь коридора – в ванную – переодеваться, уж не знаю как (я даже шагов не услышал) оказалась вдруг у Кирино за спиной. Она была в маечке и спортивных шортах – одета как одеваются дети. Волосы она собрала за спиной в хвостик, точно как на фотографии в журнале.
То, что по её вине разразилась семейная ссора, её как будто бы нисколько не беспокоило.
Риа протянула руку к Кирино (которая в это время отсчитывала секунды до взрыва), и, чтобы вы думали –
– Хоп!
Со всей силы вздёрнула её юбку.
– Ч-чт………… Σ(゚д゚;)

ORE6_216.JPG

На секунду замерев…
– Кя-а-а! – Кирино, дико завопив, схватилась за полы юбки.
Как ужаленая, она развернулась.
Позади стояла Риа с озорным выражением на лице – «Есть!»
– А, а, а-а-ах вы…
Кирино махом покраснела до корней волос от гнева и стыда, и тут же развернулась ко мне:
– Увидел?!
– Н-ничего подобного! – замахал я руками. Но Кирино, конечно, этим было не убедить.
– Врун! Наверняка увидел!
…Н-ну и почему мне приходится перед сестрой в таком оправдываться? Да хватит уже! Как будто я просил мне столько раз показывать то, что я и смотреть не хочу!
Я уже приготовился к тому, что меня опять побьют, но тут из-за спины у Кирино влезла Риа:
– Лихие у тебя трусы, Кирино! Не дует в таких?
– А-ах ты дрянь!
Вне себя от злости, Кирино развернулась, сжимая кулачки. Беспощадный её удар со свистом рассёк воздух.
Насколько беспощадный? Почти такой же нешуточный удар, как когда Кирино бьёт меня.
– А вот и не попала!
Но Риа просто присела, и легко увернулась от кулака (то есть, от правого хука) Кирино.
– Р-раз!
Она, хоп, хоп, хоп, несколько раз сделала обратное сальто.
Вышло ловко и абсолютно ни к чему, точно у героя какого-нибудь боевика.
Не знаю, как ей это удавалось, но прыгала она ещё и почти беззвучно. Точно её тело ничего не весило.
– Хоп, – изящно, словно гимнастка, Риа приземлилась на обе ноги.
– Ах ты!.. – тут же налетела на неё Кирино. При такой инерции исход столкновения был ясен.
– Ай! – даже Риа была не в силах устоять – Кирино повалила её на землю.
Мне, конечно, всё равно, но с моего места трусы Кирино были прекрасно видны. Тоже мне – раньше так злилась, а теперь и думать забыла об осторожности.
– Попалась!.. Риа, а ну-ка прекрати хулиганить!..
– У-хя-хя-хя-хя! Сто… Кирино… Хватит щекотаться!..
– А чего ты всё время безобразничаешь?! А? Ну-ка чтоб больше так не делала!
– Так ты сколько тебя не подзувивай ай!.. Ай! Злишься только на брата своего! Ай, прекрати! Фватит!..
Риа извивалась на полу, хохоча до слёз от щекотки Кирино.
Можно было подумать, что Кирино отыгравалась за то, как на неё саму раньше нападала с щекоткой Куронеко.
И всё таки – значит, вот в чём дело.
Проказу с юбкой Риа учинила для того, чтобы перевести фокус гнева Кирино с меня на себя.
Похоже, эта девочка не настолько бестолкова, как может показаться. Её стараниями обида Кирино на меня немного притупилась (хотя, конечно, её стараниями обида и родилась).
Видимо, нужно сказать ей спасибо, что ссора утихла, не набрав настоящей силы?
– Н-ну хватит. Эх… на тебя сколько не злись, только себя всё глупее чувствуешь, – устало сказала Кирино, прекратив щекотаться. Мне тебе обычно то же самое хочется сказать.
Когда адские пытки, наконец, прекратились, Риа вздохнула с облегчением:
– Фух, спасена.
Она махом подскочила на ноги и стала тереть красно-коричнывые глаза, в которых ещё не высохли слёзы.
– Риа, здесь этот извращенец-лоликон, так что пока мама не вернётся, пойдём погуляем. Я тебя с одноклассницами познакомлю.
– Угу.
Да не угу! Сами вышли передо мной голыми, и я же теперь у них лоликон! Кто их только всех воспитывал, сестру и подруг её?
Так или иначе я думал, что Кирино успокоилась, но она, похоже, всё ещё злится.
В словах её шипов ещё больше, чем когда-либо.
– Кирино, я хочу на токийскую башню посмотреть!..
– Да, да, сходим как-нибудь. Стой, ты ж только приехала, чё ты такая бодрая? Акклиматизация тебя как, не задел?
– Акклиматизация?..
Энергии у неё слишком много, у этой девчонки.
Как будто не прибежала только что на своих двоих из аэропорта!
– Пойдём тогда ко мне в комнату, соберёмся.
– А я уже собралась!
– А-а? Где ты собралась? Волосы когда высохнут, нужно заново переплести! Ну как можно дожить до такого возраста и ничего… эх! Пойдём, я всё сделаю, только расчёску возьми!
– Ла-адно. …И зачем столько возни.
Ворчливая старшая и немного недовольная, но любящая её младшая сестра.
Всё-таки, действительно они похожи на самых обычных ладящих друг с другом сестёр.
– Эй ты, лоликон! Будь добр, иди отсюда!
Кинув на меня грозный взгляд, Кирино пошла вверх по лестнице.
В коридоре остались только мы с Риа. Я так до сих пор и не снял обуви.
…Так: нужно, наверное, о чём-то заговорить…
Неловко как-то. Голышом её всё-таки видел… Что же сказать?
Пока я колебался, Риа посмотрела на меня и улыбнулась:
– Чё-то такой шум поднялся, что мы и не познакомились. Май нэйм из Риа! Я у вас понахлебничаю немножко!
Ишь наглая девчонка! Хотя может, она в японском плохо разбирается, тут нужно толковать осторожно. Буду предполагать во всём добрые намерения.
– …Я Косака Кёске. Прошу прощения, что так вышло.
– Э-хе, да подумаешь, велика беда. Хочешь, ещё раз покажу?
– Нет уж, спасибо!
Ты что, эксгибиционистка?!
Так, с потрясений, началось моё знакомство с Риа Хагри.
Хоть мы и встретились при шокирующих обстоятельствах – когда я застукал её голой – почему-то она не рассердилась на меня, и даже наоборот как будто немного ко мне привязалась.
Может, я ошибаюсь, конечно.
Так или иначе, Риа оказалась девочкой бойкой и необузданной. Это, во всяком случае, я уяснил с первой встречи.
…Как-то это совсем не походило на то, что я о ней представлял.
Она казалась скорее не гениальной бегуньей, о которой трубили СМИ, а просто жизнерадостным ребёнком, каких полно.
И даже странно знакомым.
Точно. Если б Рок был одарённой девочкой, таким бы он и оказался.
Ну и сравнения у меня, блин.
«Братан, позырь! Я теперь такая милашка!..»
Тьфу, аж поплохело, как себе представил. Потирая виски руками, я поймал на себе заинтересованный взгляд Риа.
– Хм-м… видать, ты и есть «брат Кирино»!
– Да, я и есть.
Говорила по японски она свободно, но очень неформально. Кто её только учил?
Что Бриджет, что она – дети вокруг меня сплошь с потрясающими способностями к языкам. Риа прижала указательный палец к губам:
– Да-а?.. Хм-м… – она почему-то заулыбалась.
– …Что?
– Хотелось повстречаться мне с «братом Кирино». Можно, я тебя «Кёске-онии-тян» буду звать?
– Да зови как хочешь. Нет, стой, минуту – хотелось повстречаться со мной?
– Угу! Я всё воображала, какой ты замечательный человек!
– Нда-а. Ну и как тебе суровая реальность – разочаровала?
– Почему-почему, ты точно такой, как я представляла! – она замотала головой. Я срочно посмотрел в сторону:
– А… ну тогда ладно.
– Ты мне не веришь небось… А я-то не вру!
– Ладно, ладно, – легко отмахнулся я, но в глубине души был серьёзно выведен из равновесия. Потому, что так откровенно девушка сообщала мне о своей симпатии впервые в жизни.
А также потому, что я видел – Риа говорила искренне.
Мало того, не теряя времени, она внезапно меня обняла!
– Бра-атик, как я тебя люблю!
– У-о-о!..
Как мы к этому пришли?!
– Видишь, я не вру?
– Я и не спорил особо! Э-эй, да отпусти ты!
– Э-э? Па-чи-му-у?.. Что такого-то…
– Сейчас Кирино спустится и опять случится кошмар!
В панике я спешно оторвал от себя прицепившуюся около пояса Риа.
О господи. Да уж, этот ребёнок и правда похож на «сестричек» из эроге.
Или может все иностранцы выражают свою привязанность в такой преувеличенной форме? Прямо и не знаю, допустимо ли к ним подходить с теми же мерками, что к японцам!
Для начала, даже и непонятно, «люблю» – это как: «лайк» или «лав», или что?
…И вообще, что за…
Что это за покалывание я чувствую… в своей груди, когда смотрю на неё?
Что это за… чувство такое…
Н-не может быть. Нет. Нет же, я…
– Рада была познакомиться, Кёске-онии-тян!
…Не становлюсь же я в самом деле лоликоном. Слушая знакомую по эроге фразу от Риа, я вдруг немного испугался за свои наклонности.

Тем вечером наша семья устроила небольшой праздник в честь приезда Риа.
Готовка взявшейся за дело всерьёз матери пришлась по вкусу и нашей маленькой нахлебнице. «Прямо как Кирино в детстве», – радовалась мама, глядя, как Риа орудует вилкой, с удовольствием набивая рот тушёным мясом. На отца, напротив, смешно было смотреть, так он нервничал возле Риа – иностранцев он жутко боится. С тех пор, как стало известно, что приедет гостья из-за границы, он потихоньку учил английский, и какое у него было удивление на лице, когда Риа поприветствовала его на чистом японском («Дарова, папик!») – это надо было видеть. Я едва не рассмеялся.
Кстати, японскому приезжую учила, похоже, Кирино.
– Хотя она и сама уже немного разговаривала…
– Но всё-таки, пока с нэйтивами не общаешься, как следует говорить не начнёшь. Как только нас с Кирино в одной рум поселили, мой японский сразу пошёл вверх!
– Да? Ну пусть, если так.
Ага. Значит, говорить как двенадцатилетнюю модницу её научила Кирино.
– Да ты сама по английски вон как трещать начала.
– Ну начала, да. Мы с Риа друг друга учили.
Хм-м. Так получается, Кирино может по английски говорить так же хорошо, как Риа сейчас по японски?
В таком случае… неплохо, неплохо. Казалось бы, проучилась всего несколько месяцев и бросила с горя, а на самом деле вернулась с отличным знанием английского. Самой ей, наверное, всё равно грустно, ведь основной своей цели она не выполнила. Но как по мне, хватит и этого – проучилась за границей она с пользой.
Правда, если сказать ей – она обидится, так что я промолчал.
И вот, этот праздник закончился, и…
…Сейчас я сидел в ванной, вспоминая события дня.
– Нда, однако же, из Кирино получается годная старшая сестра…
Даже вспоминать не могу без усмешки. Я хорошо знал, как ей тянет к девочкам младше себя, но представить не мог, что интерес проявится в такой форме.
Кирино не сходила с ума по Риа, как по предмету своего обожания, а вела себя с ней точно обычная сестра.
Познакомила её с подругами, гуляла с ней по городу, смотрела с ней телевизор, иногда отчитывала – для старшей подруги она опекает её даже слишком усердно.
Ну а Риа, в свою очередь, в Кирино за всё это души не чает.
Ко всему прочему, она без всякого стеснения откалывает над Кирино бесстыдные шутки.
Когда Кирино задирают юбку, как в тот раз, – это ещё ничего, а Риа ведь ещё прибегает показывать мне её лифчики и трусы. Правда, Кирино её всякий раз без колебаний колотит.
Может, и то, что Кирино, вернувшись в Японию, стала задирать Куронеко – тоже влияние Риа? Как ещё это объяснить…
– Ну, так или иначе…
Вопреки всему, что можно было представить о моей «помешанной на сестрёнках» сестре, отношения Кирино и Риа складывались вполне здоровыми.
Не путай два измерения с тремя, как часто говорит Кирино.
Понятно, подумал я.
– …Наверное, если б у нас была младшая сестра, примерно так бы оно и было, – пробормотал я, положив голову на край ванной.
Быть может, в чужой стране, вдалеке от родных и друзей, Кирино продержалась одна три долгих месяца только благодаря безграничной жизнерадостности этой «сестрёнки».
Впрочем, конечно, как раз из-за того, что эта «сестрёнка» день за днём громила её в пух и прах, Кирино и придумала «выкинуть всю свою коллекцию».
Риа Хагри. Для Кирино она была…
Милой маленькой младшей сестрёнкой, живущей днями напролёт с ней в одной комнате. Отрадой сердцу вдали от дома.
На беговой дорожке – сильной, безнадёжно её превосходящей соперницей.
Столь явно видимая разница в их способностях и породила, видимо, комплексы Кирино.
– …Надо же, какая знакомая история.
Что чувствовала Кирино? Поняла ли, что это значит – жить с «младшей сестрой», одарённой так, что тебе и не снилось? Как живёт ещё кое-кто.
Тогда как она может так любить Риа?
Кто-нибудь послабее на месте моей сестры не смог бы выносить даже вида такой «сестрёнки».
– …Я её недооценивал.
С тем, что было мне не под силу, сестра справилась прямо и не уклоняясь.
Я ей гордился. И тем, что мог гордиться, тоже гордился.
…Интересно, почему ей стали нравиться игры про «младших сестрёнок»? – внезапно задумался я.
Сам не знаю, как моя цепочка рассуждений естественным образом привела к этому вопросу. Похоже, в горячей ванне размякают не только мускулы, но и сам мыслительный процесс теряет ясность. Да в общем, я и не думаю ни над чем таким серьёзным. Какая разница.
Сняв висевшее над головой полотенце, я вытер лицо.
– Хм-м.
А ведь в эроге «из-за границы приезжает в гости юная и прекрасная девочка» – это же прямо-таки стандартный сюжет. Будь дело в такой игре, у меня бы уже начался полу-хентайный эвент «девочка принимает ванну вместе со старшим братиком».
Например, дверь ванной внезапно открылась бы, и за ней стояли бы Кирино с Риа в сексуальных купальниках:
Топ-топ-топ-топ-топ…… шарах!

– Онии-тян! Давай мыться вместе!

– Кя-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я?!
Как юная девушка, которую ущипнул извращенец, я заслонил руками свою грудь и завопил.
А затем в такой позе и нырнул в ванну.
– Ой. Чего ты унырнул?
Отплёвываясь и разворачиваясь к Риа спиной, я высунул голову:
– Ты сдурела, как это «чего я нырнул»?! Какое ещё «мыться вместе»?! Да ты же опять в чём мать родила! И почему мои галлюцинации воплощаются в жизнь, с лихвой превосходя любые ожидания?! В полотенце, хотя бы завернись! А вообще-то, купальник! Купальник твой где?!!
О чёрт. Я с перепугу выражаюсь так, будто прошу младшеклассницу устроить мне показ купальников на юном теле. Я совсем не к тому!
– А? Купальник? – озадаченный, полный непонимания голос.
– Да завернись хоть во что-нибудь, пока я не смотрю! Ты любой эроге фору дашь!
– Эроге?
Непонятно? Игру, в которой малолетки так откровенно выставляют напоказ своё голое тело в наши дни просто не пропустит комиссия по этике!
– Ладно, хватит, тогда просто иди отсюда! Всё равно ты пришла только затем, чтобы покрасоваться передо мной голой!
– Но я же так люблю Кёске-онии-тяна!
– Года три ещё подрасти хотя бы, тогда поговорим!
Разумеется, следом тут же прилетела Кирино, и подозрения в том, что я лоликон, только окрепли.

Вылезя из ванны, я мучался в своей комнате:
– Чего ей надо? Ну чего этой мелочи надо…
Конечно, я был в смятении.
Обычно люди ведут себя чуть скромнее!
Да мы же вообще только познакомились. Почему у неё градусник симпатии ко мне сразу на максимуме?
Как Куронеко, невзлюбившая Манами с первого знакомства, только всё ровно наоборот.
Хотя Куронеко-то, наверное, подбила моя сестра – наговорила ей о Манами всяких гадостей…
Стойте… А может, я правда так нравлюсь девушкам? И она просто втрескалась в меня с первого взгляда?
Фантазия приятная, но как тогда объяснить, что прежде я всю жизнь популярен не был? Получается, во мне есть что-то, притягательное только для иностранцев?
………Да ну, ерунда.
Ну и к чему же мы пришли? Почему Риа вдруг начала ко мне липнуть? Одному мне было ни за что не додуматься, так что я решил кому-нибудь позвонить. Не то, чтобы я искал прямого совета, мне просто хотелось, чтоб разговор навёл на какие-то мысли.
Ну например… да, пожалуй.
Чем-то они с Риа похожи, и в ванную он тоже однажды вламывался – ему я и звякну.
Я схватил валявшийся рядом с подушкой мобильник.
Ту-у-у-у-у-у-у……. Ту-у-у-у-у-у-у…… Щёлк!
– Магазин Тамура слушает-с, чего изволите желать?
– Ты на часы посмотрел, чудило? И вообще это мобильник, на него клиенты не звонят!
– О! Эти разящие наповал шуточки! Никак брательник на проводе!
Звонил я младшему брату своей подруги, «Року».
Хотя на самом деле его звали иначе. «Рок» было его «духовное имя».
– Как дела, братан?! Чё нет вестей от тебя так долго?
– Глупый что ли. Я у вас только на днях в гостях был.
– Да ладно тебе, на днях? Э-хе-хе, а я чё-то думал, тебя уже с год не было!
Какой ещё год? Крыша у него что ли едет?
Ну ладно. Вижу, он по прежнему со мной запанибрата – и то хорошо.
– Я спросить хотел, а почему ты вообще со мной подружился?
– Чё ты говоришь такое ни с того ни с сего?!
– Постой, я имею в виду – может, был случай какой, после которого мы сошлись, или что…
– А, ты вот про что?.. А… Ну, да… Ну, случай… Помнишь, братан, ты мне в младшей школе жизнь спас, вот может, тот случай?..
– Жизнь спас? Что-то не припомню за собой таких подвигов.
– Хе-хе. Братан, ну ты чё, забыл? Помнишь, как ты носился меня выручать, когда я в школе обкакался?
– О господи, я-то думал! Да это же моё худшее воспоминание из младшей школы! Ну спасибо, блин, что напомнил!
– Чё тут скрывать, в этот-то миг я и решил, что буду за братана всю жизнь горой! Так что ты знай! Я тебе этот кровный долг как-нибудь отплачу!
– Не надо отплачивать! И горой не надо! Всё! – бип, прервал я связь и тяжёло отдышался.
– ………О-ох, забыть бы поскорее.
Да, да. Действительно, было такое…
Существовала своя причина тому, что Рок ко мне привязался.
К тому же, чем дольше с кем-то знаком, тем он тебе ближе.
Уж выручить товарища в беде – совершенно естественно.
Но с Риа не так. Мы видимся почти впервые, так должно быть, но она липнет ко мне не меньше, чем Рок… с виду.
В чём же тогда дело?
Сколько я не раздумывал, понять не мог.

На другой день мы втроём с Кирино – и с её новообретённой «сестрёнкой» Риа – отправились в Акихабару.
Погода была прекрасной, на небе ни облачка. Летнее солнце жгло открытую кожу рук.
Быстро летит время, скоро уже июль.
Год и месяц назад, когда я впервые пришёл в этот район – была точно такая же погода.
Весь открывающийся со станции вид, казавшийся тогда таким странным, теперь стал привычным и для меня.
Менялись хозяева у строений, сменялись персонажи на рекламных плакатах, закончился ремонт станции.
Вместе со временами года, вместе с модами, изменялись понемногу и улицы этого района.
Района под названием Акихабара.
Замечая различия с картиной, запечатлённой в памяти, я всякий раз чувствовал уколы грусти – быть может, потому, что начинал привязываться к этому району, с которыми у меня было связано столько воспоминаний.
Итак, зачем мы сюда пришли? Если в двух словах, потому, что это предложила Кирино, желая устроить Риа, приехавшей в Японию с другого конца света, экскурсию по знаменитым местам.
Ну а папа сказал, что «отпускать учениц средней и младшей школы одних так далеко не годится», и поручил опёку за ними мне: я-то взрослый, мне даже запретные товары покупать можно.
Откровенно говоря, восторга я не испытывал. Мне к экзаменам готовиться надо.
Почему это я должен тащиться на экскурсию вместе с заносчивой средней сестрой и вообще непонятно, о чём думающей, но таскающейся за ней хвостом надоедливой младшей?
Но всё-таки, отпускать их одних было куда хуже, так что пусть неохотно, но я согласился.
– Почему, собственно, экскурсию по знаменитым местам Японии нужно начинать с Акихабары? А, Кирино? Неужели некуда больше пойти? Риа хотела Токийскую башню осмотреть, или вон в зоопарк Уэно сходите, или хоть в Шибую твою любимую…
– Ась? Да с чего ж ещё начинать-то, если не с Акибы? Остальное потом, потом!
– Ну… вообще-то…
Это просто твоё личное, однобокое мнение, попытался возразить я, но –
– Э-э, так вот она, знаменитая Акиба!.. Я так хотела сюда как-нибудь сходить! – пришла в восторг Риа. Прижав одну руку ко лбу на манер козырька, она внимательно озиралась по сторонам, оглядывая улицы, словно патрульный. При этом она семенила то сюда, то туда – ноги её не знали покоя. Ни секунды не может на месте постоять.
В поезде она тоже ворчала, что «Гр-р, поезда она не любит, добежали бы они гораздо быстрее и интереснее» и всё время вертелась как на иголках.
Быстрее поезда добежать у неё, конечно, вряд ли бы вышло, но во всяком случае ясно, насколько она уверена в своих силах.
– …Ничего себе, ей понравилось.
– Видишь, я ж тебе говорила! Акиба за границей очень известна.
– К-кто бы мог подумать.
Действительно, в Акибе полно иностранцев, но я думал, что о ней знают только отдельные люди, вроде родственников Бриджет, например. Да и к тому же, одними только заверениями Кирино меня тут не переубедить.
– Знаешь… Ну ладно, пусть иностранцы Акибу страшно любят, но Риа-то всё-таки ещё невинное дитя, как можно её вести в такое непотребное место? Может, вы ещё эроге пойдёте вместе покупать?
– Эм-м… ты что, считаешь, что в Акихабаре ничего, кроме эроге, не продаётся?
– Даже если считаю, то по твоей вине!
Эх, да знаю я, знаю. В этом районе продаётся много всякого…
Куклы для секса, садо-мазо-приспособления, порнушка на DVD.
Уж об этом-то я в курсе.
– Ох ты небось себе сейчас навоображал, а я тебе не про то совсем. Про обычные фигурки, гасяпоны, мангу, и так далее, – точно прочитав мои мысли, угадала Кирино. Не надо на меня так презрительно смотреть!
Я и сам удивлён.
По теме «что продаётся в Акибе, кроме эроге» мне вспоминаются одни сплошь неприличные предметы.
Когда это мой мозг успел сделаться таким непристойным?
Это всё брат и сестра Акаги виноваты.
Но –
Пока мы с Кирино вели этот разговор, Риа, мелькавшая возле здания радиорынка25там и сям, словно искры от бенгальского огня, восторженно завопила:
– Кирино! Кёске-онии-тян! Гляньте! Смотрите, какой на ней смешной костюм!
Риа скакала вокруг раздававшей рекламу девушки-служанки.
– Эй, Риа! Прекрати!
Кирино немедленно подлетела к ней, и схватила Риа за косичку.
– Оу?! Ай-ай-ай-ай-ай! Ай, Кирино! Волосы! Нечестно за волосы драть!
– Если не драть, так ты убежишь! А ну извиняйся, дрянь такая!
Она правила Риа за косичку буквально как лошадью за узду. И наконец…
– Простите… Простите пожалуйста, что мешаем работать, – вместо Риа извинилась Кирино, – Ишь!.. Совсем от рук отбилась.
– Угя?!
– Н-нет-нет, что вы… Всё в порядке, ничего страшного… – кажется, излишняя суровость расправы с нарушительницей шокировала служанку.
За несколько дней, что они живут вместе, я понял: между ними так всегда. Больше похоже даже не на старшую сестру-опенкунью, а на молодую мамашу, притащившую с собой бестолкового ребёнка.
Когда эта парочка вернулась, я спросил у них:
– Ну так что, Кирино, сегодня откуда начнём?
– Хм, неплохо бы анимешные блюреи сначала посмотреть. Мы с Риа так и собирались.
– Значит, идём от «Анимейта» до «Тора но ани»?
– Похоже.
Прихожу с сестрой в этот район я уже не знаю, в который раз, так что у нас образовалось несколько типовых маршрутов.
К ходу такой поездки я тоже уже привык, прямо как когда иду гулять с Манами.
Из-за Кирино я мало-помалу превращаюсь в отаку… а может, уже в него превратился.
Наблюдая за этой нашей беседой, Риа ярко улыбнулась:
– Здорово вы ладите!
– О-отвянь.
– Ай-я?! О-опять ты за волосы тягать?! Так нельзя! За волосы нельзя, слышишь!
– А, а зачем ты всякие гадости говоришь!
Как обычно, ей противно, что мы кому-то кажемся друзьями. Манами, конечно, говорит, что «Мы с Кирино станем дружнее прежнего», но придёт ли такой день в самом деле…
Нет… конечно, я понимаю.
По сравнению с тем, что было раньше, расстояние между нами определённо сокращается.
До того, что мы уже ездим вместе куда-то вместе гулять, обсуждаем как ни в чём не бывало маршруты.
– Вот что, сначала на радиорынок! – сердито сказала Кирино, указав на здание перед нами.
– Погоди, а как же «Анимейт»?
– Захотела и передумала! Давайте, живо за мной!
– Эх… Идём, идём.
Скрепя сердце, я последовал за нашей принцессой. Ко мне, с побитым видом, поджав хвост, подковыляла Риа, и печально прошептала:
– Кёске-онии-тян… Ну почему Кирино всегда такая капризная?..
– …Так тебе тоже с ней нелегко?..
Ого-о-о-о!.. Нашёлся на свете человек, которому знакомы мои злоключения!..
Раньше Риа казалась мне просто бесстыжим дитём, но теперь я вдруг проникся к ней расположением.
Хорошо, всё-таки, когда у тебя есть сестрёнка!

Для тех, кто плохо знаком с Акихабарой, надо пояснить, что радиорынок – это такой торговый центр сразу возле выхода со станции.
Жёлтые его вывески «Международный радиорынок «Акихабара» видно отовсюду.
Коротко он называется просто «радиорынок». Наверное, у многих при словах «мекка электротоваров» возникает в голове именно это здание.
Мне, правда, представляется лишь странное здание, полное телеграфных аппаратов.
Радиорынок – да впрочем, не только он, а и вся Акихабара – внутри представляет беспорядочную систему коридоров и этажей, наполовину сросшихся корпусов, и кажется даже, будто весь окрестный квартал превратился в один огромный лабиринт. Вход в магазин ярок и наряден, даже эскалатор есть, а выйти можно только через грязные задворки – в Акибе это обычное дело.
Так что терялся в Акибе я сам уже не знаю, сколько раз.
Поэтому…
– Э? А где Риа?!
– А-ах ты блин, говорила же ей не слоняться туда-сюда… И что нам теперь делать?!
Ведь были у меня опасения, что так и случится…
Находились мы сейчас на радиорынке, неподалёку от «Жёлтой подводной лодки»26. Фигурками и пластиковыми моделями были уставлены все витрины вокруг.
– Блин! Ну и когда она успела потеряться?..
– По-моему, улучила момент только что, когда ты завидела анимешные статуэтки и рванулась к ним без оглядки.
– ………Но там же была новая фигурка Меруру, – Кирино виновато посмотрела на новую фигурку Меруру за стеклом витрины.
Я устало сказал:
– …Ладно, надо думать, как её искать.
– Угу. А вдруг она перепугается, когда увидит, что мы пропали…
– Это она-то? Думаю, она скорее ничуть не смутится и спокойно побежит домой.
– …Ну и дубина ты, всё-таки.
Неодобрительная реплика сестры звучала как-то иначе, нежели обычные её насмешки, так что я немного замялся.
Так и не объяснив своих слов, Кирино с ноткой нетерпения в голосе повторила:
– Нужно скорее её найти.
– …Понял. Кстати, Кирино, а телефона у неё нет?
– Нет.
Да уж. Даже Манами не настолько отстала от достижений цивилизации.
– Тогда давай искать поодиночке. Если найдём, свяжемся друг с другом по мобильному.
– Давай. Если не найдём, через пять минут тоже созвонимся, хорошо?
– Угу. Ну я пошёл тогда.
– И смотри как следует, не отвлекайся!
– Да, да, да…
Помахав рукой, я покинул Кирино. Прошёл круг по радиорынку, но Риа нигде не нашёл. …Может, она наружу вышла?
Я вернулся, поискал возле станции, но и там Риа было не видать.
…Куда же она подевалась?..
Ни с того ни с сего я взглянул на здание рынка, посмотрел вверх…
– Гх…
Вон она. Так вон она где. Машет мне рукой с крыши коробки радиорынка!
– Кёске-онии-тян! Эй! Я ту-ут!
– Ах ты мелкая дрянь!.. И думать не думает, каково нам…
Слышал, говорят «дурак и дым лезут повыше»… вот уж правда!
Очертя голову, я влетел в здание.
Не дожидаясь эскалатора, бегом поднялся по лестнице на крышу.
– Фух… фух…
Тяжело, конечно. Добравшись до цели, я уже совершенно выбился из сил.
Но –
– Нету! Ну куда она делась?!
Я подскочил к краю крыши и огляделся с высоты.
И –
– Я-ху-у-у!..
Вновь услышал Риа.
Я глянул вниз – туда, откуда доносился голос. На площадку прямо перед радиорынком.
– Да ладно вам… Она что, телепортируется?
Непостижимым образом там, подобно мне минуту назад глядя снизу вверх на крышу здания, стояла и весело махала рукой Риа. Очевидно, она спустилась другим путём, но как она умудрилась не встретиться со мной на кратчайшем спуске, и при этом даже не запыхаться – это у меня в голове не умещается. Откуда в ней такая выносливость?
– Эх ты, Кёске-онии-тян – копу-у-уша!
– Стой там и не сходи с места!
– Ах-ха-ха, нетушки, нетушки. Поймай-ка меня!
Бээ! Показав язык, Риа вновь бросилась внутрь здания.
Га-а-а-а!.. Да что ж ты будешь делать… Мне что с ней, в догонялки играть?
Увы, ловиться она совсем не собиралась. «Беглый метал», а не девочка, да и только27.
Что поделать, придётся звать на помощь.
Набрав номер Кирино, я объяснил положение.
– …Понятно. Если её заметишь, сразу звони мне. Ты-то её точно не догонишь.
– …У-угу.
Правда правдой, но слышать это в лоб было неприятно. Истина жестока.
…………М-м?
– Кстати, Кирино…
– А? Ещё что-то вспомнил?
– Скажи, а раньше… ничего такого не случалось?
– ……………Кто знает.
Бип. С электронным биканьем связь прервалась.
Почему мне пришло в голову задать такой вопрос – я сам не мог сказать.
– ………Ну, неважно, – тряхнув головой, я отбросил эти мысли. Нужно скорее найти Риа и сообщить Кирино.
Похоже на «Полицейских и воров», в которых я играл в детстве28.
Единственное, в чём разница – наша «преступница», даром что младшеклассница, бегает от нас на чудовищной скорости. Да уж, соперник она тяжелый.
Как условлено, связавшись за это время друг с другом дважды, мы с Кирино минут десять обшаривали радиорынок. Искали безостановочно, толком не прерываясь, и я с тех пор так и не мог перевести дух.
– Ха-а, ха-а, ха-а… П-попалась!
Риа я обнаружил в одном из книжных магазинчиков внутри здания. Выбор у них, видимо, был хорош, поскольку Кирино и Саори, обходя Акибу, часто сюда заглядывали.
Заходили в магазин, как и следовало ждать, одни отаку, и смуглая маленькая девочка среди них выделялась решительным образом.
Риа пряталась в противоположном от продавца углу, как будто бы выискивая что-то на полках. Проходившие мимо посетители, однако, не спускали с неё глаз.
…Стоит и спокойно выбирает мангу. В какое положение нас поставила – и думать не думает.
Ну, тут и Кирино звонить нечего.
Подкрадусь к ней тихонько сзади и схвачу!
Но этот мой замысел мигом провалился. Когда до Риа оставалось всего метров пять, она обернулась, точно бы у неё на затылке глаза были, и сказала:
– А! Онии-тян! Ну наконец-то…
Бежать она даже и не пыталась. Похоже, игра в догонялки ей уже надоела.
– Ха-а… Ха-а… Ну и почему ты вдруг пропала, а? Знаешь, как Кирино нервничала?
– А, ну извините!
Точно как сказала Кирино: злиться на неё долго было нельзя.
– …Я смотрю, ты что-то разглядывала – нашла интересную мангу? Книгу-другую я могу купить.
– Честно?
– Ага.
Может, ты тогда чуть угомонишься.
Сияя от счастья, Риа протянула мне томик манги. Комикс формата А5 с темнокожей девушкой на обложке.
– Я смотрела на неё. Глянь, как на меня похожа!
– О, и действительно, довольно по…
……Постойте.
Это же……
Этот магазин же…

Чёрт!

– Стой, Риа, брось эту книгу! Не открывай!
В последний момент до меня дошло, но было поздно. Риа уже мигом перевернула обложку.
– Хлюп… Я думала, обложка такая красивая… Онии-тян, какая-то это книжка… гадкая… У-у-у…
– Ничего удивительного! Эта манга совсем не для детей!
О чё-ё-ё-ёрт! П-посетители на Риа косятся!
Ну и переплё-ёт!
Вы только послушайте!!..
Я! Сейчас! Вместе с маленькой, готовой разрыдаться девочкой!
Стою в магазине хентайной манги!!
Хуже расклада и не придумать. Тут уже не до «озабоченного сенпая»! Тут уже преступлением попахивает! Драть коньки надо, пока на нас не доложили!
– …Хлюп!… У-у…
Ч-чё-ёрт! Если она сейчас в голос заплачет – кто-нибудь действительно вызовет полицию!
– Пожалуйста, только не плачь!
– Н-не могу-у… – Риа и сейчас практически всхлипывала. Живо – я должен что-нибудь предпринять!..
Чёрт, я так разнервничался, что даже дышать тяжело!
Ха-а, ха-а… думай! Думай, Кёске, как из этого положения выйти!
Я бережно опустил ладонь на макушку Риа, и стал ласково гладить её по голове.
– М…ха-а…
Риа зажмурилась так, словно ей было приятно.
– …Хлюп… Спасибо, онии-тян…
О – кажется, сработало.
Слава богу, она ко мне привязалась, и я подумал, что ласка может её успокоить.
Есть ещё порох в пороховницах!
Пусть через пень-колоду, но обращаться с маленькими девочками я умею.
Любуйтесь – вот как надо с Риа:
– Ха-а, ха-а… Ну чего? Хочешь, я тебе конфетку куплю? Пойдём с братиком. Пойдёшь?
– Ты чего это делаешь?!!
Шарах!
– Оя?!
В спину мне нанесли сильнейший удар ногой с воздуха. Не устояв, я выгнулся всей грудью и рухнул вперёд.
Самому себя жаль за то, что я способен это определить с одного удара –
Но пнула меня Кирино!
Обернувшись, я обнаружил сестру с перекошенным, дёргающимся лицом, охваченную ужасом и жаждой убийства.
– Т, т, т-т-т… так ты… что, в самом деле «того»?..
– Н-нет же! Нет, честное слово!.. Я просто хотел с Риа поласковей, чтобы утешить!
– Такой крошечной девочке показываешь хентайную мангу, да ещё дышишь – «Ха-а, ха-а»! Какие тут могут быть оправдания?!
– Не надо, Кирино! Кёске-онии-тян ничего плохого не сделал!
И в качестве заключительного удара, Риа повисла на встававшем в полный рост мне в объятьях:
– Онии-тян, как я тебя люблю!
Я и вообще этого слышать не хотел, а уж момент был – хуже не придумаешь!
Разумеется, Кирино взвилась – и заклеймила меня тем самым клеймом:
– Ах ты лоликон! Фу, какая гадость! Сдохни!
Хоть садись и плачь. Говорю вам, не рад я ничуть, ну ничуть, такому обожанию со стороны ребёнка.
Поймите хоть кто-нибудь наконец!

После того, как Риа сама всё объяснила, Кирино хоть как-то удалось убедить.
Хотя… непохоже, конечно, чтобы Кирино поверила мне до конца!
– ………
Видите, вон, косится на меня ещё холоднее обычного.
– К-короче говоря, давайте пойдём уже, пойдём. Вы в «Анимейте» хотели блюреи посмотреть? А? А?
– …Ну ладно же. Этот случай мы ещё потом разберём подробно, ты не надейся.
– Не надеюсь… А что со мной будет?
Спрашивать страшно.
– Ответственность! Ты же возьмёшь на себя ответственность? Онии-тян!
– А ты вообще лучше помалкивай! Такими словами не шутят! Где ты только их подслушала?
– В той манге похожая на меня девочка так говорила!
Нашла, чему подражать!
Сгибаясь под гнётом психологического давления двух младших сестёр, я всё-таки двигался вместе с ними по намеченному маршруту к «Анимейту».
Вскоре после нашего прибытия на тамошнем огромном экране как раз начали показывать превью к третьему сезону Меруру.
– О! – мигом подскочила к экрану Кирино. Прыжок казался ещё лет на пять более ребяческим поступком, чем обычно.
– Эта превьюшка та-аккая классная! Картинки, музыка – улёт!
– О, так об этом сериале ты говорила? – спросила Риа, подняв глаза на экран.
– Да! Я тебе ещё тогда обещала! Как приедешь в Японию, посмотрим все сезоны Меруру – тебе точно понравится!
– Хм-м… Никогда такого не видела. Слушай, а прикольно. Да – я бы глянула, с виду интересно.
– Как вернёмся, сразу смотреть!
– Ок-кей.
Ха-ха: и не поймёшь, кто из них младше.
Тем временем, превью закончилось.
– Да-а-а… Здо-орово… Я вот думаю, всё-таки, не зря я вернулась в Японию – по крайней мере, Меруру могу посмотреть, – объявила Кирино, не сводя восхищённого взгляда с экрана перед «Анимейтом».
– А за границей что, аниме не посмотришь?
– Ну, если захотеть, то придумать что-нибудь можно… Ты бы записывал и присылал, например, или ещё что. Но какое-то там настроение неподходящее.
– Да в общежитии и телеков нет! – поддержала сестру Риа.
Да, поскупились на развлечения – может, рассчитывали, что люди туда в основном тренироваться приедут.
Неудивительно, что Кирино сломалась от свалившейся на неё нагрузки. Для отаку такие условия – кошмар.
Даже мне – обычному, я считаю, человеку, – без телевизора было бы тяжело. (Впрочем, в последнее время мне уже и без интернета тяжело).
– Ах-ха-ха, да там и правда нечего делать, только заниматься.
Однако в противоположность полной недовольства мине на лице Кирино, Риа как будто бы не испытывала такой уж нужды в развлечениях. А ведь она как раз в том возрасте, когда дети обожают играть – и ей всё равно?
– Даже телевизора нет? Так это ж, небось, скука смертная каждый день. Риа, тебе не было скучно?
– Скучно? Почему мне должно быть скучно? Целыми днями можно делать то, что нравится, это же здорово!
Закинув руки за голову, Риа улыбалась во всё лицо беспечной улыбкой.
Чутьё подсказало мне: сейчас она говорила совершенно искренне.
Лишь бы можно было бегать, а что телевизора нет, никаких развлечений нет – её нисколько не волнует.
Больше ей ничего не нужно. Это она говорила сейчас со всей прямотой.
…Да, её не победишь, – всерьёз подумалось мне. По спине пробежал холодок.
Кирино насмешливо пожала плечами, точно как делала с Куронеко:
– Говорить ей что-либо бесполезно. Это гоночная машинка, переродившася в человеческом теле.
– Сравнила бы хотя бы с «чистокровной верховой». Машинка – даже не живое существо!
– Но так ведь и есть! Бегать будет, пока батерейки не сядут, а до остального ей вообще дела нет.
В этом откровенно неприязненном замечании промелькнул, всё-таки, оттенок восхищения.
Риа тоже и не думала злиться, а весело подтвердила:
– Угу, наверное, нет.
– Я и говорю. Так и знала, что ты это скажешь, – Кирино улыбнулась с философским спокойствием.
Почему сестре никогда не сравниться с Риа?
Ответ на этот вопрос был как будто целиком заключён в их беседе.
Кирино, которая больше других чувствует свою ответственность за поражение, и со всей своей непреклонной решимостью целиком и полностью посвящает себя тренировкам.
Кирино, которая дорожит всем – работой, учёбой, своим увлечением и временем с друзьями; всему уделяет равное внимание.
Её стиль жизни, её образ мыслей достойны подражания. Она – это нечто, так я искренне считаю.
Но при этом ограниченные силу, время, талант она делит между несколькими целями.
С теми, кто всё время и талант сосредотачивает воедино.
С теми, для кого вся жизнь равняется бегу, ей не сравниться.
И если она всё-таки хотела победить, то со всем, что прежде было ей дорого, следовало распрощаться.
Сражаться имело смысл только на равных.
– …………
Кажется, я немного понял, что было у Кирино на душе, когда она отправила то сообщение.
Глупая, глупая девочка. У каждого свои сильные и слабые стороны.
Кое-что нам просто не по силам.
Начать с того, что Риа, наверное, и вообще не думает «тренироваться изо всех сил».
Отказывая себе в развлечениях, она с беспримерным стоицизмом целыми днями тренируется в поте лица.
Но посмотри – она беспечно смеётся и радуется всему этому как совершенно обычным будням.
С чего я взял?
Да ведь ты точно такая же, Кирино.
Ты одновременно работаешь моделью, учишься, ходишь в спортивную секцию, играешь в эроге –
И справляешься с таким напряжённым графиком как ни в чём не бывало, веселясь и наслаждаясь жизнью – точно как Риа.
То, что ты испытываешь к Риа, – это чувство, – наверное, его же я испытываю к тебе.
Тоска по недостижимому.
Конечно, я – не такой выдающийся человек, как ты.
Но в сложную минуту я, по крайней мере, тебя всегда поддержу.
Оставив при себе то, что хотелось высказать, я посмотрел на сестру. Кирино обратилась к Риа:
– Риа. Ты говоришь, что кроме бега тебя ничто не интересует…
– М-м?
– Вот поэтому я и позвала тебя сюда. Я хотела показать тебе то, что нравится мне. Не знаю, как сказать… даже не для тебя. Мне самой так хотелось.
– Ясно! – смущённо улыбнулась Риа. Затем не спеша оглянулась по сторонам.
Вокруг была столь любимая сестрой Акихабара.
На большом экране «Анимейта» крутился превью-ролик Меруру.
По улицам спешили косплееры, на специально оборудованной сцене кто-то выступал с концертом , а возле магазина, где показывали додзин-игру, собралась толпа народу.
Манга, аниме, игры, музыка, фигурки, радиоуправляемые игрушки, пластиковые модельки, игровые залы, мейд-кафе…
Вся субкультура Японии была в этих кварталах.
Место, с которым у нас с Кирино связано столько воспоминаний.
Место, где мы встретили новых друзей.
Место, куда хотела вернуться Кирино, сейчас отражалось у Риа в зрачках.
А затем…
Риа посмотрела почему-то прямо на меня.
– Я поняла, Кирино, – кивнула она, соглашаясь, улыбнулась и перевела взгляд на Кирино, – Что ты, мне совсем не скучно! Хи-хи-хи, любишь ты беспокоиться.
– Н… нет, я не к тому…
– Кроме бега, мне и правда ничего не нужно. Но я не против того, что есть. Не против друзей и развлечений.
– Хм. Ну ладно же, – нарочито грозно сказала Кирино, и отвернулась – на самом деле, с облегчением.
«Может, я зря лезу с собственным увлечением к подруге, которую интересует только беговая дорожка?..»
Когда Риа говорила, что Кирино «любит беспокоиться», наверное, она это сказала потому, что почувствовала за ней такие мысли.
А в словах «Но я не против того, что есть»…
Крылся и смысл, что в целом ей это необязательно.
Тому, что подворачивается само, она радуется изо всех сил, но по сравнению с бегом и развлечения, и друзья для Риа не имеют такого уж большого значения.
Так, по крайней мере, это прозвучало для меня. «Самая быстрая девочка на свете»… Быть может, это прозвище досталось ей только благодаря такой её предвзятости.
…Честно говоря, знаете… смотреть на беспечную улыбку Риа становилось немного страшно.
Ну даёт Кирино – сумела же как-то её победить!
Однако если подумать, здесь слишком много непонятного.
Почему Риа, девочка, для которой жить означало бегать, специально выкроила время и прилетела из Лос-Анджелеса, где тренироваться ей было удобней всего, сюда в Японию?
Хотела она проведать Кирино, свою подругу? Интересно было посмотреть на страну?
Для Риа все эти цели должны были быть второстепенными.
Ну а почему она с первой встречи липнет ко мне со своим «Люблю!» – это уже вообще загадка.
Тем не менее, гипотеза, способная объяснить всё вышеизложенное, не противореча логике поведения Риа, всё-таки существовала.
– …………
Уверен я не был, но догадка… одна догадка у меня имелась.
На самом деле Риа прилетела в Японию для того, чтобы…

– Ну чего, когда мы уже соревнуемся? – с воодушевлением предложила Риа, когда мы осмотрели всё, и возвращались домой.
Мы как раз проходили мимо средней школы, куда ходила Кирино.
Дело было вечером. Дни, конечно, сейчас были длинней, но скоро уже должно было начать смеркаться.
– Соревнуемся? – непонимающе спросила Кирино.
– Да, соревнуемся. В спринте.
Риа остановилась и указала на школьный двор:
– Вон смотри, там как раз бегать можно. Почти то же, что дорожка.
– М-м, сбрендила? Как мы в уличной одежде будем бегать? – недоумённо посмотрела на неё Кирино. Увидев это, Риа улыбнулась дразнящей улыбкой:
– А-ха, минутку-минутку, бросай притворяться, Кирино!
– Хм? Притворяться?
– Ботинки. Потом шорты. И футболка, – Риа указала по очереди, сверху вниз, на предметы одежды Кирино, – Скажешь тоже, «в уличной одежде будем бегать», а сама в такой удобной для бега форме! Ботинки у тебя эти, правда, без шипов, но на тренировках ты в них бегала за милую душу. В какой занятной одежде ходит в город наша миленькая модненькая Кирино!
– ………
Догадки Риа сестра слушала молча.
Точно преступник, уловку которого сумел раскрыть детектив.
Для девочек сейчас никого другого не существовало, и вмешаться мне возможности не было. Оставалось только стоять пугалом и наблюдать за исходом сцены.
«Хе-хе-е» – краешки губ Риа победно поползли вверх.
– Ты и сама собиралась сразиться!
– Эх… Ну да, я думала – а не предложишь ли ты вдруг, мало ли… – обречённо вздохнув, признала Кирино, – Вот и оделась на всякий случай в таком немыслимом для себя стиле. …Значит, всё-таки, невпопад вышло?
Да нет, я ничего не заметил.
– …Но стой, Риа… Не хочешь же ты сказать, что и в Японию приехала…
– А то! Естественно, чтобы взять реванш!
«Э-хе-хе» – вся мордочка Риа просияла улыбкой. Кирино поражённо произнесла:
– Значит, и правда. Да уж… эх! А я-то капельку надеялась, что к старшей сестре захотелось в гости приехать, встретиться… Держи карман шире. Бессердечное дитё, какой и была.
– Да ла-адно, Кирино, я хотела с тобой встретиться! По многим причинам!
Встретиться – как с любимой «старшей сестрой»…
А также как с соперницей, которая её победила.
– Риа, в тот раз мне просто случайно… Эх, да тебе ведь не докажешь.
– Бэ-э! Глупости не говори. Как можно меня случайно победить? – ворчливо пробормотала Риа. Однако самомнения ей не занимать!
Получается, она считала, что сможет победить Кирино хоть бы и сто раз из ста?
Пока Кирино и Риа держали этот короткий разговор, напряжение между ними с гудением начинало нарастать. Почти можно было увидеть, как летят искры.
На их лицах сохранялись улыбки, но глаза Риа уже не смеялись.
– В тот раз Кирино оказалась быстрее меня. Хотя днём раньше об этом не могло быть и речи. Поэтому мне хотелось знать. Что случилось за тот единственный день? Какой ты придумала фокус, чтобы стать быстрее? Почему, победив меня, ты вернулась в Японию?
– Риа…
– Значит, ответ – то, что я сегодня видела?
– Да, – тихо кивнула Кирино.
По сравнению с острым, направленным прямо вперёд взглядом Риа, лицо её казалось спокойным.
– Это и есть я. Мне теперь стало ясно. Та, кем я была за границей – это была не я. Поэтому я вернулась домой. Туда, где мне на самом деле хотелось быть.
Слова предназначались не мне, но тронули меня до глубины души.
…Вот как. Значит… вот что ты чувствуешь.
– Наверное, ты скажешь, что я несерьёзно относилась к бегу – мне нечего ответить. Но только… всё-таки, я не брошу того, что люблю. Ни секции, ни друзей, ни семьи, ни хобби – без всего этого я буду не я.
Значит, к такому ответу пришла Кирино с тех пор, как вернулась в Японию.
Мучалась, мучалась, мучалась – и в итоге решила так. Что ж, никто не вправе с её решением спорить.
Моя сестра, с характерным для неё высокомерным выражением на лице, выпятив грудь, заявила:
– Я побежу вас такой, какая я есть!
– Ну а я разгромлю тебя и укачу в Лос-Анджелес!
Не торопясь, Риа опустилась прямо тут на корточки и положила руки на щиколотки.
– Э-хе-хе. Знаешь, тренер разрешает снимать их мне только в ванной…
Бряк, бряк – она расстегнула что-то тяжёлое и твёрдое.
– …Посторожишь немножко, онии-тян?
– Ух… угу.
Она кинула мне их – это оказались крепящиеся на ноги грузы, так называемые «Power Ankle».
Страшно тяжёлые.
– …Прямо какая-то героиня спортивной манги, а не ребёнок…
Тут уже даже не до восхищения, я попросту потрясён. Самому неловко, но даже колкость у меня вышла банальной.
С головой у них что-то не так, что у тренера, что у неё.
Это уже даже тренировкой назвать нельзя. Это какая-то практика боевых искусств29.
– Я готова. Ну что, Кирино! Пора сразиться всерьёз!

Во дворе средней школы, где училась Кирино, две девочки сейчас готовились к забегу.
Здесь было безлюдно – никого, кроме нас троих.
Мне досталась роль судьи. Стоя у финишной черты, я смотрел на девочек, опустившихся на одно колено для низкого старта.
Кирино и Риа ждали сигнала на старт в совершенно одинаковой позе.
Форма, математически оптимальная для того, чтобы набрать после старта абсолютный максимум скорости.
Рождённая в бесконечном числе повторений, проб и ошибок, кристаллизация опыта и рассчёта.
Черты катапульты, которая вот-вот разразится снарядом.
– На старт… Внимание…
В воздухе такое напряжение, что коснись – и рванёт. Даже отсюда, за сто метров, я это чувствовал.
И –
Крикнув «Марш!», я широким движением опустил руку.
Бух! – стукнули подошвы о землю. Обе девочки моментально сорвались со старта и бросились вперёд.
Это акустическая иллюзия! Не мог звук быть таким громким – но всё-таки, он достиг моих ушей, и показалось, что земля вместе с тем задрожала. Так сокрушительно набирала скорость Риа.
Словами «реактивный старт» и близко не описать.
Но те, кто хоть раз бегал изо всех сил, поймут, что обычно такого не бывает.
С первого рывка – с первого рывка она взяла невероятную скорость!
Шаг, другой, третий, четвёртый – всего за несколько шагов она моментально разогналась до самого быстрого бега.
Кирино же в это время только-только вышла на этап разгона.
Ещё и десятой части от ста метров не осталось позади, но между ними уже ширился заметный разрыв.
Сама Риа на первый взгляд этого не задумывала, но их гонка…
Как будто бы ставила точки в вопросе «кто по-настоящему талантлив, а кто нет».
Своими глазами убедившись в таком решительном превосходстве, сопернице оставалось только отчаяться.
– ……
Однако в глазах Кирино не было обречённости – точно бы она ещё не оставила воли к победе.
Твои способности мне известны, так что каким бы гигантским не стал отрыв, я не потеряю голову и буду продолжать работать над набором скорости. Как нас учили: просто делать всё, что можешь. Так заявляли её глаза.
Я не спускал глаз с двух девушек, бегущих по спортивной дорожке.
Стиль бега у них, конечно, тоже оказался одним.
Не знаю, как он называется – когда спину держат прямо, работают руками и бегут, выбрасывая далеко вперёд длинные ноги.
Удивительное дело, как доведённые до совершенства движения кажутся красивыми.
Несущаяся по дорожке с выражением полного блаженства на лице Риа.
И сверлящая спину соперницы яростным взглядом Кирино.
Стиль бега один, но до чего по-разному они выглядят. Ясное и несомненное различие в способностях.
Пятьдесят метров было пройдено, а разрыв всё увеличивался.
Устранить его теперь было для Кирино уже невозможно – отставание было таким, что не сомневался и посторонний вроде меня.
В эту самую минуту, Риа получала свой долгожданный реванш над Кирино.
– Держись… – вырвалось у меня само собой.
– Держись, Кирино!.. – крикнул я ей с финишной черты.
Переполнявшие мою грудь чувства рвались из меня вместе с криком:
– Держись!..
Меня всё это касалось лично.
Сейчас Кирино, точно я когда-то, проигрывала во много раз её превосходящей младшей сестре.
Но проигрывая, она не опускала руки, как я, а боролась до последнего.
Как можно было за неё не болеть?
– Кирино! Не проигра-ай!..
Ведь там, по дорожке, бежал я.
Ведь это был я, когда сестра меня в чём-нибудь побеждала и легко оставляла позади.
Ведь это был я, из «гипотетического<if> мира», в котором я смело глядел ей в лицо и упрямо продолжал бороться.
– Давай! Догоняй! Не сдавайся!
На мгновение мне показалось, что мы с Кирино встретились взглядами.
И ещё мне показалось, что расстояние от неё до Риа немного сократилось.
Определённо сократилось!
Выйдя на полную скорость, Кирино была быстрее, чем Риа!
– Ура! Жми… Поднажми! Кирино! – орал я в исттуплении. Оставалось тридцать метров.
Жизнь вроде эроге, в которой сохранение даётся только одно.
Сделанный однажды выбор уже не отменишь и не исправишь.
Ошибёшься – и уже ничего не попишешь, на чудо надеяться бесполезно.
Невозможное невозможно. Чему не поможешь, тому уже ни за что не поможешь.
Только кто всё это решил?! «Бесполезно, невозможно» – откуда нам знать, пока не попробуем! Мы не боги и будущего ведать не ведаем!

ORE6_267.JPG

Поэтому борись изо всех сил! Борись, Кирино!
Всем доводам назло –
– Обгони!!..
До финишной черты было уже всего несколько метров.
Развив максимальную скорость, Кирино мчалась, дыша в затылок Риа.
Быть может, Риа было обидно, что я всю гонку болел только за Кирино.
Но извини, Риа: конечно, ты хорошая девочка, и души во мне не чаешь, но…
Можно сказать, это просто привычка. Обычай братьев, у которых есть сёстры.
Болеть за сестру, сочувствовать ей – разве это не естественно? Да, я вот что скажу:
– Сами вы лоликоны! А я – сиско-о-о-о-н! Ур-ра-а-а-а-а-а-а! Ки-и-и-ри-и-и-но-о-о-о-о!!…
Вот это ахинея. Сам поражаюсь, что я несу.
Мне просто хотелось крикнуть сестре что-нибудь, да что угодно, от всей души.
Услышав мой крик, Кирино рванулась вперёд – быстрее, ещё быстрее, чем прежде.
И –––

Проиграла.
Неистовая гонка закончилась.
– ……Ха-а……ха-а……ха-а…
Пробежав всю трассу на пределе сил, Кирино стояла, согнувшись, рядом со мной, плечи её вздымались и падали.
– Фух!
В свою очередь Риа тоже, конечно, выбилась из сил, но такой уж уставшей не казалась.
– ………
Сказать мне было нечего.
Хоть убейте, выдавить какое-нибудь «ничего, главное – ты боролась» я из себя не мог.
– Ха-а…… Что, проиграла? – выговорила Кирино, поднимая голову к небу. Капли пота, блестя, сыпались с неё на землю.
К ней подошла Риа и гордо показала пальцами V:
– Кирино! Э-хе-хе, я победила!
– … Эх… да знаю я. Зачем повторять? Дай пострадать хотя бы спокойно. У тебя что, никакого сочувствия к проигравшим нет?
– Нет! Победа значит победа! Я-ххо-о! Отомстила, отомстила! Так тебе и надо, хе-хе!
Приплясывая и подпрыгивая, Риа всем телом выражала радость от победы.
Госпоже победительнице жалость была неведома. Наоборот, она только оживилась.
А вот у Кирино, которой это говорилось, внутри, похоже, всё кипело.
– Ах ты… малявка!…Бесит… бесит… бесит, бесит, бесит! Как же бесит! – сокрушалась она, бессильно топая ногами. Сестра шмыгала носом, на глазах даже появились слёзы. Она сердито прошептала:
– Риа… я тебя, конечно, очень люблю. Но сейчас ты самая большая заноза на свете.
– Э-э? Да-а? Хи-хи-хи, а я тебя тоже очень люблю, но по правде, приехала, чтоб увидеть такое твоё лицо!
Она с откровенным удовольствием ткнула в Кирино пальцем, и та чуть не поперхнулась от злости:
– Ну спасибо, Риа, теперь я хороше-енько уяснила! От живых младших сестёр добра не жди. Хватит мне и двумерных!
Уж кто бы говорил, ехидно подумал я про себя.

На другой день.
Добившись превосходного реванша, полюбовавшись на заплаканное лицо Кирино, и таким образом выполнив всё, для чего на самом деле прилетела в Японию, Риа немедленно объявила: «Ну что, пора домой!»
Видя, как Риа в два счёта собрала вещички, разом перекроив все свои планы на пребывание в Японии, я с оттенком удивления произнёс:
– …Да ты и впрямь приезжала к нам только за реваншем…
– Э-? Ах-ха-ха-ха, глупый онии-тян…
Это почему это я глупый? Чья бы корова мычала!
Проверявшая в гостиной багаж Риа плюхнулась на диван рядом со мной. Наклонившись к моему лицу она с умным видом помахала пальчиком перед носом:
– Ты что, совсем меня не слушал? Разумеется, отомстить Кирино было важнее всего. Но я приехала не только поэтому…
– Да, ты говорила… город посмотреть, с Кирино встретиться. Но ведь это же…
Совсем не первостепенные цели по твоим правилам.
Вот тебе и незачем стало оставаться в Японии, как только ты разделалась с Кирино.
– Нет же. Совсем нет, – Риа захихикала, точно что-то её развеселило.
Может, мне померещилось, но на секунду её лицо… приняло более серьёзное, недетское выражение .
– Мне хотелось понять, почему я в тот раз проиграла Кирино. Я приехала выяснить, что в тот раз дало ей силы так бежать. Вот зачем я на самом деле здесь. Расспросив всех дома, я в общем догадывалась, но хотела убедиться своими глазами.
– …………
– Ну и вот, теперь я разобралась. Поэтому и возвращаюсь. Быстрее домой, тренироваться, пока Кирино меня не обогнала. Времени терять нельзя!
Понятно.
«Я хотела показать тебе то, что нравится мне».
«Я поняла, Кирино».
Значит, вот, что поняла Риа, увидев улицы Акихабары.
То есть, единственный раз, когда сестра победила Риа, был тогда, после моего прилёта в Лос-Анджелес.
Тогда, когда она сказала «…Мне сейчас надо будет кое-куда отлучиться» и убежала.
Поиграла после долгого перерыва в эроге, воспряла духом… и бросила вызов Риа.
– Вдалеке от того, что любит, в чужой стране, Кирино была сломлена. Ты громила в пух и прах не саму Кирино, а её тень. И когда она вдруг пришла в себя, понятно, что ты удивилась!
– А? Да ты всё знаешь, я смотрю.
– Конечно, знаю. Кто я, по твоему!
– Любимый брат Кирино, кто же ещё.
– Ч-что? Это тут при чём?
– Но ведь Кирино сломась от того, что не могла видеться со своим любимым братом – и стала носиться, как ветер, когда её брат приехал в Лос-Анджелес. Так ведь?
Н-ну даёт!.. Как можно было так просчитаться!..
Пала духом Кирино не потому, что мы с ней не виделись.
А потому, что жила с тобой в одной комнате и не могла играть в свои хентайные игры!
Ну ещё потому, что не могла видеться с друзьями – Куронеко там, Аясе.
А воскресла она внезапно потому, что я привёз ей эроге!
Лучшее доказательство – она сама так сказала! «Как здорово, когда можно оттянуться, как тебе нравится», «Ну вот, поиграла в эроге – хоть душу отвела» !
Хотя если спокойно разобраться – ну и причина, блин, прийти в себя!
Не могу же я объяснить совершенно невинной девочке, что её разгромила сила хентайных игр!
Н-ну ладно… придётся, видимо, оставить её при своих заблуждениях.
– Точно, Риа, так всё и есть. Кирино так меня любит, что только встретилась со мной – сразу ожила.
– О-о! Сила любви!
– Хм, н-да, что-то типа того.
А-агх, говорить противно. Н-ге-е, кхе, кхе.
– Я так и думала! А может и я стану бегать быстрее, если буду тебя любить?!
– Ты что, с дубу рухнула?!
Во-от оно что! Во-от по какой логике у неё с первой встречи градусник симпатий на максимуме!
– И не жмись ты ко мне, и так жарко! За окно выгляни, лето на дворе!
– Как я тебя люблю, Кёске-онии-тян! Ну-ка, чмок! Чмок! ♡
Шарах! – грохнула дверь в гостиную.
– Д-да что ж такое-то!… Сколько вам говорить! Ах ты лоликон! Гад!
Ой!!
Кирино, ну почему ты каждый раз, ну каждый раз появляешься так вовремя, будто стояла под дверью и только повода ждала?!
Чё-ёрт… скоро я и правда решу стать лоликоном!

Пришло время прощаться с Риа.
Мы с Кирино стояли в коридоре, провожая гостившую у нас несколько дней «младшую сестру».
– Давай, Риа. Теперь моя очередь отыгрываться, так что готовься.
– Фиг ты отыграешся. Уж девчонке с такой мутной мотивацией я не уступлю. Век будешь бегать у меня за спиной.
– Ха, говорю же. Да, я занялась бегом не попросту от любви к нему, как ты, но сносить поражения как ни в чём ни бывало – не настолько я покорная девочка!
– Ой, а надолго тебя хватит? Начальной-то цели ты своей уже достигла!
– И тем не менее, бег теперь одна из сторон моей жизни. Как и от всего остального, от него я не откажусь.
– Всё же ка-ак-то мне это не нравится, махнёшь ты рукой… Хотя наверное, не махнёшь. Ведь ты и бегаешь быстро из-за этого.
– Не махну. А новая цель… да ведь ты дала мне новую цель! – Кирино гордо выпятила грудь, глянула открыто, без колебаний.
– Ну тогда вперёд, пробуй – что ещё сказать! Но только знай: тебе одной я не солью ни за что. Ни за что, ни за что не солью. Пока ты тратишь силы на другое, я только и делаю, что бегаю, ты не забывай!
– Вот и прекрасно. Начинай готовиться к поражению!
– А-ха, ладненько!
Тук, – девочки стукнули кулаками.
Беседа эта была только для них двоих. У них имелось своё, соперническое взаимопонимание.
– …Ну я пошла!
– Ага. Бай-бай, Риа.
– Бай-бай, Кирино.
Печально улыбнувшись, Риа повернулась к двери. Но в тот момент, когда она взялась за ручку, Кирино вдруг позвала:
– Риа… Я кое-что забыла тебя спросить.
– А? – обернулась через плечо Риа.
– Ты и когда мы соревновались в Лос-Анджелесе носила грузы для ног?
– ……Ты что – конечно, нет. Я их сняла, это же была серьёзная схватка.
– А. Ну ладно, – Кирино посмотрела в сторону.
Выскочив на улицу, Риа обернулась теперь уже целиком:
– Кёске-онии-тян! И тебе бай-ба-ай! Когда я опять к вам приеду, мы поженимся и вернёмся в Лос-Анджелес вместе! Смотри, у нас уговор!
– Не было такого уговора! Ехай давай, малявка!
– Э-хе-хе, а не пожалеешь, что отказался-то? Может, я к другому разу раскрасавицей стану?
Бросив это на прощание, Риа сорвалась с места и унеслась бог знает куда.
Наверное, опять понеслась бегом до аэропорта.
Да уж…
Прилетела вдруг из-за океана, подняла всё вверх дном и унеслась обратно за океан.
Не ребёнок, а ураган какой-то.
– …Вот и уехала.
– Ага.
Мы с Кирино некоторое время смотрели Риа вслед.
– Как-то грустно немножко.
– Лоликон.
– Я же н-не в том смысле!
– Ах да, ты же у нас сискон, – Кирино насмешливо хмыкнула. Я так смотрю, она сама прекрасно понимает, что издевается.
Многозначительно улыбаясь, Кирино вдруг сказала:
– Знаешь, я хотела тебя попросить…
– О, опять «житейский совет»?
Жаль признавать, но вопрос невольно вышел радостным.
Однако Кирино покачала головой:
– Что ты. Я же сказала, что в тот раз был последний.
– А… ну да.
Действительно, последний «житейский совет» я сестре уже дал.
Наверное, за «житейскими советами» она ко мне больше обращаться не будет.
Но вообще-то… разве могут советы быть первыми и последними? Чем вообще отличается от «житейского совета» это её «попросить»? Как по мне, так только название сменилось.
Ну, если для Кирино есть разница, я спорить не буду.
Надо же, как странно. Когда она пришла за советом впервые, я вроде бы злился, дело было не по мне – а теперь так… нет, конечно, я и теперь не рад.
– Ну и в чём просьба? Я сегодня добрый – так и быть, выслушаю.
Хотя, правда, это уже похоже на «сдаюсь, всегда выслушаю».
Видимо, мои будни рядом с несимпатичной сестрой такими будут и дальше.
Не то чтобы я хотел что-то менять.
– М-м, это… я хочу… как же сложно сказать-то…

- Чтобы ты стал моим парнем.

ORE6_280.JPG

Послесловие

Упоминаются детали сюжета книги, так что не дочитавшие – будьте осторожны.

Пишет Фусими Цукаса. Спасибо за то, что купили шестой том «Не может моя сестра быть такой симпатичной». Уже шестой! Печатая послесловие, диву даюсь, как мне повезло столько издать.
Ну что, как вам первый по счёту том после возвращении Кирино домой?
Пока писал его, ставил себе задачи: «если хоть трижды читателей рассмешу, и то хорошо», «если хоть раз расхохочутся, ай да я!» Дай бог, чтоб получилось.
Теперь: в книге в одной сцене взбегают на крышу радиорынка, так вот, на самом деле, там пройти нельзя – заклеено лентой «вход воспрещён». Бегать по магазину – нехорошо, не повторяйте, пожалуйста, за героями.
Воспользуюсь этой страницей, чтобы поблагодарить всех помогавших мне в изысканиях. Большое спасибо тем, кто давал советы касательно идеальной комнаты отаку, спасибо моему редактору, господину Когара, за подробности работы моделью, одному своему другу за объяснение про ёсэ30, и пробившимся до первого ряда на Хизан-эвенте сэйю-фанатам. Все вы помогли мне закончить этот том.
Наконец, отвечаю на письма читателей.
С…ки-сама из Токио (сам не ждал, что Куронеко будет настолько популярной), А…я-сама (похоже, Кёске-онии-тян и Манами нравятся младшеклассницам, так что я рад), Гасяпон-но-мидари-сама (спасибо, читайте ещё), И…бе-сама (ваше письмо для меня сокровище), Х…ку-сама (Кёске и ко живут в префектуре Чиба. Покажу я ваше письмо и Канзаки-сан…), С…мизу-сама из префектуры Сайтама (очень приятное письмо. Думаю, Акаги-онии-тян ещё появится в книгах), У…я-сама из Фукуоки (отлично передано!), Кохаку-сама из Кумамото (школьная форма – это да… А подругам, BL-фанаткам, вы эту серию тоже посоветуйте), Х…ка-сама и С…та-сама с Хоккайдо (вот это да, длинее письма я не получал. Да ещё и с рисунками!.. Но в мой ящик для бумаг оно не желает влазить), Нарусэ Юки-сама (очень красивая картинка, я поставил её фотографией автора в шестом томе), С..буси-сама (я прочёл ваши впечатления в блоге. Приятно, что люди о многом думают, пока читают книгу), Т…та-сама из Кагавы (ваш сеттинг для повести я внимательно прочёл. Высокие же у вас там девушки! Самая низкая из тридцати – 171,7 сантиметров, а треть выше 180 – для ранобе, по-моему, перебор. Груди и бёдра тоже повсюду великоваты, но здесь всё зависит от намерений. Ну а так мне понравилось), С..хара-сама из Мияги (это вам спасибо за приятное письмо. Ваши слова тронули даже меня).
Спасибо огромное за поддержку – с удовольствием прочту ваши новые письма.
Следующий том (из которого я пока ни строчки не написал, так что всё может поменяться) я подумываю сделать историей, которая будет крутиться вокруг слова «любовь». Ждите с нетерпением.

Март 2010, Фусими Цукаса.

Пользуясь материалами сайта, вы подтверждаете, что ознакомились с правилами.